Параграфы судьбы

Глава 4. Первая практика

Утро началось с того, что мой будильник — маленький демон в колпаке — укусил меня за палец, прежде чем закричать: "Подъем! Статья 45, пункт 12! Нарушителей карают кипящим маслом!" Я швырнула его в стену, но он ловко увернулся, прилип к потолку и продолжил орать. Так начался мой третий день в Академии Аркании.

На завтраке пришлось подписывать "Согласие на употребление потенциально ядовитых веществ (стандарт 34-Б)". Чернильница хихикала, когда я поставила подпись, а ложка настойчиво пыталась проверить мой пульс перед тем, как позволить мне есть овсянку, которая, кстати, шептала что-то о "праве на молчание".

— Корбен! — раздался голос профессора Некролитигова, чей скелет громко скрипел при каждом шаге. — Зайди ко мне в кабинет.

В кабинете скелет в мантии склонился над моим делом, пустые глазницы сверлили меня с явным неодобрением.

— Корбен, — проскрипел он, постукивая костяными пальцами по столу. — Ты получаешь своего первого подзащитного.

Я перевела взгляд на лежащую перед ним папку, из которой сочился дым.

— И что он сделал?

— Превратился в волка и разгромил оранжерею профессора Ботаникуса.

— Съел растения?

— Хуже. Он перекопал все грядки, рыча: "Где кости? Здесь должны быть кости!"

Я прикрыла глаза ладонью.

— Дайте угадаю — у него не было лицензии на превращение?

Некролитигов протянул мне обвинительный акт. Бумага обожгла пальцы.

— Формально — был договор. Но профессор Ботаникус настаивает, что трансформация была незаконной. Дело рассматривается сегодня в Палате Малых Преступлений.

— А наказание?

— Если признают виновным — отработка в питомнике волкособак. В качестве… Он замялся. — Игрушки для щенков.

Камера оказалась маленькой комнаткой с решеткой, на которой висела табличка: "Не кормить подсудимых после полуночи". Внутри сидел... ну, я предполагаю, что это был человек. Хотя в данный момент он больше походил на помесь волка, барсука и очень взъерошенного диванного подлокотника.

— Вы мой адвокат? — заскулил он. — Я не виноват! Я вообще в тот день был хомяком!

Я внимательно посмотрела на его лапы, которые все еще были покрыты шерстью, и на хвост, нервно стучащий по полу.

— Уверен? — сухо спросила я.

— Ну... может, немного волком. Но у меня была уважительная причина! Мне приснилось, что я опоздал на экзамен.

Я закрыла глаза и мысленно посчитала до десяти. На счету "три" моя тень (которая в последнее время вела себя странно независимо) начала показывать мне неприличные жесты.

— Покажи мне договор о трансформации, — вздохнула я.

Гаррик, так звали моего нового клиента, сунул лапу в карман и вытащил смятый пергамент. Бумага пахла серой и чем-то приторно-сладким.

Я развернула документ.

— "Дозволяется превращение в небольшого лесного зверя на срок не более…" — Я подняла бровь. — Волк — не "небольшой".

— Ну… зависит от точки зрения!

— Это подделка, — констатировала я. — Подпись заверена исчезающими чернилами. Стандартный трюк мошенников.

Гаррик побледнел. Даже сквозь шерсть.

— Но я покупал его у официального поставщика! У парня в переулке! У него был бейджик!

Я посмотрела на свою тень. Та развела руками в жесте "ну ты и лох".

— И как он выглядел?

— Ну… обычный парень. Только рожки маленькие. И хвост.

Я зажмурилась.

— Ты купил договор у демона.

— Он сказал, что это… аксессуары!

Суд напоминал цирковое представление, если бы цирк организовали юристы-садисты. Прокурор представлял собой ходячий шкаф с папками, который скрипел при каждом движении.

— Подсудимый сознательно нарушил Статью 14, — гремел он. — Несанкционированная трансформация! Ущерб имуществу! Попытка закопать профессора!

— Он не пытался! — взвизгнул Гаррик. — Я просто… обнюхивал!

Судья — древний эльф с бородой, в которой, кажется, жили какие-то птицы, — периодически засыпал и просыпался только для того, чтобы сказать "отклонено" или "принято". Он постучал молотком.

— Адвокат, ваше слово.

Когда я положила на стол два договора — подлинный и поддельный, — последний чихнул и попытался уползти. Пришлось пришпилить его чернильным ножом.

— Уважаемый суд, вот официальный образец договора о трансформации… — Бумага засветилась синим. — И вот то, что продали моему подзащитному.

Вторая бумага чихнула и попыталась уползти. Я пригвоздила ее перочинным ножом.

— Подделка. Исчезающие чернила, неверная формулировка.

— Обвинение требует экспертизы! — заскрипел прокурор.

В этот момент зеркало истины, которое я достала для демонстрации, вдруг ожило и показало продавца — демона с рогами и табличкой "Лучший работник месяца". В зале повисла тишина.

— Может, просто спросим у него самого?

— А, Малхорум! — оживился судья. — Он уже в третий раз попадается на этом!

— И что с ним делают? — поинтересовалась я.

— О, в прошлый раз его приговорили исполнять желания детей. Он продержался две недели, прежде чем сам попросился обратно в Ад.

Гаррик заскулил.

— Значит… меня оправдают?

Судья постучал молотком.

— Дело прекращено за отсутствием состава преступления. Однако… — Он ухмыльнулся. — Подсудимый обязан возместить ущерб. Отработкой в питомнике волкособак.

— В качестве? — спросила я.

— Игрушки.

Гаррик завыл.

— Но я же волк, а не собака!

— Академия не делает различий, — сказал судья.

Я уже собиралась покинуть зал, когда заметила — моя сбежавшая тень стояла на стене рядом с другой, незнакомой тенью. Они смотрели на меня, а затем исчезли, оставив на камне надпись: "Ты следующая".

— Чудесно, — пробормотала я. — Теперь даже тени угрожают.

Где-то вдали завыл ветер. Или это был Гаррик, узнавший, что в питомнике началась линька.