Парень моих кошмаров

Глава 8

- Безответственная! Эгоистка! Избалованная!

Отец зло сыпал эпитетами, наматывая круги у моей кровати.

- Ой, па, не кричи. Голова раскалывается.

Я сидела в своей постели, в любимой пижаме с мишками и раскачивалась из стороны в сторону. Меня всё ещё штормило после вчерашнего «веселья».

- Надеюсь, соседи не видели, как Алексей внес тебя в дом, закинув на плечо, как мешок картошки.

- Не преувеличивай. Я помню, как поднималась по лестнице к себе.

- Как пыталась подняться. Пыталась, Златочка! Алексею пришлось волочить твое тело до спальни и отдирать тебя от себя. И это моя дочь, моя кровиночка. Ты ведь обещала, что будешь трезва, как стеклышко.

- В какой-то момент так и было, - грустно произнесла я.

Во рту стоял горький привкус желчи. И мне хотелось отнести своё одеревеневшее тело в душ, а у отца открылось второе дыхание, как назло.

- Я наказал тебя зачем?

- Чтоб жизнь мёдом не казалась, - потерла лицо и поняла, что макияж вчера так и не смыла.

- Вот откуда у тебя это упрямство, Злата? Зачем ты всё время испытываешь моё терпение? Мы ведь может сосуществовать мирно. Я всегда и во всём делал тебе поблажки, так, может, пришел твой черед отвечать мне добром? Пойди мне навстречу, дочь. Я о твоём будущем беспокоюсь, в конце концов.

Алкоголь, всё ещё бродивший в крови, заставил меня плаксиво скулить. Мне вдруг стало искренне жаль себя. Я поняла, что отец продолжает гнуть свою линию по поводу Антипова.

- Ты хочешь свою единственную дочь отдать замуж за нелюбимого человека? Разве ты не видишь, что Павел, кроме себя, никого не любит! И я не смогу полюбить его. Моя жизнь превратится в сплошной депрессивный ком.

- Вы будете отличной парой, - даже сквозь слезы, непрошено застлавшие глаза, я поняла, что отец сейчас улыбается. – Он никого не любит, ты никого не любишь. Красота!

- Я люблю.

- Себя? Это не считается! Моя дочь выросла эгоисткой. Ты не думаешь об ответственности. Ты вообще не готова к взрослой жизни. Много ли ты сможешь без моих денег? Без связей? Окончишь вуз?

Упрямство - моё второе я. Кивнула. Вытерла влагу с глаз.

- Вряд ли, дорогая. Ты просто ещё не поняла, что этот мир жесток и выживают в нём сильнейшие. Так вот, я даю тебе неделю на размышления и забираю твою кредитку. Ты должна понять, что всё, что я делаю – это во благо моей семьи. А когда поймешь, что я прав, ты извинишься перед Антиповыми и наладишь общение с Павлом. Они, кстати, с юмором отнеслись к твоей детской выходке. Постарайся не огорчить меня, дочь. А иначе, ищи средства для своих прихотей в другом месте.

Он ушёл, а облегчения это не принесло. Столкнулась с осознанием того, что я, кажется, доигралась. Папочка больше не умиляется своей кровиночкой и не пытается исполнить любой каприз. Моя тактика больше не работает, пора менять метод воздействия.

Пыталась размять затекшую шею, но больно было поднимать руки, и каждое движение парализовало. Вот знала же, что зло будет наказано! Но демон внутри потирал ехидно руки. Он выиграл вчера. Эгоист несчастный.

Душ принес облегчение физическому состоянию, но не настолько радикальное, как мечталось. Обновленная я, словно дева морская, из душевой кабинки не выползла. Вместо неё на меня из зеркала смотрела кикимора болотная. Синяки под глазами и бледное лицо. Хоть сейчас вешай на нос и губы пирсинг и иди хипповать с Найком. При мысли о парне едва не вывернуло. Это же из-за него я вчера так набралась!

Привела себя в порядок, насколько это было возможно, я поплелась во двор. Завтрак решила пропустить, вот чувствую, что не пойдет впрок.

- Злата Платоновна, извольте ехать, - Алексей довольно громко пробасил, распахивая передо мной дверь.

И чего это все решили сегодня мной командовать?

- Мамулечка, - вяло обняла родительницу, которая ждала меня у машины, в обществе моего водителя.

О чём они мило шушукались до моего появления, лично мне, знать не хотелось. Я вообще думать ни о чём не могла.

- Удивила меня, дочь. И я бы ещё что-нибудь добавила, но ты опаздываешь на пары. Так что отложим воспитательную беседу до ужина.

Да что они, сговорились все? Почему ещё неделю назад мир был розового цвета и вдруг резко окрасился в оттенки серого? Всем охота покритиковать бедную Злату.

Прикрыла опухшие глаза широкими солнцезащитными очками и молча нырнула в салон. Кажется, я знаю, как чувствовала себя Русалочка, когда её рыбий хвост разделили. Каждый шаг – боль.

- Поехали! – прикрикнула на ухмыляющегося горе-водителя-няньку. – Чего уши развесил?

- Господи, Злата, где твои манеры? – мама осуждающе покачала головой.

- Я теперь нищая. Мне можно.

Как ужасно это звучит. Нищая.

- Я, между прочим, тебя вчера принёс домой, - парень улыбался так, будто он не домой меня принёс, а как минимум, доставал меня, рухнувшую с обрыва.