Пара прицепов для босса

Глава 7

Придя в себя, я обнаружила, что лежу на большом кожаном диване в кабинете Воронцова, а рядом, на полу, сидит он сам. Я попыталась подняться, но его рука тут же пригвоздила меня обратно к дивану.

— Не геройствуйте, — сказал он жёстко. — Вам лучше сейчас не вставать.

— Всё нормально, — прошептала я еле слышно.

Его пальцы, всё ещё лежавшие на моём плече, сжались чуть сильнее.

— Сейчас вызовем скорую, — он потянулся за телефоном.

— Нет! — я снова попыталась подняться. — Не нужно! Со мной всё хорошо!

— Вы рухнули на пол у меня в кабинете. Это совсем не хорошо!

— Это просто переутомление. Я не спала ночь, но это не повод устраивать драму.

Я с трудом села. Попыталась подняться на ноги, но не смогла. Перед глазами все еще плыло.

— Вам нужно показаться врачу!

— Сказала же — всё в порядке! — отрезала я. — Дайте пройти!

Наши взгляды встретились. Впились друг в друга, словно между нами продолжалась молчаливая дуэль.

Потом он подал мне руку, и я, поколебавшись секунду, всё же решила воспользоваться его помощью. Вложила свою ладонь в его.

Тёплая. Сильная. Уверенная.

Когда я встала, он слегка придержал меня за локоть. Я чувствовала — слишком близко, слишком напряжённо — его дыхание рядом с собой, аромат его парфюма, его взгляд. Всё это будоражило сильнее, чем крепкий кофе.

Его руки обвили мои плечи, мои — на секунду уткнулись в его грудь. Мы оба застыли.

Мир сжался до этой точки соприкосновения.

Потом я резко отстранилась. Он тоже шагнул назад, как будто только сейчас понял, что мы сделали что-то неприличное. Несколько секунд просто молча смотрел на меня.

— Если вы уверены, что в полном порядке, то… Вас может кто-нибудь забрать? Супруг может за вами приехать?

Я покачала головой.

— У меня нет супруга…

Снова воцарилось молчание, еще более неловкое, чем то, что было до этого. Я заметила, что Воронцов пристально смотрит на меня. На мою руку. Я проследила его взгляд и тут до меня дошло, что на безымянном пальце у меня все еще надето обручальное кольцо.

Я покраснела, тут же торопливо потянулась к кольцу, пытаясь его сдёрнуть.

— Это… просто… — я чувствовала, как неловкость нарастает, как неуместное волнение сдавливает горло. — Мы в процессе развода. Как-то не нашлось времени его снять.

Наконец, кольцо поддалось, соскользнуло с пальца. Я сжала его в кулаке.

— Хорошо, — сказал наконец Воронцов. — Тогда я сам отвезу вас домой.

— Вот еще! Я не поеду домой. Я останусь работать.

Он тяжело выдохнул, будто изо всех сил старался сохранить самообладание.

— Вы в своём уме?

— Более чем.

Воронцов сложил руки на груди, нахмурился.

— А что вы ели в последний раз?

— Что?

— Я спрашиваю: что вы сегодня ели?

Я попыталась вспомнить. Кофе. Кусок булки, которую не доела Вера. Опять кофе.

— Я ела… Еду. Всё нормально, — пробормотала я, делая шаг к двери. — Не беспокойтесь.

— Нормально, — повторил он с издевкой. — Значит, ничего. Так я и знал! Ладно. А теперь идите за мной.

— Куда?

— Обсудим вашу презентацию. И не спорьте — иначе я действительно вызову скорую, и вы поедете туда на капельнице.

Он уже шел вперед. Я выдохнула, собралась с силами — и поспешила за ним.

Мы спустились на лифте на первый этаж, вышли на улицу, пересекли дорогу. Прямо напротив офисного здания располагался небольшой итальянский ресторан, и, к моему огромному удивлению, Воронцов направился прямо туда. Открыл передо мной дверь, пропуская вперёд.

— Вы всегда решаете рабочие вопросы в ресторане? — поинтересовалась я, усаживаясь на стул, который он для меня отодвинул.

— Можете считать обед с руководителем частью ваших обязанностей, — ответил Воронцов сухо.

Я усмехнулась.

— Если бы я знала, что офис-менеджерам так везёт, давно бы устроилась!

— Ну не все офис-менеджеры встают после обморока и требуют новых заданий. Вы особенная.

Я ждала, что сейчас к нам кто-то присоединится — ассистентка Вика или может быть, кто-то из отдела продаж. Что вот-вот сейчас начнется рабочая встреча. Но официант принёс нам только два меню.

— Здесь будет кто-то ещё? — неуверенно спросила я, чувствуя, как поднимается жар к щекам.

— Нет, — спокойно ответил Воронцов, изучая меню. — Только мы двое.

— Я не понимаю. Это ведь деловая встреча?

— Именно.

— Это... странно, — выдохнула я, опуская взгляд. — Я не привыкла, чтобы меня… подкармливали.

Он усмехнулся.

— Вы серьёзно, Кузнецова? Если вы голодны — вы не эффективны. А у меня нет времени на неэффективных сотрудников.

Гордость внутри уже закипала, требовала уйти, бросить в лицо: «Я не нуждаюсь в вашей заботе!» Но… в этот самый момент принесли еду.

Запах был чудесный. Горячая паста с томатным соусом, базилик, свежий хлеб. И моя гордость пала в неравном бою с желудком.

Я взяла вилку.

Мы ели молча, и это было одно из самых напряжённых молчаний в моей жизни. Я боялась сделать неловкий жест, неправильно держать прибор, пролить воду.

— А теперь, — Воронцов прервал наше молчание только тогда, когда принесли кофе и десерт. — Расскажите мне, что бы вы добавили в этот проект?

Я смяла салфетку, глубоко вдохнула, приготовившись говорить. Внутри всё волнительно сжалось — от неожиданной мягкости в его голосе, от неподдельного интереса в глазах… и от чего-то ещё, чему я пока еще не могла дать названия.

И начала говорить.

Мы говорили о делах, но обстановка всё же казалась мне слишком неформальной. Странной. Неловкой. Весь разговор я была ужасна напряжена. Возможно, я волновалась даже сильнее, чем перед толпой народа на утренней презентации.

Когда принесли счет, я сразу же достала кошелек, понимая, однако, что не в силах оплатить и четверти суммы.

Но Воронцов не позволил мне даже взглянуть на счет, первым схватил его. Глаза его блеснули холодом. Они будто бы говорили мне: даже не думай предлагать оплатить.