Паралиzованные

***

Утро не задалось. Нет, не так – утро было вырезано из его памяти, будто его засосало в черную дыру. День предстоял не менее тягостный. Всю ночь мучили кошмары далекого прошлого – а он надеялся, что сумел убежать от них. От такого не убежать никогда – все настигает раз за разом.

С Ол накануне они расстались весьма скверно. Кин до сих пор винил себя в том, что не смог удержать гребаный язык за зубами, хотя, казалось, это была невинная фраза, но Ол так странно на нее отреагировала. В результате, осуществилась только первая часть его плана. А ведь он хотел не только предупредить Ол насчет своих действий и планов по отношению к Миссии, но и попытаться выведать в беседе хоть что-то из личной информации, которую Ол так тщательно ото всех скрывает. Его агенты уже пробовали зайти с тыла – узнать информацию про нее от кого-то из окололунного Центра, даже к генералу пытались прорваться. Но Фашем сейчас вплотную занялась Миссия, прессуя со всех сторон под предлогом проверки Протокола безопасности – уже полмесяца его проверяют, все никак не успокоятся. Это все напрямую связано с Зевсом и той угрозой, которую Кин пытался не допустить. А ведь это еще может быть связано с Ол – вдруг Олбани ищут не бреши в системе безопасности Центра и данные по секретным исследованиям Материи, а совсем другую информацию?

Кин был осведомлен о том, что она незаметно мастерски убрала всю прослушку шпионов Олбани, которыми кишит его корабль, из своего личного кабинета, но не рискнула расчистить всю вверенную ей территорию. Это очень разумно, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания. Вопрос - зачем Ол это сделала? Да, Кин понимал, что она враждует с адмиралом и всей МО, но до сих пор ни на йоту не приблизился к первопричинам этой вражды. К счастью, средств слежения самого капитана ей обнаружить не удалось, хотя это и не получилось бы, потому что этих средств нет. Абсолютно вся информация с корабля стекалась к Трису напрямую через «уши» и «глаза» БИИ – пришлось подшаманить над его настройками, не оставлять же Миссии привилегий в этом вопросе.

Но в то утро было что-то еще – беспокойство, волнение и тревога нарастали с каждым часом. Он не мог найти Ол уже полдня: в отделе 7.5.0 ее не видели со вчерашнего дня. Сказать, где она, просто не смогли – не знали, все боялись лишний раз с ней заговорить, странно, почему? Под предлогом внеплановой проверки он сам обошел все лаборатории, проверил конденсатор, капсулу, систему ионных двигателей (хотя это и не было ее зоной ответственности). Ол нигде не было.

Тут его посетила гениальная идея, что она все еще может быть в своем личном отсеке. Под предлогом обеда он пошел проверять эту версию – и как только не догадался сделать это еще с утра? Мозги сегодня реально туго варили после маетной бессонной ночи, проведенной наедине со своим прошлым.

По камерам статус Ол Трис проверить не мог: в личных отсеках персонала и экипажа их по правилам не устанавливали, но были датчики движения. Доступ к этой системе, как у капитана корабля, естественно, имелся, но датчики не показали наличие движений еще со вчерашнего вечера: или в ее комнате никого не было, или она давно не двигалась, а последнее напугало Триса до холодного пота. Что с ней могло случиться? Он не мог почувствовать ее присутствия через закрытый портал, ведь эмоции Ол были для Кина не доступны, хотя сейчас это бы очень пригодилось. Злясь и ругаясь на себя, он решил открыть портал по капитанскому коду доступа.

В маленьком отсеке царил полумрак, работало только ночное освещение. На кровати лежала Ол с закрытыми глазами и, казалось, просто спала. В этот момент даже ее «бирюза» была еле видна. Боясь разбудить, Трис приблизился к ней на грани – так быстро, что его движения были не заметны со стороны. Оказался рядом с Ол и внимательно пригляделся к ней – его зрение в темноте не уступало дневному. Уловил еле заметное дыхание и пульс – отлегло. Но тут бросилась в глаза странная установка, лежащая рядом на кровати: из локтевого сгиба на левой руке девушки шел тонкий кабель или нить, которая была подключена к небольшой коробочке с работающими датчиками. На вид устройство было похоже на модем неизвестной модификации со встроенным высокомощным зарядным комплектом. Что за?

Трис дотронулся до места на ее руке, откуда шел провод, и понял, что он выходит прямо изнутри! Она – нейрохакер? Он слышал о нескольких попытках создания подобных устройств: тогда обычные хакеры и частные разведорганизации хотели небывалого апгрейда с целю безнаказанно взламывать глонет прямо «из головы», из любой точки Системы, но ничего из этого не вышло. Такие люди или занимались членовредительством, или сходили с ума от перегрузок мозговой активности. Даже если предположить, что эти жуткие эксперименты дали положительный результат, Ол сильно рискует своим здоровьем и жизнью, подключаясь к глонету с помощью нейрохакинга. Вот, почему она до сих пор не проснулась! Триса накрыл еще бОльший страх за нее. О том, что Ол могла узнавать секретную информацию, какие данные искала, и почему именно таким способом, он не думал в тот момент.

Вдруг он ощутил движение – она очнулась! Трис с надеждой стал вглядываться в ее лицо. И тут Ол открыла глаза…