Парень - ты попал! или Ангел-Хранитель девичьих душ

история третья от 06.

Император встал с дивана и замер. Он прикрыл глаза. А потом продолжил.

- Он не проживёт и дня без тебя, просто знай это. А погибнет он, погибну и я. О, и ещё. Он заказал это для тебя, но передумал дарить. Передал в императорскую сокровищницу. Но думаю, купленное за собственные деньги не принадлежат империи. Тем более если это создано для конкретной особы.

Император произнёс заклинание и достал из воздуха несколько коробочек обшитых бархатом и шёлком. Ну как, несколько, на столе легло не мало коробочек.

Амелинда открыла первую же и там было кольцо и серьги. Чёрное золото резные цветы и насыщено синие драгоценные камни. В другой было колье и серьги, повторяющие рисунок и с такими же камнями как браслет. Украшения все были ручной работы и все из чёрного золота.

Все кроме одного. В чёрной бархатной коробочке лежали два кольца на тонкие плетения цепочки, соединённые с браслетами. Чёрное и белое золото плотно переплетены словно две лозы в едином стволе. Женский комплект был усыпан камнями. На белом металле чёрные камни, на чёрном белые. Золото и бриллианты на кольце и браслете. На внутренней стороне были руны, как и на мужском комплекте. За исключением камней и размеров они были одинаковыми.

Все украшения были неимоверно красивыми и дорогими, мастерски исполненными. Но эти парные комплекты, они были не такими идеальными в исполнении. Не так мастерски воплощены, но в них была душа, от них веяло теплом. Они были родными, у Амелинды чесались руки одеть себе женский комплект.

Она дрожащими руками убрала назад комплекты. А потом унесла всё к себе в спальню. И ужин Амелинда всё же пропустила. Снова зачиталась и так и уснула с дневниками и одетая. А утром прочувствовала на себе степень беспокойства и заботы Морена.

Он влетел в комнату крича имя Амелинды. Она только и успела, что прикрыть покрывалом с кровати книги и украшения на полу и кровати. Он влетел именно в тот момент, когда она успела накрыть всё и схватить с тумбочки рядом с постелью кружку.

- Ты опять пропустила приём пищи. – Морен медленно делал шаг за шагом приближаясь к Амелинде. Он говорил, рыча и со злостью. – Не пришла на ужин, не вышла на завтрак. И почему ты в мятой одежде со вчера.

- Я не готова.

- О чём ты?

 - Милая, просто поцелуй его. Потому что ни один мужчина, если что-то решил, не будет слушать.

И она послушалась меня. Сделала пару шагов навстречу и споткнулась. Вместо поцелуя она падала лицом на пол. Он поймал её и поставил на ноги перед собой. И чтобы они делали без меня. Я сам потянулся к Морену и ушёл в глубокое, очень глубокое подсознание перед тем самым моментом.

Прервал поцелуй окрик императора.

- Все живы? Если не ответите, я поднимусь.

Я вернулся и застал Амелинду в объятиях Морена уже лёжа на кровати. Её на кровати, а его на ней. И в глазах у него была растерянность и страсть. Но Амелинда ещё не знала этого чувства и видела только растерянность. Она крепче обняла его. Просто спустила руки с его шеи к пояснице и прижала в объятиях со всех своей девичьей силой.

- Я не откажусь от тебя. И ты же сам знаешь, понимаешь, что уже поздно.

Он упёрся лбом в лоб и тяжело вздохнул. С лестницы послышались нарочно громкие шаги и оклик.

- Я поднимаюсь.

А девочка учится. Чмокнула мужика в губы и разжала объятия. Услышала вздох сожаления со слабым стоном. Он скатился на кровать рядом с ней. Потом резко встал и пошёл на выход.

- Умывайся и переодевайся. Я распоряжусь о … ты должна поесть. И я подобрал тебе горничную, она тебе нужна. И ты никуда не переедешь.

- Без тебя нет.

Мы не видели его улыбки, но волну удовольствия и радости от услышанного почувствовали. А когда спустились увидели сидящий на диване братьев. Император что-то пытался рассмотреть на лице своего брата. А Морен сидел с улыбкой на лице и читал книгу.

- Кто ты и что сделала с ним?

- Идёмте, - он прервал императора и положив книгу пошёл к выходу. – Амелинде надо поесть. И я тоже не завтракал.

В столовой было накрыто на двоих, мне и Морену. А император просто сел рядом и ему подали чай и сладости.

- Как много ты рассказал Амелинде. И не отпирайся, я знаю тебя с рождения и врать ты не умеешь, ни мне.

Сколько было печали в выражении лица, позе и даже вздохе императора… Мы оба тихо рассмеялись.

- Я дал ей дневники, все где описан её род.

- И…?

- И тот самый дневник тоже. Но я ничего не рассказывал, я же дал тебе слово брат.

- Только дневники?

- И её вещи.

- Почему мне кажется, что ты увиливаешь от ответа. Златан, говори сам и сразу всё, пользуйся моим хорошим настроением и присутствием Амелинды.

 - Я же сказал. Я отдал ей все её вещи. Полностью. Те что ты просил отдать и те, что не просил тоже. – После паузы и недоумённого взгляда императора на своего брата он продолжил с удивлённым тоном. – Ты не злишься. Ты не угрожаешь. Ты даже не споришь. И не метаешь молнии. Кто ты?

- Я же сказал, пользуйся.

- Даже так. Ну тогда, помнишь в детстве пропала твоя птица из закрытой клетки? Это я не плотно закрыл дверцу клетки, и она улетела. Прости брат.

- Я знаю.

- Как это знаешь? Никто не знал! Я никому не говорил. И никто не видел. Я пробрался в твою комнату чтобы послушать как она поёт. А она пела только тебе. Вот почему?! Я открыл клетку чтобы приласкать её, а она вылетела и сразу в окно. Я не специально.

- Я знаю.

- Что значит «знаю» и как давно это «знаю»?

- С самого начала. Я уже оборачивался и просто почуял твой запах в комнате и на клетке.

- Но почему не сказал?

- Дал шанс тебе, признаться. К тому же твоя вина меня забавляла.

- Что значит забавляла? Да я мучился с не чистой совестью столько лет! Да я всегда делился с тобой десертами и подкладывал конфеты. Ты говорил, что это был твой любимец, лучший друг!

- И ты стал моим лучшим другом вместо глупой птички. А твои угрызения совести и сладости, ну какой же ребёнок откажется от сладостей?