Парень во дворе моего дома

Глава 45

Светлана Николаевна тащила меня по всему коридору. Я не могла ничего сделать. Казалось, откуда у старой женщины столько сил? Мне было страшно. Меня утащили как какую ни будь вещь и кинули на пол. Я была в какой-то комнате, которую до этого не видела. Окна зашторены темно фиолетовыми шторами, посреди комнаты стоял большой письменный стол, на котором лежали стопки бумаги. Было похоже на кабинет. Женщина закрыла дверь на ключ, который весел у нее на веревочке как подвеска на шее. Она прикрыла его одеждой, встряхнула со своего плеча пылинку и прошла мимо меня. Я сидела на полу не сдвинувшись, ничего не говорила. Лишь испугано смотрела на нее и периодически оглядывалась вокруг. Светлана Николаевна села за свой жуткий стол, приказав мне сесть на табуретку, которая стояла прямо на против нее. Я неохотно поднялась и пошла, но мне хотелось сейчас же развернуться. Ведь в лицо этой женщины невозможно было смотреть. Она пилила меня убийственным взглядом без устану. Но бежать было некуда. Дверь заперта, до окон далеко, тем более я не знала какая там высота. Да и вряд ли бы у меня вообще получилось сделать хоть малейший шаг не так как запланировала эта демоница. Она бы разделалась со мной в ту же секунду. Так что я решила не чудить, а делать вид, что не хочу отсюда сбежать как можно скорее. Может быть так у меня было бы больше шансов выйти отсюда, или хотя бы побольше пожить, хоть и не так, как хотелось бы… К тому же не обязательно, что это конец. Ведь я вроде бы не нарушала никаких правил. Что же от меня хотела эта Светлана Николаевна? Что я не так сделала?

И все же я села на табурет перед столом убийств и самой Светланой Николаевной. Она, положив руку на руку сидела и пялилась на меня дальше. А потом раздраженно вздохнула и перебила тишину.

– Ты нарушительница.

Я не знала, что на это говорить, так что просто слушала. Женщина, уже уставши вздохнула и продолжила речь.

– Ты нарушила правила, которые были установлены мной здесь.

– Какие правила…? – хотела я спросить.

– Ты плохая девочка, – уже сердито сказала Светлана Николаевна.

– Но что я сделала?

– Повторяю, нарушила правила.

В этот момент я поняла, что разговор будет как всегда долгим, скучным, неловким и непонятным. Но атмосфера не давала мне не быть напряженной. Я так будто на иголках сидела, а снаружи меня колола еще своим взглядом ежиха.

– Теперь тебе все понятно? – сказала она.

Я повертела головой. Ну, а как я могла что-то из этого понять?! Единственное, что было понятно, так это то, что меня мучали и не планировали переставать.

– И какие же я правила нарушила?

– Ты нарушила правила поведения в этом здании. Ты очень непослушная девочка, которая, приехав сюда наделала нам кучу хлопот. Видимо на тебя плохо повлияла Лия. Такой же непослушный и проблемный ребенок. Я хочу избавиться от вас обоих.

Мне стало не по себе от ее слов.

– Конец… – подумала я.

– Но не могу, – договорила женщина.

В этот момент ко мне пришло облегчение. Видимо еще поживу. Но где и что с Лией…?

– А где Лия? – испугано спросила я, вылупив глаза.

– Лия с нами, – непринужденно ответила Светлана Николаевна.

Я, недоумевая отвела взгляд в сторону.

– Что значит «с нами»? Как это понять?.. – подумала я.

В это же мгновение послышался грохот. Я резко перевела взгляд на огромный старый шкаф, который стоял в углу. Казалось, что шум доносился как раз из него. Светлана Николаевна тоже медленно перевела взгляд и неспеша поднялась.

– Какие же вы все проблемны, дети, – промямлила женщина.

Пока она шла к тому жуткому шкафу, послышались еще пару стуков тоже доносящиеся оттуда. Ощущение было, будто внутри заточена изнурённая птица, которая с последних сил бьется об стены. От таких ассоциаций мне стало жутко.

– Неужели это… – очень тихо прошептала я, не договорив.

Приподнявшись, я была готова идти, но не успела. Обе двери шкафа распахнулись. Я только успела мельком увидеть, как отлетели ручки. В этот же миг Лия выпала из шкафа. Светлана Николаевна успела только подойти к углу, как девчонка уже оказалась на полу. Она лежала привязанная к табуретке, руки тоже были связаны, а на рту была белая повязка.