Пасьянс судьбы

Глава 22

Волошин всегда гордился своим коттеджем. Построенный в стиле благородного минимализма с использованием новомодных тенденций, он поражал гостей обилием света, воздуха и пространства. Но теперь дом казался Дмитрию пустым и бездушным, ему не хватало домашнего уюта и человеческого тепла.

Снежана встретила мужа нарочитым вниманием и романтическим ужином, приготовленным, разумеется, домработницей. Подняв бокал за примирение, она постаралась разговорить мужа, но натянутость отношений смягчить не удалось. Тогда Снежана потащила Волошина в спальню и, вальяжной кошкой развалившись на кровати, попыталась его соблазнить. Заигрывания супруги не вызывали у Дмитрия ответной реакции, женщина казалась ему пошлой и вульгарной, и пробурчав: «Я устал», - он устроился на краю постели и отвернулся. Снежана фыркнула, но настаивать не стала.

В последующие дни попыток сблизиться женщина не предпринимала, да и Волошин не испытывал особого желания налаживать отношения. Супруги продолжали жить под одной крышей, но каждый сам по себе. Загоревшись очередным прожектом, Снежана все силы бросила на подготовку семейного торжества и, мечтая устроить грандиозный праздник, целыми днями куда-то названивала, с кем-то договаривалась, порой ругалась, а вечером жаловалась на глупость и нерасторопность всех вокруг. Волошин внимательно выслушивал жену и старался ей не возражать. У него всё больше складывалось убеждение, что возня с годовщиной свадьбы затеяна лишь с целью пустить пыль в глаза и порисоваться перед знакомыми, а сам он необходим лишь как обязательный аксессуар, без которого праздника не провести. Чем дальше, тем сильнее Дмитрий испытывал дома тоскливое одиночество.

Илоне Волошин звонить вовсе не собирался, и чувствуя, как из её рук ускользает золотая рыбка, девица позвонила сама. К тому времени Дмитрий окончательно решил расстаться с любовницей и, желая поставить жирную точку в затянувшемся романе, вручил ей документы на салон, о котором Илона так мечтала. Надеясь вернуть расположение выгодного любовника, девица заискивала, извинялась и, преследуя далеко идущие планы, пыталась затащить мужчину к себе. Но Волошин её обаянию не поддался, и молодой хищнице с досады осталось только кусать локти и искать нового богатенького осла.

Лишь работа оставалась для Волошина отдушиной, где он чувствовал себя свободно и уверенно, но, к огромной досаде босса, после возвращения к жене его отношения с секретаршей рассыпались. Уже на следующий день при первой слабой попытке обнять Лену, она решительно отстранилась:

- Простите, Дмитрий Сергеевич, думаю, нам стоит остановиться, - заявила она, окатив босса холодом. - Это будет разумно. И правильно. Для всех. Давайте оставим минуты нашей слабости в прошлом.

Волошин пытался убедить её не принимать опрометчивых решений, но Лена оставалась непреклонной:

- Я не буду вашей любовницей, Дмитрий Сергеевич, - категорично отрезала она и отгородилась от босса непробиваемой стеной субординации.

Понимая её обиду, Дмитрий насупился и хотел было сказать банальное: - «Я тебе ничего не обещал», - как вдруг понял, что и она ему ничего не должна. На время смирившись с отчуждённостью секретарши, Волошин решил подождать, когда эмоции улягутся и они оба разберутся в себе. Но чем дальше, тем больше ему не хватало близости с Леной, а терпеть её подчёркнутую официальность становилось всё более невыносимо.

Наконец настал день приёма у Волошиных. Позируя перед камерами ушлых журналистов, супруги изображали счастливую пару, бесконечно улыбаясь знакомым и незнакомым, но «нужным» людям. Праздник прошёл на славу, и Снежана осталась довольна всеобщим вниманием и восхищением к своей персоне. Когда гости разошлись, Дмитрий облегчённо выдохнул и, сорвав с шеи ненавистную бабочку, отправился в спальню. Он страшно устал от устроенного супругой фарса.

Вдохновлённая удавшимся вечером Снежана без умолку щебетала, обсуждала гостей и хвасталась, какие комплименты ей сыпали все вокруг. Наконец женщина забралась в постель и увидев демонстративную спину мужа, разочаровано фыркнула:

- Похоже, недавняя болезнь ещё больше усугубила твои проблемы, - съязвила она.

- Какие проблемы? – через плечо спросил Дмитрий.

- Мужские проблемы, - уточнила Снежана и ехидно хмыкнула. – Не зря говорят, что после сорока половина мужчин страдает от импотенции.

Удивительно, но слова супруги совершено не задели Волошина. Не собираясь её разубеждать, он промолчал и закрыл глаза. Но женщина не успокоилась.

- Или ты опять встречаешься с этой пигалицей? – спросила она.

- Какой пигалицей? – насторожился Волошин.

- С рыжей заразой, - намекнула супруга на Илону.

- Не говори глупостей, - пробурчал он.

- Тогда тебе точно стоит обратиться к специалисту, - процедила Снежана и, натянув одеяло, резко отвернулась.

Мужчине захотелось огрызнуться, но он сдержался и постарался поскорее заснуть.

После выздоровления Волошина Лена ощущала себя покинутой. Конечно, она ни на что не рассчитывала, но действительность всё равно отозвалась в сердце болью и обидой: опять её душевное тепло разбилось о скалы чужой молодости. «Когда ты перестанешь наступать на одни и те же грабли? – ругала себя Жуланова. Она дала себе слово больше не поддаваться глупым чувствам, но несмотря на уговоры продолжала скучать и терзаться. Главное, за пару недель она настолько привыкла заботится о мужчине, что теперь не знала, чем себя занять.

- Даже к соседке поболтать не зайдёшь, - бездумно пялясь в телевизор вздыхала Лена.

Роман Лидии Фёдоровны получил бурное развитие, и на днях женщина вместе со своим новым-старым кавалером отправилась в путешествие. Лена, конечно, радовалась за соседку: - «Хотя бы на старости лет обрела счастье», - говорила она, но, страдая от одиночества, уже всерьёз подумывала над тем, что стоит завести собаку или кота. А пока Жуланова не выбрала кому из хвостатых отдать предпочтение, она развлекалась вечерними прогулками по Москве: - «А чего в четырёх стенах сидеть? Так совсем одичаешь, - подгоняла себя Лена.