Парень, который меня бесит

Глава 2.6

Две недели пролетают как один миг после встречи с Владом. В тот же день я собираю вещи и уезжаю к отцу, надеясь, что расстояние и смена обстановки помогут забыть о случившемся. И действительно, поездка приносит свои плоды — я приглушаю бурю чувств внутри себя и фокусируюсь на подготовке к предстоящему учебному году. С отцом мы миримся, и я неплохо провожу время со своим пятилетним братом. Он уже вполне умный мальчик.

Вернувшись домой, я чувствую себя отдохнувшей, посвежевшей, словно заново родившейся. Правда, мама, как всегда, не может не вставить свои пять копеек:

— А эта его Лидочка как себя вела с тобой? — допытывается она, не давая мне покоя.

— Да нормально, — отвечаю я, отпивая горячий чай с лимоном. Тепло напитка приятно разливается по телу, немного успокаивая нервы. — Не знаю, какая она с другими, но со мной она предельно была мила.

Мама продолжает сверлить меня взглядом, явно желая выведать больше подробностей.

Жена отца довольно приветливая женщина лет сорока. У неё есть дочь-подросток от первого брака — девушка со сложным характером. Мы практически не общались, и я старалась держаться от неё подальше.

У этой девушки был довольно яркий имидж: ярко-зелёное каре, пирсинг в носу и бровях, подведённые чёрным карандашом глаза. В свои четырнадцать она увлекалась странными вещами и проявляла вербальную агрессию — типичный набор проблем переходного возраста. При нашей первой встрече она сразу нагрубила мне, чётко обозначив свои границы, и я решила не навязывать своё общество. Потом она только стреляла в меня своими глазищами, и я вообще будто была недовольна.

— А как отец? — не унимается мама с вопросами.

— Мам, — вздыхаю я, — никто меня не обижал. Думаешь, я бы позволила кому-то это сделать?

— Нет, конечно, нет, — мама, словно пытаясь подсластить ситуацию, достаёт мои любимые шоколадные конфеты с мятой и ставит их рядом со мной. — Просто я переживаю, когда ты едешь к ним. Мы с твоим отцом расстались не на доброй ноте, и мне сложно не волноваться.

Я промолчала, не желая развивать эту тему. В конце концов, поездка к отцу помогла мне отвлечься от мыслей о Владе и подготовиться к новому учебному году. Но мамина тревога была ясна, как день. И я её понимаю отчасти.

Да, расставание с отцом действительно было тяжёлым. Он поступил с мамой непорядочно: сначала скрывал свои измены, а потом совсем перестал это делать, действуя нагло и открыто. Мама долго терпела его поведение, пока не начала искать утешение в алкоголе. Несмотря на всё это, я продолжала любить отца, хотя его поступок был по отношению к маме просто подлым и некрасивым.

— Ага, знаю, — я перевела тему. — Кстати, а что за цветы стоят в зале? — они сразу бросились мне в глаза, когда я вошла домой. Белые лилии — любимые цветы мамы.

— Да так, поклонник, — мама хихикнула, и её глаза засияли от радости.

— У поклонника есть шанс? — я улыбаюсь в ответ.

— Может быть, — мама уходит от прямого ответа, но её лукавое выражение лица сейчас говорит само за себя.

Было очевидно, что этот мужчина ей действительно нравится.

— Ладно, пойду, разберу вещи, — заканчиваю разговор, мою стакан и направляюсь в свою комнату.

В голове крутятся мысли о мамином возможном новом романе. Приятно видеть её такой счастливой и оживлённой. Может быть, это именно то, что ей нужно, чтобы забыть прошлые обиды и начать новую главу в своей жизни. А я… я должна разобраться со своими чувствами к Владу и готовиться к предстоящему учебному году.

Отец оказался весьма щедрым на этот раз — он не только купил мне целую гору новой одежды, но и настаивал на том, чтобы я всё это приняла. Я не заядлая любительница шопинга, но раз он так настаивал, решаю не отказываться от подарка. Вдобавок он выдал мне некоторую сумму на мелкие расходы, от которой я, разумеется, тоже не отказалась.

Разбирая покупки и аккуратно раскладывая их по полкам шкафа, я почти готова к началу учебного года. Но тут мои мысли нарушает резкий стук в дверь, за которым следуют торопливые шаги мамы. Моё сердце невольно сжимается, когда до слуха доносится этот противный, хорошо знакомый голос. Этот голос может принадлежать только одному человеку — Ларисе Николаевне, маме Влада.

Я замерла, прислушиваясь к звукам из коридора. Господи, что ей опять нужно?

Кажется, мама Влада влетает в нашу квартиру, словно фурия, и начает кричать так, что, наверное, слышно на весь этаж. Её голос наполнен такой злобой и истерикой, что у меня по спине пробегает холодок. Я не смогла оставаться в стороне и вышла из комнаты, пытаясь уловить суть происходящего:

— …мой сын! Твоя малолетняя дрянь его совратила! — орёт она, а у меня сердце едва не останавливается.