Пари на дракона. Поцелуй навылет

Глава 2. Арабелла Янтарная

Главные ворота Илларии открыты настежь. На высоких шпилях, венчающих ограду, развеваются прозрачно-серебристые стяги, на которых изображён скалящийся белоснежный дракон — символ правящего дома.

Поле, обычно пустующее, заполнено людьми: студентами, преподавателями и обслуживающим персоналом. Все пришли хоть одним глазком посмотреть на императрицу.

Мне и девочкам достались практически лучшие места. Вместе с Ривейлой мы стоим по правую руку от Рейва, который вместе с Армом, Клео и Алдертом возглавляет встречающую процессию. Слева, что не удивительно, обнаруживаются представители оборотней. Естественно, что Пелагея, окружённая своей сворой, не могла упустить столь знаменательный момент. И судя по тому, как мастер Панчек то и дело недовольно хмурится, княжна уже успела его достать. Ведагора среди двуликих я не наблюдаю, значит, песец предпочёл слиться с основой толпой студентов.

Впрочем, я его не осуждаю, сама бы хотела сейчас спрятаться подальше. Мне почему-то кажется, что лучше бы не встречаться с её величеством. Бросаю короткий взгляд туда, где среди адептов замер Ильке. Его не пригласили в первые ряды, и раздражённо поджатые губы ярко демонстрируют, как Эрто не по нраву такое отношение.

— Армониан, ты говорил, что твоя мама прибудет в пятницу. — Меня отвлекает возмущённый шёпот Клео.

Драконица, которая то и дело поправляет на себе форму, заглядывает в объёмную папку, которую держит в руках.

— Я так и сказал, — скосив рот, бормочет принц. — В пятницу, тринадцатого.

— Ты не говорил число! Тринадцатое сегодня! — теряет терпение Бетье и, выронив папку, хватается за голову. — Мы не успели подготовить приёмный зал!

— Клео, деточка, успокойся. — Алдерт, до этого полностью сосредоточенный на мерцании защитного контура, укрывающего периметр академии, бросает на племянницу мягкий взгляд. — Вы постарались на славу. А зал нам пока не понадобится.

— Я уверена, мы найдём, чем развлечь её величество, — долетает до нас голосок Пелагеи. — Конклав снабдил нас множеством диковинных изобретений, которые мне не терпится продемонстрировать её величеству.

У меня поднимается глухое раздражение, которое стремительно рассеивается, стоит только посмотреть на Лери. Валейт, активно кривляясь, открывает рот и изображает Аксамит. Выглядит это настолько уморительно, что даже строгий Алдерт позволяет себе усмешку.

— Не сомневаюсь в талантах Конклава, княжна, — роняет ректор. — Но для начала нам достаточно просто достойно принять её величество. А потом уже она сама определит, что ей интересно, а что можно пропустить.

— Но… — Голосок Пелагеи приобретает обиженные нотки, однако договорить лиса не успевает.

По ту сторону защитного периметра появляется радужное сияние открываемого портала. Разрыв в пространстве растёт и ширится, на миг пугая меня габаритами. Никогда не видела настолько масштабного портального окна.

Ректор выходит вперёд, вскидывает руки, и по защитному контуру проходит рябь снимаемых чар. Марево оседает, оставляя после себя обширный проход. Вздумай враг сейчас напасть — у него было бы достаточно места для манёвра.

Не успевает эта мысль исчезнуть, как в открывшийся портал один за другим проходят несколько десятков воинов.

Одетые в тяжёлую броню янтарных и серебристых оттенков, мужчины выстраиваются клиньями, защищающими как тыл, так и передний край. Они ощетиниваются в нашу сторону копьями, и я на секунду пугаюсь такого приветствия.

— Не волнуйтесь, это стандартная процедура, — доносится до меня успокаивающий голос Рейва.

Вскидываю голову и понимаю, что он всё это время смотрел на меня, а потому от него не укрылась моя реакция.

— Это личная гвардия её величества, они обеспечивают её безопасность.

В ответ лишь киваю. Если Рейвард говорит, что всё в порядке, значит, так оно и есть.

Скользнув взглядом по Мирре, с удивлением отмечаю, насколько она бледна. Конечно, встреча с будущей свекровью кого угодно может до обморока довести, но подруга всегда отличалась умением держать лицо. Неужели она настолько боится императрицу?

Хватаю Мирру за ладонь и крепко сжимаю холодные пальцы. В ответ получаю лишь слабую улыбку, коснувшуюся губ подруги. Она полностью сосредоточена на прибывающих гостях.

А там есть на что смотреть. Под всеобщий возглас восхищения через портал пролетают четыре дракона — янтарные и серые. Чешуя последних отливает радужными всполохами, и я вспоминаю, что таким окрасом славятся адуляровые драконы, воздушники.

Сделав круг над полем, драконы с грохотом приземляются с боков от врат. Широко раскрывают крылья, будто предупреждая: без фокусов!

Следом на широкой дорожке, ведущей к академии, появляется та, кого ждут все собравшиеся. Высокая, статная женщина в богато украшенном платье с тугим корсетом и пышной юбкой останавливается посреди защитного «ромба» и оглядывается. Её блондинистые волосы собраны в простую косу и украшены вычурной короной, инкрустированной драгоценными камнями. Матушка Арма отличается весьма выдающимися габаритами, но двигается при этом легко и изящно. Но даже не это привлекает моё внимание. На округлом лице Арабеллы Янтарной царит лучезарная улыбка, а глаза при этом искрятся озорством. Глядя на неё, я понимаю, в кого Армониан такой… шебутной.