Парень моей сестры

1

Четыре года. Странно, но, казалось, что родной город за это время не изменился совсем. Те же выцветшие вывески на центральной улице, тот же скрип качелей во дворе и тот же запах сирени под окном моей комнаты. Я поставила чемодан у порога и с облегчением выдыхнула. Сессия закрыта, диплом получен, а впереди — целая жизнь.

Родители встретили меня так, будто я вернулась с войны. Мама плакала, не стесняясь, прижимая к себе мой чемодан и меня одновременно. Папа молча обнял так крепко, что у меня хрустнули рёбра, и только потом сказал своё обычное, ворчливое: «Ну, здравствуй, студентка. Выросла-то как». И я почувствовала себя в своем привычном мире.

Но всё изменилось, когда ближе к вечеру в дверь позвонили. На пороге стояла Ритка. Моя двоюродная сестра, с которой мы в детстве были не разлей вода. Она повисла у меня на шее, окутав облаком сладких духов и громким смехом.

— Ленка! Ты ли это? — она отстранилась, критически осматривая меня с ног до головы. — Выросла-то как! Настоящая столичная штучка!

— Я не столичная, я просто... — начала я, но она меня не слушала.

— Я не одна.

Она отступила в сторону, и я увидела его.

Он стоял чуть позади неё, прислонившись к перилам крыльца. Вечернее солнце золотило его тёмные волосы, а закатный свет делал его силуэт почти нереальным. Высокий, широкоплечий, в простой серой толстовке и джинсах. Он не улыбался рекламной улыбкой, а просто смотрел на меня с лёгким любопытством, склонив голову набок.

— Это Саша, — представила Рита, и в её голосе прозвучала такая гордость, что у меня не осталось сомнений. Это он. Её парень.

— Александр, — поправил он мягко, делая шаг вперёд. Его голос был низким, с приятной хрипотцой. Он протянул мне руку для рукопожатия, но в последний момент словно передумал и просто кивнул: — А ты, должно быть, Лена. Рита много о тебе рассказывала.

Я пожала его руку. Пальцы у него были тёплые и сильные, а рукопожатие — уверенным, но не до хруста.

— Приятно познакомиться, — ответила я, чувствуя, как щёки предательски теплеют под его внимательным взглядом. Серые глаза. Они были не просто серыми, а какого-то стального, холодного оттенка, но смотрели при этом удивительно тепло.

— Ну всё, хватит на пороге стоять! — Рита бесцеремонно втолкнула нас обоих в прихожую. — Умираю с голоду! У вас есть что поесть?

Вечер прошёл в суете и разговорах. Мы пили чай на кухне, и я украдкой рассматривала его. Саша оказался немногословным. Он слушал Ритин щебет с мягкой улыбкой, изредка поглядывая на меня. В эти моменты сердце мое заметало, а потом начинало колотиться с ужасной скоростью.

Когда они засобирались домой, я вышла их проводить.

— Спасибо за вечер, — сказал Саша, надевая куртку.

— Спасибо, что зашли.

Он уже открыл дверь, но вдруг остановился и обернулся. В полумраке прихожей его лицо было в тени.

— Рита говорила, ты теперь с дипломом? Поздравляю. Это... достойно уважения.

Он сказал это так искренне, что я снова смутилась.

— Спасибо.

Он кивнул и вышел вслед за Ритой на лестничную клетку. Дверь закрылась, отрезая звуки внешнего мира. Я осталась стоять в тишине прихожей, прижав ладонь к пылающей щеке. Сердце колотилось где-то в горле.

Я посмотрела на своё отражение в зеркале. Обычная девушка. Уставшая после дороги.

Я вернулась в свою комнату и подошла к окну. Их силуэты ещё были видны во дворе. Рита что-то оживлённо рассказывала, жестикулируя, а Саша шёл рядом, засунув руки в карманы, и слушал её вполуха. Он поднял голову и посмотрел прямо на моё окно.

Я инстинктивно отшатнулась в тень шторы.

Он не мог меня видеть в темноте комнаты. Не мог. Но мне показалось, что уголки его губ дрогнули в едва заметной улыбке.

В эту секунду я поняла одну простую вещь: мой приезд домой только что стал намного сложнее.