Пари на императора драконов

Глава 7

Стемнело. Гости императорского дворца разошлись по комнатам. И лишь единицы, как я, бесцельно шатались по коридорам, заглядывали в галереи, без особенного восторга останавливаясь у картин.

Скучно, но я привыкла в родном поместье ложиться поздно, поэтому коротать вечера одной в четырех стенах не хотелось.

Завернув в очередной коридор, остановилась. Двери справа вели в просторную, примечательную комнату. Мягкие диванчики, высокие колонны, увитые живым плющом. В центре фонтан, выполненный в виде скульптуры. Мои щеки вспыхнули. И было от чего. На мраморной деве, явно орине, потому как на плечах искусно изображены чешуйки... Ну... В общем, вот эти чешуйки только на ней и были, и более ничего. Ни клочка одежды. Ни спереди, ни сзади.

Срамота. Она, родимая.

Нет, я не могла не войти в эту дивную комнату.

Пройдясь вдоль стен, не знала, куда от стыда деть глаза. А они так и разбегались в разные стороны, все подмечали.

Любопытненько! А красные уши — это я переживу.

Ох уж эти картины! Чистый срам! На них возлежали орины. Каждая обнаженная коленка заставляла мои щеки алеть сильнее, а грудь, что просто рвалась из корсета, — завидовать по-чёрному. Я такими формами похвастать ну никак не могла.

Судорожно вздохнув, взглянула на главное полотно во всю стену. Ай-ай-ай! Ну и разврат при дворе его императорского величества!

А вдруг невинные ведьмы увидят?! Как так можно! Позор!

Всем, но не мне!

Эх, Льюис, а таким приличным казался. Кто бы мог подумать, что у тебя такие комнаты отдыха имеются. Знал бы папенька, кому меня на попечение временно сдал. Ужас!

Открыв рот, я разглядывала картину. На меня взирала дама в годах, развалившаяся на кровати в окружении маленьких розовых подушечек. Темно-бордовое платье задрано до бедра, ладонь прикрывает хозяйство, выпавшее из лифа. Нет, ну тут я точно обзавидовалась.

Эх...

— Юниль? Ты здесь? — услышав удивлённый голос за спиной, я разве что не подпрыгнула. Попалась, а! И кому?

— Льюис? А-а-а, — мне потребовалось пару мгновений, чтобы справиться с растерянностью. — А я, кажется, только что узнала о тебе много нового. — Не поворачиваясь, указала на картины. — А я-то думала, мой лучший друг — блюститель морали. А оно вон как выходит.

— Ну, положим, во-первых, я тебе не друг, Юниль, — недовольно процедил он, — и никогда не соглашался им быть. А во-вторых, это любимая комната моего покойного дяди. Я же сюда никогда не захожу.

— Зря! — я всё же обернулась. — Такие апартаменты! Загляденье!

— Как ты вообще их нашла? — склонив голову, он, наконец, соизволил меня рассмотреть.

— Шла, шла, свернула вправо, потом влево... — задумчиво принялась описывать свой маршрут.

— Юниль! — он произнёс это так, что я выпрямилась по струнке.

— Ну хорошо, — я отбросила в сторону всё веселье и доложила как есть. — У меня нюх на неприятности. Где они, там и я. Разве папенька не предупредил взгляда с меня не сводить? А то отвернётесь, император, и я в них обеими ногами влезу.

— Предупредил, — Льюис обошёл меня, высокомерно так поглядывая. — Значит, нравится эта комната? Чем же?

— О! Глядя на эти картины, я понимаю, к чему нужно стремиться. Такие линии форм, такое изящество.

— Да упаси боги, ведьмочка. — Льюис уставился на полотно. — Завтра же велю всё это отсюда убрать.

Я едва сдерживала улыбку, глядя, как хмуро брови императора съезжаются к переносице. Кажется, он прелести драконесс не оценил. Зря!

— Иди в свою комнату, Юниль, и старайся не бродить по дворцу в позднее время. Здесь сейчас слишком много народа, и не за каждого гостя я могу поручиться.

Он снова перевёл взгляд на меня. Такой родной и совершенно чужой незнакомец.

— Кто же полезет к темной ведьме, император. Какой вздор! Боюсь, это я представляю опасность для окружающих. Милой и доброй я, увы, не выросла.

— М-м-м, — он усмехнулся. — Юниль, так я, выходит, все же император. Хорошо. Все лучше, чем лучший друг.

— А что плохого было в нашей дружбе? — не удержалась я.

— То, что ее никогда не было, Юниль. Просто подругу я в тебе не видел тогда и не вижу сейчас, — неожиданно зло процедил он. — Иди в комнату!

— Это приказ? — я подняла подбородок, но Льюис был так высок и крепок, что все мои потуги взглянуть на него с высокомерием не увенчались успехом.

— Это просьба, Юниль. Простая просьба. Завтра будет бал, твое присутствие обязательно. Если возникнут вопросы, связанные с нарядами...

— Я знаю, у кого просить помощи, Льюис, и это не ты.

— Нет, Юниль, это как раз я!

— Предпочитаю генерала Ярвена.

— Твое право, ведьмочка.

Он снова сделал несколько шагов вокруг меня и остановился за спиной. Мне почудилось, что я чувствую его прикосновение к волосам. Глупо, конечно, но...

— Льюис, что за игра?

— Никакой игры, девочка. Если что-нибудь потребуется — через служанку попросишь передать мне.

— У меня есть отец, император, и заботиться обо мне — его задача. Как найду своего истинного, так этим займется он.

— А ты ищешь его? — я не видела Льюиса, потому что он оставался за моей спиной. Это здорово нервировало и жутко смущало. Хотелось обнять себя за плечи и отойти. — Смотришь в глаза мужчинам? Что ты пытаешься там найти?

— Это личное, император, — фыркнула я.

— У-м-м, личное? — я снова ощутила прикосновение. Легкое, почти воздушное. — Я слышал, у тебя много поклонников. Ты влюбляешь в себя, не обещая ничего взамен. Играешь с сердцами мужчин.

— Поклеп! — я все-таки сложила руки на груди. — Это они со мной играют. Видят во мне лишь удобную ведьму. Зачем искать истинную, если проще присвоить меня. Не спрашивая при этом. Скомандовал «люблю» и падай перед ним на колени. Свою руку, император, а уж тем более сердце, я не обещала никому. Даже вам! Хотя, помнится, вы о нем спрашивали.

— Ну а зачем же мне маленькая ведьмочка, которая во мне друга видит? — склонившись, прошептал он мне на ушко. — Я нашел женщину, что непременно рассмотрит во мне мужчину. Осталось ее завоевать.