Пари на миллион

12

Погода в день экскурсии выдалась неплохой. Хотя наступила середина октября, солнце всё ещё оставалось тёплым. По небу проплывали лёгкие облака.

Работники уже трудились: осторожно обрезали гроздья винограда с лоз.

Для экскурсии я заказала крытый экипаж на тот случай, если погодные условия внезапно ухудшатся.

— Сейчас мы проезжаем мимо виноградника «Нобилис», уважаемые леди и джентльмены. Если помните, то именно после встречи в яблоневом саду Роуэн осознаёт свои чувства к Глории. Именно данное место вдохновило госпожу Грин, автора произведения, на описание этого фрагмента. Если желаете, то можно пройтись и осмотреть всё лично, ‒ предлагаю гостям.

— Я бы с удовольствием понаблюдал ещё и за процессом сбора урожая, ‒ отзывается граф Гринберг.

Да, ему и на этот раз хватило наглости заявиться.

Когда ещё несколько человек высказывают подобное желание, подаю знак кучеру, чтобы остановился. Спускаюсь и приглашающим жестом зову за собой.

— Скажите, а почему виноградник называется «Нобилис», а не носит имя вашей семьи? ‒ спрашивает дама средних лет.

— Спасибо за проявленный интерес, госпожа. Многие поколения назад мой предок получил эти земли в своё владение и пользование за заслуги перед страной. В знак своей признательности королевская семья даровала ему титул и средства для возведения одноимённого поместья. «Нобилис» в переводе с латыни означает «благородный». Оно отражает не только историю нашего рода, но и стремления, которые передаются от предков: сохранять благородство и честь в любые времена. Когда мой прадед начал возделывать эти земли, он надеялся, что вкус вина будет таким же благородным, как и наше имя. Так что «Нобилис» ‒ это поместье, виноградник и наименование вин, которые производит моя семья. Мы сохраняем это название в знак уважения к памяти предественников и наследию, что нам от них досталось, ‒ поясняю охотно.

— Надо же! У нас в погребе наверняка найдётся несколько бутылок этого вина, но я и подумать не могла, что за названием скрывается столько смысла, ‒ удивляется женщина.

Благосклонно киваю и продолжаю рассказывать:

— В производстве сидра имеются свои тонкости. В виноделии всё точно так же. Имеют значение погодные условия, сорт, способ изготовления и выдержки. Эти тонкости немного упоминаются в тексте романа. Например, тот факт, что Глория в конце истории обанкротилась, непосредственно связан с низким урожаем сортов яблок, из которых её предприятие делало сидр.

— Позвольте уточнить кое-что: я слышал, что в этом году урожай винограда непригоден для изготовления вина? ‒ вклинивается какой-то мужчина.

— Верно, господин. Погодные условия были не самыми благоприятными, что сказалось на вкусе сырья. Тем не менее, хорошего дельца от плохого отличает умение находить оптимальные решения в сложных ситуациях, ‒ отвечаю с улыбкой.

— Скажите, а ваша винодельня тоже пострадала? ‒ интересуется с плохо скрываемым любопытством дама, что спрашивала про название.

И не только она. Граф Гринберг вообще не поднимает взгляда от своего блокнота с того момента, как я открыла рот. Ладно, пусть строчит. Возможно, я из этого тоже потом извлеку выгоду.

— Это коснулось всех производителей вина, госпожа, ‒ отвечаю нейтрально. — Мы не можем предоставить нашим клиентам вино ниже того качества, к которому они привыкли, поэтому нашей семьёй было принято решение сократить список поставок. В этом году вино получат лишь наши постоянные покупатели из особого списка. Тот виноград, что непригоден, теперь перерабатывается в другую продукцию: сок, джем, изюм и даже мармелад. Впрочем, если вам хочется узнать больше о вине, то могу организовать персональную экскурсию для вашей семьи, ‒ не теряюсь я.

— О, это было бы чудесно! ‒ тут же оживляется женщина.

— Прошу обратить внимание, что сейчас мы проходим мимо виноградных лоз, из плодов которых делают айсвайн. Это сладкое вино, для которого виноград собирается при температуре ниже семи градусов тепла. Вкус характеризуется чистыми и яркими нотами, подобно тому, какой описывал Роуэн, когда Глория угостила его сидром, ‒ стараюсь сформировать как можно больше положительных ассоциаций, чтобы у почитателей творчества госпожи Грин возникло желание что-то купить.

— Скажите, а можно ли продегустировать вино, о котором вы говорили? ‒ тут же спрашивает мужчина.

— Обязательно, господин. Это конечный пункт в программе нашей экскурсии, ‒ отзываюсь жизнерадостно.

Пока что всё идёт именно так, как я и рассчитывала.

К концу мероприятия захотелось пожать руку каждому посетителю, потому что они купили сразу несколько бутылок вина.

Всем, кроме графа Гринберга. Во-первых, потому что он ничего не купил, а во-вторых, потому что всю экскурсию я слышала раздражающий скрип карандаша по бумаге.

— Вот это моя доченька! Ну что за умницу мы воспитали? Такой можно и семейное дело доверить! Не нужен нам никакой зять! ‒ радовался отец спустя месяц, подсчитывая прибыль.

Я на это лишь тихо посмеялась, прикрыв рот ладонью.

Да, пожалуй, руки Эдварду Гринбергу не пожала бы, но благодарность от меня ему точно причитается.

— Как тебе только в голову пришло проводить экскурсии по винограднику? ‒ допытывался с улыбкой отец.