Парфюмерная лавка попаданки

14

В ателье снова повисла тишина.

Я, часто моргая, смотрела на девушек.

Вот я, конечно, фантазёрка! Ещё вон среди местных придумала себе таких же гостей из нормального мира, как я. Всё-таки всегда хочется чего-нибудь своего, родного!

– Кхм. Интересно, конечно, но уж больно диковинный сон выходит, – усмехнулась я. – Ну и как вас зовут и откуда вы?

– Я Полина Верёвкина, таролог из Москвы, – мягко улыбнувшись, сказала Полли.

– Меня зовут Алиса Лунёва, швея, и я тоже из Москвы, точнее, из Лобни, но не суть, – хмыкнула Элис. – Это не сон, дорогая. Это самый настоящий другой мир. Со своими законами. Причём, что законами юридическими, что законами мироздания. И у меня для тебя несколько весьма грустных новостей. Как тебя тут зовут?

– Жасмин Грасс, – ответила я.

Удивительно, но манера разговора Элис мне очень импонировала. Я, почему-то сразу ей поверила. Точнее, поверила в то, что она искренне верит в то, что говорит.

– Во-первых, никому ни за что не говори, что ты попаданка, – с серьёзным видом начала Элис. – Тут с этим очень сурово. Если установят, что твоя душа изначально не обитала в этом мире, а попала сюда, то тебя заберут в рабство на три года, а потом отправят на обязательную отработку тоже на три года.

– Что?! Какое ещё рабство?! Что за средневековье?! – я аж подпрыгнула от негодования.

– Вот так тут. В целом, там хозяева обязаны раз в полгода сдавать отчёты в специальное министерство, которое следит за попаданками, о том, как их рабыни-попаданки поживают, – задумчиво произнесла Элис, но потом сурово добавила: – Но они могут и соврать. Попаданок много, за всеми не уследишь. Алекс вон два месяца была в рабстве, и не как попаданка, кстати, а как местная, пока к Натану не попала. Мне повезло больше, я попала в нормальную обстановку, но в тело мошенницы. Расхлёбывала потом тут. А Полли попала в тело весьма любвеобильной и стервозной адептки местной Академии.

– В смысле, прямо рабы? Бесправные?! – прошептала я, всё ещё пытаясь осознать этот факт. – На плантациях работать и для постельных утех?! Прямо такие?!

– Это как тебе с хозяином повезёт, – тихо ответила Полли.

– Да ну, дичь какая-то! Как я могла такой мир придумать! – возмутилась я. – Мне перестаёт нравиться этот сон!

– А это и не ты придумала, – жёстко осадила меня Элис. – Говорю же, это не сон. Это реальность. И чем быстрее ты это поймёшь и оценишь опасность, тем лучше для тебя. Ты здесь, кстати, кем работаешь? Или что делаешь? Магией владеешь?

– Да, я алхимик и травница, правда, пока не очень умелая. И проклята я ещё. И у меня парфюмерная лавка, – рассеянно сказала я. – А что?

– Всё отберут, если узна́ют, что ты попаданка, – доброжелательным голосом после тяжёлого вздоха ответила Полли. – Владеть магией или своим бизнесом можно только после отработки на государство или местного «чужого дядю». Магию заблокируют, имущество отберут.

Я напрягалась. Граф Сойт тоже что-то ведь говорил про чужого дядю.

Неужто он мог как-то понять, что я попаданка?!

Да нет, вряд ли.

– А нас как-то опознать можно? Ну, то есть, понять, что мы попаданки? – с надеждой в голосе спросила я.

– Да. Между лопаток у нас есть отметка в виде светящейся спирали, чуть позже покажу, – ответила Элис с немного виноватой улыбкой. – Не раздевайся тут не перед кем особо.

По спине пробежал лёгкий холодок.

Вот чёрт! А ведь пока я лежала в отключке, Кирстен мог вполне заглянуть мне под одежду.

Если он извращенец какой-нибудь.

Или случайно, пока укладывал в постель бессознательную меня.

Мамочки! Как-то мне очень не хочется в рабство!

– А как распределяется, к кому ты попадаешь в рабство? – задала я следующий вопрос.

– Обычно к членам семьи, которой принадлежит твоё тело, – ответила мне Полли.

– А если все мертвы? – настойчиво продолжила я.

– Тому, кто найдёт тебя и установит, что ты попаданка, – нахмурившись произнесла Элис. – Вроде так.

Мне прямо поплохело. Попасть в рабство к противному Кирстену на три года?! Жуть какая!!!

– Ну, ты можешь пойти и сама «сдаться» в местную тайную канцелярию, – с натянутой улыбкой протянула Элис, – тогда скорей всего тебя распределят по желанию из-за добровольной явки, так мне, по крайней мере, Адриан говорил.

– Я не хочу в рабство…

– Никто не хочет! – хмыкнула Элис. – Поэтому мы тебе и предлагаем молчать, как и мы.

– Жуть какая, – поражённо прошептала я. – Рабство! Что за дикари?!

– Да, – кивнула Элис. – Но это ещё не всё. Слушай.