Пари на неё

Глава 1

Элайза

Я совсем не собиралась идти в эту кофейню.

Во-первых, там постоянно длинная очередь — минимум на двадцать минут. Во-вторых, свободно сесть невозможно: все столики заняты студентами и прохожими. А булочки, зараза такие, пекутся с утра, и их аромат наполняет всю улицу. Именно поэтому местные фрилансеры оккупируют «Brew & Co.» с открытия и до самого вечера. В студенческой столовой в обед пахло так отвратно, что аппетит исчезал ещё на входе. Так что «Brew & Co.» оставалась меньшим из двух зол.

За окнами стоял сентябрь. То самое бабье лето, когда солнце ещё греет по-летнему, но ветер уже прохладный: свежий, бодрящий и с лёгким задором.

Я вышла из кафе с бумажным стаканчиком в одной руке и телефоном в другой. Горячий кофе обжигал пальцы сквозь картон, но этот горячий стакан придавал утру ощущение порядка — казалось, всё идёт по плану и ничто не предвещает беды. Глядя в экран, я проверяла расписание пар на сегодня и медленно шла к выходу. Первая пара задерживалась, вторая, похоже, была отменена. В этот момент телефон завибрировал: сообщение от подруги выскочило на экране ровно в тот миг, когда я только что обогнула угол здания и оказалась на узкой улочке между кафе и книжным магазином. Я остановилась, не отрывая глаз от экрана.

Всё произошло мгновенно, буквально за две секунды. Кто-то так сильно толкнул меня в правую руку, что телефон вылетел. Я дернулась, чтобы поймать его, и в тот же миг горячая волна кофе хлынула через край стаканчика. Он обжёг пальцы, запястье и тонкий белоснежный свитер из ангоры, который я только что надела. Коричневое пятно медленно расползалось по чистой поверхности свитера. Телефон я успела поймать буквально в полусантиметре от асфальта и застыла, крепко сжав его в руке. Пустой стаканчик лежал скомканный в другой. Сердце застучало у меня в горле.

— Смотри, куда идёшь, — спокойно сказал низкий голос.

Я приподняла голову. Передо мной стоял парень: высокий, тёмноволосый, с тёмными глазами и легкой насмешкой на губах, словно он знал то, чего не знала я. На нём были чёрная футболка и расстёгнутая кожаная куртка. В руке он тоже держал смятый пустой стаканчик. Только кофе растекалось не только по моей одежде: напиток стекающими каплями впитался в мою белоснежную ткань — и даже затекал по его тёмным джинсам, образуя мокрое тёмное пятно.

Мой любимый свитер… — Вот чёрт, — тихо подумала я.

— Я просто стояла на месте! — возмутилась я. — Это ты налетел на меня!

Он слегка склонил голову и стал смотреть на меня как на забавную ошибку системы.

— Твоё «стоять на месте» мне больше напоминает активный вид спорта, — усмехнулся он.

Меня взбесил его высокомерный тон и то, что он даже не подумал извиниться.

— А «извиниться» у тебя, должно быть, из области фантастики, — отрезала я.

Он осторожно прищурился, а затем спокойно произнёс:

— Я не извиняюсь за то, чего не делал.

— Удобно… — я усмехнулась, стараясь, чтобы он точно услышал. — Никогда не извиняться — явно твоя гениальная стратегия.

— Всегда работает, — ответил он с хихиканьем.

Непоколебимый наглец.

— Наверное, весь мир тобой просто восхищён, — сказала я нарочито медленно, подчёркивая каждое слово.

Он и не думал отводить взгляд. Напротив, сделал полшага ко мне, и я уловила резкий запах его парфюма в перемешку с горьковатой смесью табака и кожи.

— Пока справляюсь, — тихо улыбнулся он.

Мне никогда не везёт на таких, — раздражённо подумала я. Не любила я подобных: самодовольных, эгоистичных, упрямых. А когда ещё и красивых — так и вовсе бесит наповал.

— Ты серьёзно сейчас? Или просто демонстрируешь очередной уровень своей «харизмы»? — спросила я и досадой осмотрела мокрый рукав. Свитер был безнадёжно испорчен.

Он улыбнулся ответно.

— Это ещё скромная версия.

— Ты всегда так разговариваешь? — спросила я раздражённо, хотя уже знала ответ. — Неужели тебя действительно никто никогда не отчитывал? Может, тебя кто по голове стукнул? Ну скажи честно, я и пойму.

Он загадочно прищурился: впервые я заметила в его взгляде искорку живого интереса.

— Только с теми, кто сам в меня врезается и ещё при этом обижается, — ответил он беззаботно.

Я бы могла закрыть глаза на свитер в надежде, что стиралка справится со своей задачей. Но нет же — он стоит тут и продолжает спорить или флиртовать. Не важно, я уже не понимаю, почему сама продолжаю с ним этот бесполезный диалог.

Брови поползли в верх от удивления.

— Это я выгляжу недовольной? — переспросила я.

Он скользнул взглядом по моему лицу — медленно, оценивающе, как будто читал мелкий шрифт в договоре.

— Это легко читается на твоём лице, — констатировал он.

— Разумеется. И каждый вечер обновляю список людей, которые меня бесят, — сухо заметила я.

Он замолчал на миг, потом склонил голову, обнаружив во взгляде что-то интересное.

— Значит, я в этом списке? — сделал он шаг ближе. На этот раз он действительно совсем немного наклонился к мне, и я вновь почувствовала его резкий аромат одиколона.

— Ты возглавляешь этот список, — тихо ответила я и лишь чуть вздёрнула подбородок.

Какая я молодец! Мне срочно должны выдать медаль за стойкость. А такая вообще существует?

Всего за какие-то пять минут этот наглый незнакомец умудрился стать для меня главным раздражителем года. Надеюсь, он не из нашего универа и мы больше никогда не пересечёмся.

За то время, что он молчал, я успела заметить, как на его лице впервые не играла насмешка и не таился сарказм, а мелькнуло настоящее удивление. И тут он тихо рассмеялся — еле слышно, хрипло, искренне, с чувством, будто даже был рад услышать именно такой ответ. Чёрт. Кажется, я немного перегнула.

Возможно, он не так уж и безнадёжен?

— Значит, хоть где-то я на первом месте. А если ещё и засел у тебя в голове, то вообще отлично, — протянул он с улыбкой.