Лечение Элоры и Бука прошло спокойно и без трудностей. Однако сам гимнаст выражал сильное беспокойство. Он то и дело ворчал себе под нос.
Лагерь успокоился, обстановка, кажется наладилась. Эрот правда вернулся с пустыми руками. Предателю удалось улизнуть в цитадель, куда, разумеется, Эрот не стал ломиться.
Где-то на острове:
Зал, в котором собрались последователи братства, освещался магическими факелами, чьё пламя колыхалось, будто живое. В центре — каменный алтарь, покрытый древними письменами, в которых лишь избранные могли прочесть слова, оставленные самим Аран’сиром.
Они ждали.
Среди них были магистры братства – те, кто наставлял новообращённых. Простые люди, бывшие рыцари, жрецы, купцы и даже беглые военные — все они теперь называли Аран’сира своим Учителем. Их лица были скрыты капюшонами, а тела покрывали одеяния из чёрного и тёмно-красной материи, расшитого золотыми узорами энергии.
Магистр Варох, высокий человек с гладко выбритой головой и глазами, в которых горел фанатичный блеск, поднял руку, призывая к молчанию.
— Он идёт.
Воздух в храме задрожал, а мерцающий свет факелов на мгновение потух. В тот же миг из алтаря, будто выплывая из пустоты, появился мужчина в длинных одеждах, чьи тени двигались по стенам, словно живые существа.
Аран’сир.
Он не был просто человеком — он был живым воплощением магии, которая веками истончалась, но не угасла.
Высокий, с худощавым лицом и бледной кожей, похожей на гладкий мрамор. Его волосы были чернильно-чёрными, как сама ночь, а глаза светились золотым светом, будто внутри него горело солнце.
Но он не казался чудовищем.
Его шаги были лёгкими, грациозными, словно он парил. И его взгляд был полон спокойствия и мудрости, но за ним скрывалась ужасающая мощь.
Варох и остальные сразу пали на колени, склонив головы.
— Встаньте, — голос Аран’сира был мягким, но в нём звучало что-то… непреложное. Как если бы сама реальность подчинялась его словам.
Они встали, но их глаза не смели встречаться с его взглядом.
Аран’сир обвёл их взором, его глаза задержались на молодых последователях. Те, кто пришли недавно, стояли особняком, их лица выражали смесь страха и благоговения.
— Вы избраны. — Голос его был подобен шелесту ветра, который шепчет о великих тайнах. — И вы избрали меня.
Он шагнул ближе, окинув их внимательным взглядом.
— Что вас привело сюда? Страх? Жажда силы? Желание изменить мир?
Один из новообращённых, юноша с русыми волосами и горящими глазами, сжал кулаки.
— Моя семья погибла из-за знающих! Они решают, кому владеть энергией, а кому страдать! Они…
— Они отвергли вас, — мягко продолжил за него Аран’сир. — Они не дали вам права выбирать.
Юноша кивнул, дрожа от эмоций.
Аран’сир протянул к нему руку, и воздух задрожал.
— Ты уже чувствуешь энергию, не так ли?
Парень застыл, внезапно почувствовав тёплую волну, проходящую сквозь его тело. Он открыл рот, его глаза расширились от изумления.
— Оно… я… я чувствую силу!
Аран’сир улыбнулся.
— Энергия — право каждого, а не привилегия избранных. Они боятся этого.
Он повернулся ко всем собравшимся.
— Мы не варвары. Мы не разрушители. Мы несём знание.
— Мы братство! — громко отозвался Варох.
— Мы братство, — эхом повторили остальные.
Но в этот момент Аран’сир поднял руку, и все стихли.
— Мы начнём с малого. Мы не вторгнемся с мечами, как безумцы. Мы заставим их самих открыть врата.
Он посмотрел на Вароха.
— Как дела с нашими людьми?
Магистр склонил голову.
— Мы уже в каждом городке. знающие слушают нас, и всё больше принимают учение братства.
— Отлично.
Аран’сир подошёл к алтарю и провёл пальцем по его поверхности. Слова на камне вспыхнули, и магия пронеслась по залу, заполняя каждого присутствующего.
— Скоро мир узнает, что его спаситель уже здесь. Наши налёты на деревни не знающих лишь увеличат ряды тех, кто будет с нами. Скоро мы сорвём завесу лжи!
Он поднял взгляд к потолку пещеры, а его золотые глаза вспыхнули, как звёзды.
Зал, освещённый мягким светом магических кристаллов, напоминал древний храм. В отличие от помпезных дворцов гильдии, тут не было излишков — гладкие стены из чёрного камня, строгие колонны, простая, но величественная архитектура.
В центре на возвышении находился трон, вырезанный из цельного обсидиана, гладкий, без украшений. Аран’сир сидел в нём, спокоен, словно изваяние. Его длинные одежды двигались сами по себе, словно играли с тенями, а золотые глаза безмятежно следили за докладывающим воином.
Онк стоял перед ним, опустив голову. Несмотря на то что он был опытным воином и приближённым к повелителю, присутствие Аран’сира всё равно давило.
— Что с цитаделью братства? Как продвигается изгнание гильдии с острова?
Онк сглотнул.
— Повелитель, ситуация... изменилась.
Золотые глаза Аран’сира сузились.
— Рассказывай.
Голос был не громким, но каждому в зале стало не по себе. Он не кричал, не угрожал, но его слова весили больше, чем самый тяжёлый клинок.
Онк продолжил:
— Защитники цитадели отбили наши атаки. Мы прорвали оборону, но... В его голосе появилось напряжение. «Но» — это всегда опасное слово перед Аран’сиром. — Некий Лефан на орле оживил деревья по всей округе.
— Оживил?
Онк вздрогнул.
— Да, повелитель. Все деревья вокруг цитадели восстали, как воины, и сокрушили наши отряды. К тому же там были друиды, они пришли на помощь гильдии. Но вскоре после этого...
Он замялся.
— Говори.
— Гильдия ворвалась на остров и захватила цитадель.
Тишина.
Обычные люди вздрогнули бы. Закричали. Может, даже взорвались яростью.
Но Аран’сир просто нахмурился.
— Гильдия захватила цитадель?
— Да, повелитель.
— Это странно. Кто тогда был внутри цитадели? И что за Лефан, который обладает такой силой? Если он смог отбить нашу атаку, почему не остановил гильдию?
Отредактировано: 10.03.2025