Пари на босса

Глава 47 Растерянность

Катя

— Что происходит? — Лена тоже замечает доносящийся из коридора шум. И, как всегда, стремится первой оказаться на месте событий.

Как в институте первой она рвалась ответить на вопрос, так и сейчас вскакивает с кресла и спешит узнать, что происходит за дверью. Или переживает, услышав голос начальника?

— Да подожди же ты! — останавливаю ее на полпути. — Прислушайся!

— Чего еще слушать? Разве и так не понятно, что там кто-то ругается? — пытается вырваться из рук, но я не отпускаю.

— Вечно ты так! — бросаю, совершенно не подумав о последствиях. А после так и не завершившейся ссоры без последствий никак не обойтись.

— Как это «так»? — подхватывает Лена. Но хотя бы забывает о кричащем в коридоре начальнике.

— Вечно ты хочешь быть первой, — раз уж начала, решаю продолжить. — Иногда мне кажется, что для тебя смертельно опасно о чем-то не знать.

— То, что я хорошо училась, еще не означает, что я пытаюсь везде сунуть свой нос! — сразу понимает о чем я.

— Зачем же тогда ты сейчас спешишь выйти за дверь? Лично мне совершенно не интересно, кто и почему там ругается.

— А я не из интереса выйти хочу! — злится Лена. Кажется, что еще немного и она снова начнет нести чушь о своих чувствах и моем холодном расчете. — Что, если там все серьезно? Что, если Павлу Евгеньевичу нужна моя… наша помощь?

— Ну конечно! Ты же у нас даже со спецподразделением в одиночку справиться сможешь. Ты же у нас лучшая!..

— Твои колкости сейчас неуместны, — судя по голосу, подруга чуть остывает. — Я ведь на самом деле переживаю. Что, если он там подерется, а раны обработать некому?

— А ты, можно подумать, раны обрабатывать умеешь, — так и хочется сунуть ей в руки иголку с нитками и отправить кого-нибудь зашивать.

— Может быть и могу, — фыркает она. А сама так и косится на дверь.

— Не смеши меня! — ни за что не поверю, что Лена еще и раны умеет обрабатывать. Разве что зеленкой или едом намажет, да пластырем заклеит. Но так-то и я умею.

На мгновение в ссоре возникает пауза. И в этот момент мы оказываемся в полной тишине.

— Закончили что ли? — не могу понять, есть ли еще кто-нибудь в коридоре. — Не слышу, чтобы хоть кто-то говорил.

— И я не слышу, — соглашается подруга. — Неужели в кабинет ушли?

— Поругались и пошли договариваться? — что-то сомневаюсь я, что все так просто. Особенно если вспомнить, как Павел Евгеньевич повел себя в доме заказчика.

— Может быть проверим? — снова Лена берется за свое.

— Ты мне скажи, ты им чем помочь собираешься? — делаю последнюю попытку предостеречь ее от глупости.

Представляю, как Лена выходит в коридор и кидается на обидчика нашего начальника с кулаками. Или еще лучше, не находит их в коридоре и врывается прямо к Павлу Евгеньевичу в кабинет.

Нет, так дело не пойдет! Подобный поступок хоть и расставит все точки в их несуществующих отношениях, но мне победа за счет ее позора не нужна. Она и так у меня в руках.

— Я просто хочу убедиться, все ли у Павла Евгеньевича в порядке, — Лена говорит спокойно, но по глазам вижу, что она нервничает. — В отличии от тебя, мне он дорог!

— То есть ты хочешь опять поднять эту тему?

— Оттого, что ты мне сказала, я не могу перестать любить его!.. — заявляет подруга и тут же замолкает.

Кажется, что она сама не понимала, что собирается сказать и только теперь, когда это слово слетело с ее уст, она осознала всю глупость своей настырности.

— Что? Теперь понимаешь, что это даже звучит глупо? — усмехаюсь я. — Как ты вообще можешь любить того, кого совершенно не знаешь?

— Но я… — шепчет Лена, смотря сквозь меня.

Вижу, что осознание постепенно приходит к ней. Любить она надумала мужчину, который с ней толком-то и не разговаривал. А меня он, между прочим, даже от соперника защищал!

Но об этом я говорить не стану. По крайней мере не сейчас.

— Я ведь… на самом деле его люблю… — неожиданно Лена произносит не совсем то, что я думала услышать.

Но сказать ей ничего не успеваю. Потому как в этот самый момент из коридора доносится до боли, а точнее до отвращения знакомый голос:

— Катюша, ты где? — кричит Александр Сергеевич. Да, именно он. Ведь его голос я вряд ли могу спутать с чьим-то еще. — Выходи, у меня есть разговор!

Не понимаю, что со мной происходит. У меня в груди все сжимается в ком. В горле пересыхает. Сердце начинает стучать так быстро, что кажется, будто оно стучит по ребрам. Но самое главное: на меня накатывает паника.

Пытаюсь понять, в чем причина моего состояния. Почему мне так страшно? Или нет, не страшно… Точно не страшно. Просто тревожно. И тревожно не от страха, а от… какого-то другого, пока еще не понятного мне чувства.

— С этим нужно что-то делать! — заявляю я и срываюсь с места.

Выхожу в коридор в полной уверенности, что выскажу этому мерзавцу все, что я о нем думаю. Объясню, что нельзя просто нагло хватать меня за разные места без моего разрешения. Что лично ему меня вообще нельзя ни за что хватать.