Парень во дворе моего дома

Глава 32

После внезапного исчезновения парня я начала думать, где он может быть. Ведь все это казалось мне странным. У Елисея, по его словам, родственников больше не было. Я сильно грустила из-за того, что мы даже не попрощались с ним, да и не виделись в последние дни. А ведь мы можем больше и не встретиться. Но я отказывалась думать так. Мне больше хотелось верить, что наша разлука продержится не долго. В любом случае я не могла никак повлиять на медсестер, поэтому оставалось лишь ждать.

Ночью меня все время мучали кошмары. Мне снился Елисей, который находился в заточении, и никто его не мог спасти. Я тянула ему руку, чтобы помочь, но парня поглощала бесконечная тьма… А также мне снился тот самый подсолнух, который остался совсем один посреди вымершего поля. Его все так же затягивала воронка, он держался с последних сил, чтобы не пасть, как его сородичи. Все эти сны пугали и мучали меня. Я постоянно просыпалась. Было страшно, что эти сны могут сбыться и они сняться мне не спроста. Хотелось разорвать этот порочный круг ужаса. Поэтому собрав всю волю и силу в кулак я решила сбежать из этого места. Мной было решено найти Елисея.

Собравшись, я тихо прошмыгнула через коридор к лифту. А когда спустилась на первый этаж, быстро побежала к выходу. Мне было все равно поймают ли меня, ведь я была готова отбиваться рука и ногами, уверенно направляясь вперед. К счастью, сбежать с больницу оказалось достаточно легко. Теперь моя главная задача была найти Елисея. Я не долго раздумывал куда мне идти. Моим навигатором была лишь моя чуйка. Я полностью доверилась ей, ведь больше ничего мне не могло помочь с поисками.

Начался сильный ливень. Я бежала под дождем, одежда совсем промокла. До дома Елисея оставалось еще далеко. На улице было очень темно, фонари не работали. Но я все равно бежала не останавливаясь. Мое сердце разрывалось на части из-за тоски и напряжения, что накопились во мне. Я плакала, но не понятно от чего. Толи из-за грусти или радости. Мне хотелось уже поскорее увидеться с парнем, чтобы обнять и рассказать, как я сильно люблю его… Я поняла, что не смогу жить без него, ведь кроме Елисея у меня больше никого не было. Этот человек для меня все.

Приближаясь к его дому, увидела, что дверь открыта настежь. Вокруг никого не было, лишь капли дождя, которые втаптывали пыль в землю. Я тихо заглянула в дом, но там было темно. Мне пришлось войти в пустоту. Я слышала, как подомной скрипел пол. Это помогало мне хоть немного ориентироваться в пространстве. Ведь я все еще помнила, где и что здесь находиться, а также в каких местах проваливаются доски.

– Где же он…? – взволнованно прошептала я себе под нос.

В какой-то момент я даже начала сомневаться, что Елисей здесь находиться.

– Может я ошиблась…

Я увидела свет и направилась в его сторону. Это было мягкое лунное свечение из окна. На полу сидел Елисей.

– Я-я нашла… тебя… – тихо сказала я, медленно приближаясь к парню.

Он обернулся. Его глаза блестели от слез, переливаясь на свету. Я обняла его, упав на колени.

– Елисей, как же мне тебя не хватало… – прошептала я, поглаживая его по голове.

– Карина… как… как ты нашла меня? – спросил он.

– С помощью сердца… Оно мне подсказало, где тебя искать… – ответила я.

Парень обнял меня посадив к себе на колени.

– Я тоже скучал, Карина, – сказал он дрожащим голосом.

– Я не могла перестать о тебе думать… Я слишком сильно люблю тебя. Прости, что не смогла быть рядом с тобой тогда… Прости… – грустно сказала я.

– Тебе нет за что извиняться. Я люблю тебя.

Я была безумно счастлива найдя Елисея. Пока он был рядом, меня ничего не могло потревожить. Но все же парень выглядел печально. Я знала, что это из-за недавно произошедшего случая. Ведь для парня это было большим ударом.

– Мне очень жаль, что это случилось с твоей семьей. Они не заслужили этого… – сказала я.

Елисей ничего не ответил, лишь грустно всхлипнул и потер глаза.

– Моя мама всегда была такой позитивной и радостной. Казалось, что она никогда не грустит, хоть ей жилось очень тяжело… Она старалась ради меня с сестрой, растила нас, работала с утра до ночи. Пару раз я видел ее плачущую у себя в комнате. На это было очень тяжело смотреть… Ведь она не хотела, чтобы мы знали, как она мучается и изматывает себя. Тогда я пообещал себе, что буду помогать ей. Я начал трудиться с утра до ночи, чтобы принести хоть какую-то копейку в дом. У мамы наконец-то появилось хоть немного свободного времени. Я подтолкнул ее к тому, чтобы она занялась делом, которое ей нравиться. Так она начала печь выпечку. Я приносил ей все, что нужно для этого, чтобы она смогла исполнить свою мечту. Помню, как она пыталась и меня в это увлечь, но у меня не было времени. Я должен был работать, чтобы купить ей продукты для готовки. Зато Николь смогла больше проводить время с мамой. Ей тоже нравилось готовить. Правда сначала у нее не сильно выходило. Я помню те сожженные печеньки обмазаны соленным кремом и посыпаны разноцветной посыпкой. Мне пришлось все съесть, не сказав ни слова о том, что она перепутала соль с сахаром и, что печеньки были на вкус как уголь, хе-хе. Но потом сладости получались у нее очень даже вкусными! Помню, что до этого сестре было одиноко, потому что ей не было с кем играть. В школе с ней не дружили и дразнили. Она часто прибегала домой в слезах, а я ее успокаивал, пока мама работала. А когда Николь научилась готовить, то иногда приносила сладости в школу. Так она нашла себе друзей сладкоежек, которые оценивали ее новые рецепты. Эх, помню, как она щенка с улицы принесла, сказав, что он ее дегустатор и будет жить на кухне. Мне даже не хотелось уговаривать ее передумать, уж слишком милым был тот щенок. Но мама сказала, что в доме уже есть дегустатор. Поэтому его пришлось вернуть. Господи, как же я скучаю по маме и сестре… Мне всегда будет их не хватать…