Парижские авантюры и магия

Глава 49.

– Я поведаю о своей жизни, чтобы отблагодарить за спасение и добро к себе. Вы столько всего сделали для меня. Но помочь мне, то есть нам, уже никто не в силах, – грустно ответила Эли́з.

Мы с графом посмотрели друг на друга. Сегодня день переглядываний какой-то!

– Я родилась в семье виконта Жана Марсе́ля де Серво́ в Лондоне. Наш род был обедневшим. Мама — англичанка, выросшая в приюте. Родителей она не знала. У меня есть старший брат Роже, ему 23. Мне 18, но из-за худобы люди дают не больше 16 лет, – Птичка натянуто улыбнулась, обнимая свои худенькие колени.

- Когда мне исполнилось два года, наша семья переехала во Францию. Нам достался коттедж от одинокой тётки отца. Мы были очень рады. Но вскоре случилась беда: мой отец умер. Это было как снег летом! Чтобы брат мог закончить учёбу, мать продала всё, что у нас было: драгоценности, меха, – вспоминала Эли́з, невидящими глазами вперясь в пол.

- Моя мать была мастерицей шитья. В приюте девочек обучали этому ремеслу, и она передала свои навыки мне. Благодаря этому наша семья выживала: хватало денег на еду и предметы первой необходимости. Но старший брат мечтал быстро разбогатеть и вывести нас из бедности. Роже́ начал играть в карты и проиграл часы отца, а также драгоценности, которые мать берегла на крайний случай. Мама́н узнала о его пристрастии к азартным играм и устроила скандал. Из-за этого у родительницы случился инсульт. Она потеряла способность говорить, у неё отнялись левая рука и нога. Матушка могла только лежать и издавать нечленораздельные звуки. Доктор был бессилен помочь, – вытирая слезы, со всхлипом сказала барышня.

Губы девушки некрасиво поджались, носик покраснел, и Эли́з зарыдала, пряча глаза в ладонях. Я налила чая из термоса и подала Птичке, поглаживая по костлявой спине. Мадмуазель Серво́ отхлебнула напитка и, набрав воздуха, продолжила.

- Роже́ испугался и поклялся матери, что перестанет играть. Брат плакал у ее постели, умоляя простить его и выздороветь. Но мама вскоре скончалась. Ее похоронили в самом дешевом гробу, без друзей и поминок, — рассказывала девушка, раскачиваясь из стороны в сторону.

- Чтобы не умереть с голоду, я устроилась швеёй в известное ателье Парижа. Денег хватило только на эту маленькую каморку, но мне одной много и не нужно. Брат обещал найти работу, — легкая усмешка коснулась её губ.

- Перебирая скудные вещи мамы, я нашла в складках её пиджака настоящий бриллиант. Это украшение принадлежало бабушке — матери моего отца. Уезжая из коттеджа, я спрятала его как воспоминание о прошлом и на случай крайней нужды, если с нами случится беда или нас выгонят из дома, — спокойно произнесла хозяйка каморки.

- В прошлом месяце брат, продолжавший играть, приехал ко мне занять пару франков. Я отчитала его, напомнив о болезни матери и ее смерти. Роже́ снова пообещал бросить азартные игры, но остался ночевать на чердаке. Пока я ходила за кипятком, он украл мой бриллиант, — сообщила Эли́з.

- Вчера я узнала, что Роже́ собирается провести игру в нашем коттедже. Несколько аферистов уговорили брата поставить на кон «Уединение». Отказаться не получится – братец должен банде огромную сумму денег. Завтра решится, останемся ли мы без крыши над головой или станем нищими, но с коттеджем, — качая головой, с всхлипами простонала Птичка.

- Я успокаивала себя тем, что главное — мы живы и целы. Я смогу заработать шитьем хоть на кусок хлеба. Но в моей жизни началась черная полоса. Я заплатила за угол за месяц вперед. Денег на еду едва хватало. Откладывать не получалось. Однако из-за переживаний за брата и предстоящей игры я испортила бальное платье главной клиентке нашего ателье. Хозяйка вычла деньги из моей зарплаты. Вот уже две недели я ничего не ела. Добросердечная соседка и студент с другого этажа подружились со мной. Иногда они угощали меня чаем. Коллеги оставляли недоеденную еду, и я тайком доедала объедки. Я справлялась, — тихо сказала Элиз, отводя взгляд.

— Вчера на меня накатила сильная безнадёга. Я гуляла и засмотрелась на серые воды Се́ны. Перегнулась через парапет и упала бы, но в последний момент ангел-хранитель спас меня. Я успела зацепиться за ограждение. Моя туфля упала в воду со всплеском, и вы заметили меня. Спасибо, что накормили и выслушали. Будьте счастливы, но оставьте меня! Я ещё поработаю, хотя не вижу в этом смысла. Моего брата обязательно обманут, коттедж присвоят. Роже́ не любит работать, он гордый, — сказала Эли́з, поправляя волосы.

— Вот такая у меня жизнь. Ни бриллиантов, ни денег, ни удачи. Мы даже продали серебряный подсвечник, — грустно добавила Эли́з, доедая печенье.

Мне так стало жалко девушку, что я прослезилась. Полезла за платком в сумку. Тут-то и выпал мой канделябр и со звоном покатился по полу и остановился у ног Птички.

– О, это вы его выкупили?! – выпучив и без того огромные глаза, прошептала мадмуазель Серво́.

Мы с Франсуа в сотый раз переглянулись. Брови француза соединились в одну линию. Над головой пролетел Мори́с, шевеля воздух.