Пара прицепов для босса

Глава 6

Вечером сотрудники снова не спешили расходиться. Но я уже знала, что делать — украдкой засунула документы в сумку, туда же отправила рабочий ноутбук и, дождавшись подходящего момента, сбежала.

Дома пыталась делать сразу сто дел одновременно — закинуть в кастрюлю макароны и тут же запустить стиралку, нарезать огурцы и протереть полы, разобрать игрушки и заплести Соне косичку.

Сказка на ночь всегда была нашей традицией. Даже в такой вечер, когда глаза у меня начали слипаться уже к восьми, я всё равно открыла книгу и начала читать. Глотая зевки, перепрыгивая через строчки, стараясь не показывать дочкам, насколько я сильно устала.

Бедные мои девочки и так оторваны от меня. Целый день мы проводим в разлуке, потом вечером ужинаем и вот уже пора спать. Почитать им сказку на ночь — самое малое, что я могу сделать. Хоть что-то должно оставаться незыблемым в их детских жизнях.

Я слышала, как Соня размеренно дышит. Верочка тоже закрыла глаза. А я... сама не заметила, как наклонилась, прижавшись щекой к её волосам, и заснула.

Ненадолго. Минут на тридцать. Но этого хватило, чтобы очнуться с резкой болью в шее и липкой паникой: работа. Работа ждёт. Воронцов не будет слушать про сказки и усталость.

На цыпочках я выбралась из комнаты, прикрыла за собой дверь и сделала себе кофе. Горький, крепкий, обжигающий язык. Такой, каким его обычно пьёт Воронцов.

Сил ни на что не было. Болела спина, глаза щипало. Но внутри росла какая-то остервенелая решимость.

Я открыла ноутбук. Пальцы замерли над клавишами. Когда-то я хорошо умела это делать. Смогу ли сейчас?

Да. Смогу. У меня нет выбора. Сдаваться точно не входило в мои планы.

Разложила перед собой папку с материалами. Всё было сырое, рыхлое, без структуры. Но я знала, как должно быть. Я чувствовала.

Сначала пальцы двигались медленно, с усилием. Я перечитывала, правила, добавляла нужные цифры, искала примеры. Где-то к полуночи внутри что-то щёлкнуло — сон, как рукой сняло. Появился азарт.

Я вспомнила, как делала такие вещи на раз-два, и та Рита, прежняя, задышала во мне. Я почти не замечала времени. В два часа ночи — кофе. В три — пятиминутный сон прямо на кухонном столе. В четыре — финальный просмотр.

Где-то на заднем плане тикали часы. В другой комнате мирно спали мои девочки.

Я же решила вообще не ложиться. Умылась ледяной водой, заварила очередную чашку убийственного кофе. Достала свою единственную строгую юбку, которая не успела до конца высохнуть после вечерней стирки и была чуть влажной. Когда натянула её, заметила — сидит уже не так туго, как прежде.

Я пришла на работу раньше восьми.

— Вы снова первая, — Воронцов встретил меня лёгкой иронией. — Вернее, вторая после меня. Если так дальше пойдёт, вы побьёте все корпоративные рекорды по трудоголизму.

— Может, и побью.

— Готовы к презентации?

— Более чем.

Что-то мелькнуло в его взгляде — интерес? насмешка?

— Ну это мы еще посмотрим…

Конференц-зал был набит битком. Людей гораздо больше, чем на вчерашней презентации.

Отрепетированная структура рассыпалась в моей голове, как карточный домик, при виде всей этой толпы, которая собралась только для того, чтобы на меня посмотреть.

Воронцов сидел у окна, чуть откинувшись на спинку кресла. На лице — абсолютное спокойствие. Он даже не взглянул в мою сторону. Как будто всё происходящее его совсем не интересовало.

— Итак, начинаем, — объявила его ассистентка Вика. — Слово — Маргарите Кузнецовой.

Гул голосов стих. В зале повисла тишина.

— Доброе утро… — начала я и тут же неловко кашлянула, — ...коллеги.

Голос дрожал, как у школьницы. Мне хотелось провалиться под землю. Забыть текст, забыть себя, выскочить из зала и бежать отсюда без оглядки.

Но я знала: если сейчас провалюсь — второй попытки не будет.

Бросила взгляд на Воронцова. Он всё так же старательно игнорировал происходящее.

И именно этой своей «невовлечённостью» он словно дал мне свободу.

— Последние данные по рынку показывают... — начала я чуть твёрже. — …что спрос на квартиры бизнес-класса за год вырос на пятнадцать процентов. Но рост интереса не означает роста продаж.

Я говорила — и с каждым словом уверенность крепла.

Нервный туман рассеивался. Я вспоминала, как когда-то работала. Как убеждала. Увлекала. Воздействовала. Все это было во мне. Просто ждало, когда я вспомню.

— Мы подготовили три ключевых сегмента позиционирования, — я показывала цифры, диаграммы. — Это — результат понимания аудитории. Их потребностей. Их боли.

Я уже не думала о том, как стою, как выгляжу. Голос стал уверенным, интонации — живыми. Паузы — точными.

Когда я закончила, в зале снова повисла тишина. Кто-то первым хлопнул несмело. Потом — ещё. Аплодисменты нарастали, не слишком бурные, но искренние.

Я выдохнула. Повернулась — и впервые за всё время встретилась взглядом с Воронцовым.

Он смотрел прямо на меня. Без улыбки. Без одобрения. Но и без той холодной отстранённости, что была раньше.

— Вопросы? — мой голос чуть дрогнул.

— У меня есть вопрос, — сказал Воронцов и откинулся в кресле. — Вы упомянули, что аудитория «бизнес-класса» ориентируется на качество жизни, а не только на квадратные метры. Верно?

— Да, тренд последних лет показывает, что покупатель стал избирательнее...

— Тогда объясните, — перебил он, — почему вы включили в презентацию проект на Нагорной? Район без нормальной инфраструктуры, рядом три промзоны, один торговый центр и бесконечные пробки. Это ваш новый стандарт качества жизни?

— В этом… вы правы, — начала я медленно. — Я не проверила информацию по инфраструктуре. Это моя ошибка.

— Выходит, вы построили стратегию на ошибочных предпосылках?

— Нет, — ответила я твёрже. — В финальном варианте этой презентации данный проект будет заменён на более соответствующий — например, «Дом у парка», где действительно реализована концепция комфортной среды.