Парижские авантюры и магия

Глава 33.

Однажды вечером из незажженного еще камина выплыл худой молодой мужчина в потертом пальто, шляпе и в бордовом шарфе. На вид незнакомцу было лет двадцать.

Господин представился Эже́ном, начинающим уличным художником. Месье попросил достать из камина его работу, которую требуется срочно продать и обменять на франки. Юному художнику нужны деньги для матери и семи братьев.

Отец многодетного семейства рано покинул этот мир, оставив парня за старшего. Пришлось юнцу бросить учёбу и пойти работать помощником нотариуса. Но любимое дело насовсем забросить не мог.

Я вытянула из очага полотно, отряхнула от золы и рассмотрела под настольной лампой. Я держала в руках шедевр импрессионизма!

«Это же произведение Эже́на Галье́н-Лалу́! Почему сам мэтр не принес мне свою раннюю работу?» — ахнула я про себя.

Полотно мастера начала XX века точно передавало дух времени и место, где жил мэтр. Шум и суета парижских улиц стали главной темой творчества Эже́на. Реалистичное и точное воспроизведение деталей и символов эпохи делают картины художника особенно ценными с исторической точки зрения.

Творчество Гальена-Лалу ценится не только за вклад в искусство XX века, но и за почти документальное воспроизведение истории Парижа.

Цветочные базары, конные пролётки, первые автомобили и яркие трамвайчики, суета разномастного народа и манящие огни витрин — всё это точно показывало атмосферу расцвета парижской жизни.

Художник мастерски передал освещение, движение и настроение большого и процветающего города. Рассматривая его картины, я словно прикасалась к прошлому, ощущала себя частью шумных улиц, свежего воздуха и огней. На картине были отражены годы счастливого и оживлённого Парижа!

- Хозяин произведения дал согласие на продажу? – вглядываясь в худого юношу, поинтересовалась я.

Призрак покрылся мережкой. Очертания молодого человека расплылись, и вот передо мной стоит круглолицый пожилой человек с пышными усами и добрым взглядом.

– Я автор этой работы – Эже́н Галье́н-Лалу́. Извините, мадмуазель. Не хотел пугать видом дряхлого старика, - улыбаясь и кланяясь, проговорил мэтр.

Я посмотрела на нижний правый угол полотна – картина была подписана автором.

- Ваша работа – настоящий шедевр, месье! Могу я оставить полотно себе? Я куплю его за сколько скажете! – прижав холст к груди, умоляюще попросила я призрачного гостя.

«У меня накоплено пять тысяч евро. Могу занять еще у мамы. Эту картину и подарю Марии на юбилей!» — мысленно подсчитывала я свои финансовые возможности.

Эжен кивнул, и мы договорились, что художник посетит меня через три дня и получит три тысячи франков наличными. Я настояла на этой сумме. Хотя мэтр уверял, что ему и пятьсот франков хватит. Но я уговорила взять деньги на одежду и пропитание для братьев и матери.

Огюсте́н по моей просьбе быстро и четко перевел евро во франки. В камин в назначенное время я сложила пакет с деньгами, профессиональными красками и кистями в благодарность. В ответ получила небольшой эскиз: я сижу на диване и глажу Разбойника, глядя на огонь. Получилось очень реалистично, уютно и душевно.

Заключив рисунок в рамку, я повесила подарок от мэтра Эже́на Галье́н-Лалу́ в гостиной над креслом.