Паровые сказки

Глава десятая, из которой становится очевидным, что на балконах можно не только курить

— Многие не верят, — сказала Марийка.

Было раннее утро. Горные хребты остались позади, и поезд катился по бескрайней зеленеющей равнине. Весна начала вступать в свои законные права. Воздух потеплел, остатки сугробов растаяли. Но Стимбург никуда не собирался уходить — его изломанные очертания виднелись на горизонте. Индустриальная зона постепенно вливалась в жилую историческую застройку.

Сказочники вытащили на балконную террасу шезлонги и сидели, наслаждаясь лучами полуденного солнца. Кроме Костовых, на балконе находились Шеймус Доннован, Келоэд и Ванесса Даукантайте. Все пили чай из массивных керамических кружек, а мистер Доннован попыхивал своей деревянной трубкой. Бородач пускал дымные кольца в безоблачное небо и умиротворённо напевал какую-то песню себе в усы. На его коленях лежала свежая газета.

— О чём ты? — не поняла Ванесса.

— Ну... — Марийка замялась. — Мистер Доннован рассказал очень правдоподобную историю вчера вечером. Но большинство из нас ему не поверило.

— Тут всё просто, — бросил через плечо Келоэд, стоявший у перил балкона. — Никто не верит, что мистер Доннован побывал на планете Посторонних. Это невозможно, а потому попахивает явным вымыслом.

— Так уж и невозможно, — хмыкнул бородач. Казалось, он вовсе не переживает по поводу вечернего голосования.

— Если только вы не магелланец, — вступила в диалог Ванесса.

— Нет, — покачал головой мистер Доннован, — я не магелланец.

— Ну вот, — девушка удовлетворённо погладила свою кружку. — Что и требовалось доказать.

— Предполагать и доказывать, — мистер Доннован выпустил очередное кольцо, благоухающее тёмным шоколадом, — это совершенно разные вещи.

Ванесса внимательно посмотрела на собеседника, но промолчала. Зато в разговор вновь включился Келоэд.

— Не хотите ли вы сказать, — произнёс пожилой бильярдист, — что некогда побывали в мире наших врагов?

Шеймус Доннован неспешно развернул газету.

— Господин Келоэд, я ровным счётом ничего не хочу сказать. Я просто наслаждаюсь этим днём, путешествием на «Вояже» и обществом людей, которых всемерно уважаю.

На этом спор прекратился.

Йордан подставил лицо свежему ветру. День ему определённо нравился, в этом мистер Доннован был прав.

— О чём пишут? — вежливо поинтересовалась Ванесса.

— Ну, — мистер Доннован поправил очки с толстыми линзами, — всякое, госпожа Даукантайте. В Америке завершилось противостояние Атлантической и Тихоокеанской торговых компаний. Они, как вам известно, воевали около десяти лет. Преимущественно на территории бывшей Аргентины. И вот, представьте себе, коммерсанты встретились в Буэнос-Айресе, заключили мир и разделили сферы влияния... В Стимбурге происходят странные вещи. Расследование смерти Николаса Фламеля закрыто, все данные засекречены. Поговаривают, что в городе видели мастера ножей, представляете? Однако...

— Разве их сюда пускают? — удивилась Ванесса.

Шеймус Доннован пожал плечами.

— А кто они такие? — поинтересовался Йордан.

— Потом расскажу, — пообещал Келоэд. Мальчику показалось, что бильярдист помрачнел, но это чувство быстро отступило.

— Кстати, — мистер Доннован свернул газету, решительно поднялся с шезлонга и подошёл к перилам. Там он начал вытряхивать пепел из трубки. — Вы уже сталкивались со странной топологией нашего поезда?

— Поясните свою мысль, — попросила Ванесса.

— Охотно, — в бороде мистера Доннована вновь поселилась добродушная усмешка. — Тут полно пространственных парадоксов. Думаю, вы уже заметили, что вагоны внутри больше, чем снаружи.

Все закивали.

Келоэд отвернулся от проплывающей мимо степи и начал прислушиваться к разговору. Йордан краем глаза увидел серебряное полотно речки, к которой на полных парах приближался «Вояж».

— Так и есть, — доверительным тоном сообщил мистер Доннован. — Здесь не работают привычные законы. Даже закон тяготения. Обычный поезд развалился бы на части под чудовищной массой всех этих этажей, пристроек и балконов. Мы сошли бы с рельсов на ближайшем повороте. Либо само полотно, не выдержав нагрузки, проломилось бы под нами. Но мы едем, ничего не случается. Заметили?

— А ещё эти телефоны, — добавила Ванесса. — Как телефон может работать в поезде?

Бородач согласно кивнул.

— Не может. Мы едем в невозможном поезде, дамы и господа. Так что смиритесь с этим. А вы пробовали выпрыгнуть с балкона на полном ходу?

Дети и взрослые ошеломлённо уставились на бородатого сказочника. Мистер Доннован был доволен произведённым эффектом.

— Думаю, никому не придёт это в голову, — мягко сказала Ванесса. Теперь она смотрела на Шеймуса Доннована как на сумасшедшего.

— Мне приходило, — весело возразил бородач. — Поверьте, это забавно.

— Вы издеваетесь? — не выдержал Келоэд. — Это верная смерть.

— Что ж, проверим.

Никто из собравшихся на балконе людей не сумел остановить бородача. Шеймус Доннован с необычайной ловкостью вскочил на перила и шагнул в пропасть. Конечно, он должен был разбиться. Йордан хорошо понимал, что человек, упавший с третьего этажа несущегося по степи поезда, не может уцелеть.