Пари на новенькую

глава первая

Варя

Я стояла перед воротами школы и не могла заставить себя сделать шаг.

На табличке крупными золотыми буквами было написано: «Алые паруса».

Смешное название для места, где всё выглядело совсем не сказочно: высокий забор, охрана у входа, камеры над калиткой, идеально подстриженные кусты вдоль дорожки и огромное здание за ними — светлое, строгое, слишком большое для обычной школы.

Хотя обычной она и не была.

Мне об этом повторяли много раз.

В кабинете директора детского дома.
В районном отделе образования.
В машине соцработницы, пока мы ехали сюда.
Даже вчера вечером, когда я собирала вещи и пыталась не показывать девчонкам из комнаты, что у меня трясутся руки.

— Варя, ты должна понимать, какой это шанс.

Я понимала.

Именно поэтому сейчас мне хотелось развернуться и уйти.

Шанс — это не всегда радость. Иногда это такая тяжесть на плечах, от которой трудно дышать. Потому что если тебе дали шанс, ты уже не имеешь права просто испугаться, ошибиться, не справиться. Все будут ждать, что ты докажешь: тебя взяли не зря.

Меня перевели в «Алые паруса» по гранту.

Одарённая девочка из детского дома.

Фраза красивая, почти газетная. Только жить внутри неё было неприятно. Словно меня заранее поставили на полку с табличкой: смотрите, у нас тут социальная ответственность и поддержка талантов.

— Варя, идём, — сказала рядом Елена Павловна.

Она была моей сопровождающей из опеки. Добрая, но уставшая. Из тех взрослых, которые хотят помочь, но всегда смотрят на часы, потому что после тебя у них ещё трое таких же «сложных случаев».

Я кивнула и наконец шагнула к проходной.

Охранник проверил документы, посмотрел на меня, потом на Елену Павловну.

— Новая ученица?

— Да. Лебедева Варвара. Перевод по гранту. Нас ждут в учебной части.

Он нажал кнопку, калитка щёлкнула.

И всё.

Я вошла.

Дорожка к главному корпусу казалась слишком длинной. По обе стороны шли ребята в школьной форме — красные пиджаки, белые рубашки, тёмные брюки и юбки. Такая же форма была и на мне, только на остальных она выглядела привычно, будто они даже не замечали, во что одеты.

А я замечала всё.

Как пиджак тянет в плечах.
Как галстук мешает дышать.
Как новые туфли натирают пятку.
Как девочки у ступеней мельком смотрят на меня и сразу отворачиваются, делая вид, что не смотрели.

Я не знала, что именно во мне выдаёт чужую.

Может, слишком аккуратные косы.
Может, папка с документами в руках.
Может, то, что я не знала, куда идти, и слишком внимательно читала таблички.

В холле было шумно. Не так, как в моей прошлой школе. Там шум был простой: кто-то орал через коридор, кто-то бегал, кто-то хлопал дверью так, что штукатурка сыпалась. Здесь шумели иначе — увереннее, спокойнее. Словно даже в хаосе у всех было своё место.

У кого-то — у локеров.
У кого-то — у лестницы.
У кого-то — возле большого окна, где стояли несколько парней.

Я заметила их не сразу. Сначала увидела синие бомберы.

Они резко выделялись среди красных пиджаков. Потом уже я поняла: это, наверное, футбольная команда. На рукавах — эмблема школы, на груди — маленький мяч и буквы «АП».

Парней было четверо.

Один смеялся, прислонившись к локеру. Второй листал телефон. Третий что-то рассказывал, активно жестикулируя.

А четвёртый просто стоял чуть в стороне.

Высокий. Тёмноволосый. В синем бомбере поверх белой рубашки. Красивый так, что это раздражало даже издалека. Не потому что я любила красивых парней. Наоборот. От таких обычно было больше всего проблем. Они слишком хорошо знали, как на них смотрят.

Этот тоже знал.

Я поняла это сразу.

Он не улыбался, не кривлялся, не пытался привлечь внимание. Ему и не нужно было. Всё равно взгляд цеплялся именно за него.

Я отвернулась первой.

— Учебная часть на втором этаже, — сказала Елена Павловна, сверяясь с сообщением в телефоне. — Пойдём.

Мы поднялись по лестнице. На стенах висели фотографии выпускников, дипломы, кубки за олимпиады, снимки футбольной команды. На одном фото тот самый парень в синем бомбере держал кубок и смотрел в камеру с таким спокойным лицом, будто победа была не событием, а чем-то само собой разумеющимся.

Я прошла мимо и сделала вид, что не заметила.

В учебной части нас встретила женщина с короткой стрижкой и строгими глазами. Она говорила быстро, без лишних улыбок.

— Лебедева Варвара, одиннадцатый «Б». Классный руководитель — Анна Сергеевна. Вот временный пропуск, расписание, карта корпусов. Учебники получите после третьего урока. По вопросам гранта — ко мне или к заместителю директора.

Она положила передо мной папку с гербом школы.

Я взяла её обеими руками.

— Спасибо.

— Не благодарите раньше времени, — сухо сказала она. — У нас высокая нагрузка. Грант нужно подтверждать результатами.

Елена Павловна рядом чуть напряглась.

— Варя справится.

Я тоже кивнула.

Хотя в тот момент совсем не была в этом уверена.

Через десять минут Елена Павловна ушла. Просто оставила меня у дверей кабинета, поправила мне воротник и сказала:

— Не бойся. Просто учись. Это у тебя получается лучше всего.

Я хотела ответить что-нибудь нормальное. Например: «Хорошо». Или: «Спасибо, что довезли».

Но в горле стоял ком.

Поэтому я только кивнула.

Она ушла по коридору к лестнице, а я осталась одна.

С расписанием.
С временным пропуском.
С новым пиджаком.
С ощущением, что меня пересадили из одной жизни в другую, но забыли объяснить, как здесь дышать.

Первый урок должен был быть в кабинете 305.

Я нашла его не сразу. Сначала свернула не туда и вышла к стеклянному переходу, за которым виднелось футбольное поле. На поле уже кто-то тренировался: синие куртки мелькали на зелёной траве, мяч летел от одного игрока к другому.