Парижский лабиринт

Глава 6: "Докторские секреты"

Пятничное утро встретило Роберта серым небом и моросящим дождем. Капли воды стекали по окнам его квартиры, создавая причудливые узоры на стекле. Он сидел за столом, разложив перед собой все собранные материалы: записи допросов, украденные банковские документы, план особняка Дюпонов и схему, показывающую связи между всеми участниками драмы.

В центре схемы находился покойный Анри Дюпон, от которого расходились линии к шести подозреваемым. У каждого был мотив, у каждого - возможность, но пока не хватало одного решающего доказательства.

Роберт взял перо и добавил к схеме новые детали, полученные вчера. Финансовые проблемы поместья, долги графа, растрата Ламберта, семейные конфликты - все это складывалось в сложную мозаику человеческих страстей и пороков.

В половине одиннадцатого он отправился к доктору Бертрану. Семейный врач Дюпонов мог знать такие подробности о жизни семьи, которые ускользали от постороннего взгляда.

Доктор принял его в своем частном кабинете в престижном районе Пасси. Эмиль Бертран был человеком старой школы - в его кабинете пахло кожаными переплетами медицинских томов и карболовой кислотой. На стенах висели дипломы Сорбонны и портреты знаменитых врачей прошлого.

– Мсье Стэнфорд, – приветствовал его доктор, поднимаясь из-за массивного дубового стола. – Проходите, садитесь. Чем могу служить?

– Доктор, в прошлый раз вы упомянули, что мсье Дюпон подозревал жену в неверности. Расскажите об этом подробнее.

Бертран налил два бокала хереса из графина, стоявшего на боковом столике, и предложил один Роберту:

– Анри обратился ко мне не только как к врачу, но и как к старому другу. Мы знали друг друга более двадцати лет.

– И что именно его беспокоило?

– Поведение Селин. Она стала часто отлучаться из дома под различными предлогами - благотворительные вечера, визиты к подругам, покупки. Но Анри чувствовал, что это не вся правда.

Роберт сделал глоток хереса, наслаждаясь его мягким вкусом:

– У него были конкретные подозрения?

– Он нанял человека, который несколько раз следил за Селин. И обнаружил ее встречи с графом де Монтеней.

– Мсье Дюпон рассказывал вам о результатах слежки?

– Да. Он был в ярости, но одновременно и растерян. Любил жену, несмотря ни на что.

Доктор встал и подошел к окну, за которым виднелся небольшой сад, уже подготовленный к зиме:

– Анри спрашивал мой совет - стоит ли требовать объяснений или лучше закрыть глаза. Я посоветовал ему поговорить с женой откровенно.

– И он последовал вашему совету?

– Не знаю. Наша последняя встреча была две недели назад. Анри выглядел очень подавленным, говорил о разочарованиях в людях.

Роберт достал блокнот и записал эти сведения:

– Доктор, что вы знаете о здоровье других членов семьи?

– Виктор здоров, молод, силен. Правда, в последнее время жаловался на головные боли - видимо, нервное напряжение из-за конфликтов с отцом.

– А мадам Дюпон?

Бертран вернулся к столу, его лицо стало более серьезным:

– С Селин сложнее. Внешне она здорова, но...

– Но?

– У нее истерический склад характера. Резкие перепады настроения, приступы меланхолии, бессонница. Я прописывал ей различные успокоительные.

– Сильные?

– Довольно. Бромид калия, настойка валерианы, иногда хлоральгидрат для сна.

Роберт насторожился. Хлоральгидрат был мощным снотворным, а в больших дозах - смертельным ядом.

– Доктор, вы сами выдавали ей лекарства?

– Обычно да. Но иногда она просила рецепты, чтобы получать лекарства в аптеке.

– Она могла накопить большое количество препаратов?

– Теоретически да. Но зачем вы спрашиваете?

Роберт не ответил прямо:

– Просто проверяю все возможности. Скажите, мсье Дюпон когда-нибудь жаловался на плохое самочувствие в последние недели?

– Нет, ничего особенного. Обычная усталость, связанная с работой и семейными проблемами.

– А что вы знаете о других людях из окружения семьи? Ламберте, графе де Монтеней?

– Ламберта лечил несколько раз - язва желудка, результат нервного образа жизни. Граф обращался по поводу подагры. Оба здоровы в целом.

Роберт закрыл блокнот и поднялся:

– Спасибо, доктор. Вы очень помогли.

– Мсье Стэнфорд, – остановил его Бертран. – Могу дать вам совет?

– Слушаю.

– Будьте осторожны с этой семьей. В ней слишком много тайн и скрытых страстей. Смерть Анри может быть не последней трагедией.

Выйдя от доктора, Роберт направился в центр города. У него было время до встречи с Изабель, и он решил использовать его для проверки одной теории, зародившейся в его голове после разговора с Бертраном.

Он зашел в несколько аптек в окрестностях дома Дюпонов, расспрашивая о клиентах семьи. В третьей аптеке, на улице Фобур-Сент-Оноре, аптекарь узнал описание мадам Дюпон:

– Да, эта дама иногда приходила за лекарствами. Всегда очень вежливая, хорошо одетая.

– Что она покупала?

– Успокоительные, снотворные. У нее были рецепты от доктора Бертрана.

– Как часто она приходила?

– Раз в две-три недели. Но в последний месяц стала приходить чаще.

– А в последний раз когда была?

Аптекарь заглянул в журнал продаж:

– Прошлую субботу. Покупала хлоральгидрат, большую упаковку.

Роберт почувствовал, как учащается пульс. Суббота - за три дня до убийства. Но хлоральгидрат - это снотворное, а мсье Дюпон умер от ножевого ранения.

Впрочем, яд мог быть использован для того, чтобы сделать жертву беспомощной перед нанесением смертельного удара.

В два часа дня он был в кафе "Прокоп". Изабель уже ждала его за тем же столиком, что и в прошлый раз. Она выглядела взволнованной, в глазах читалась тревога.

– Мсье Стэнфорд, – сказала она, едва он успел сесть, – вчера после работы я вернула документы в кабинет мсье Дюпона.

– И?

– Кто-то уже их просматривал! Папки лежали не так, как мы их оставили.