Паук и ворон

1. На своей могиле

Умирать почти не больно, особенно в сравнение с родами. Одно мгновение, резкая боль, а затем тишина, будто отключили звук или утащили на дно. Меня выкинули из собственного тела, и уже было невозможно пошевелить и пальцем. И вернуться тоже невозможно. Смерть без агонии, без боли. Грудная клетка уже не вздымалась при дыхании, а сердце больше не стучало. Тело остывало под шум ветра в кронах деревьев и пение птиц. 

Всё же красиво вокруг. Я оттолкнулась ещё дальше от собственного тела и села на траву, около берёзы. Наверное, надо подождать, когда за мной кто-то придёт. Всё же, кроме себя, призраков я не замечала рядом. Значит, кто-то обязательно придёт. Но тишину просёлочной дороги совершенно ничто не нарушало. Я сидела около машины, пытаясь рукой дотронуться до травинки, лениво наблюдая, как ладонь проходит сквозь неё. 

Я мертва. Мертва в двадцать девять лет. Страшный срок для любого человека, особенно когда не жалуешься на здоровье, а жизнь тебе кажется, может, и обыденной, но прекрасной. Задержав взгляд на небе, безобразно голубом в этот печальный для меня день, я думала о том, что делать дальше. Наверное, следует уже отойти от тела? Но мои попытки не увенчались успехом. Я не могла покинуть то ли место смерти, то ли своего тела. Как на цепь или поводок посадили.

Сколько живут призраки? Сорок дней? Что мне надо успеть сделать за это время? Я совершенно ничего не понимаю. Жизнь пролетит перед глазами? Было бы, что вспоминать... Хотя жалко оставлять тех, кто меня любит. Чувствую в чём-то свою вину.

А на своё тело, кстати, смотреть страшно, именно поэтому я не поворачиваю туда головы. 

Я просидела у этой берёзы до самого вечера, пока около моей машины не остановилась тёмно-синяя девятка. Из неё выбрались трое молодых парней. Они довольно оперативно подбежали к месту аварии и открыли водительскую дверь. 

 - Девушка, девушка, очнитесь, - аккуратно прикоснулся к моему плечу один из пацанов. 

Я лишь хмыкнула. Не очнусь. Уже остыла. 

Он стал пытаться прощупать пульс на шее и руке, но его не было, как и дыхания. И тело, кстати, тоже было на ощупь... Не живым. 

 - Ребят, тут труп похоже...

А я о чём!

 - В скорую или полицию звонить? 

Тоже не знаю. Полицию, наверное. Труп же надо вроде описать...

 - Полицию, - соглашается с моими мыслями парень в тёмной футболке с логотипом хоккейной команды. О, я тоже за неё болею. Интересно, смогу ли я эти сорок дней смотреть бесплатно матчи, если призрак? Вроде восемнадцатого числа они с кем-то играют...

Ребята вызвали всё же копов, и мне пришлось долго и нудно наблюдать за тем, как около моего тело двое мужчин в форме сначала допрашивали ребят, а затем рассматривали моё тело и что-то долго писали и разговаривали с кем-то ещё дольше по телефону. Вот её Богу, была бы жива - впала в краску от их взглядом, настолько они были пристальными. 

 - А красивая девушка была, - заметил один из полицейских в конце концов. 

Что же, комплимент и собаке приятен. 

 - С родственниками погибшей связался? 

 - Да, муж приедет сразу в участок, но и так всё понятно. 

Вскоре приехала машина, меня "запаковали" и увезли на фургончике подальше. Мне оставалось лишь сесть в него, чтобы оставаться рядом с телом. Поводок оказался очень коротким. Девушка в фургоне тоже отвесила моему телу пару сожалений и комплиментов. Да уж, никогда не услышишь столько добрых слов о себя, как после смерти. Было странно замечать порой, как чужой взгляд проходит сквозь тебя, совершенно не замечая. Мы всю дорогу с девушкой ехали напротив друг друга.

Мой поводок не рвался целых три дня. Три дня я ходила за телом по моргу, ночуя среди призраков, также привязанных к своим телам. Они были не разговорчивы, и я молчала в ответ. Говорить с ними было не о чем. А столько боли, сколько лишь взглядом дарили они, я бы не перенесла. Всё, хватит с меня и своей. Хорошо ещё, что в морге были практиканты, хоть какое-то развлечение. 

Я смотрела, как вскрывали моё тело.Вскрывали... Слово такое, будто под капот машины забрались. Но как это не назови, было всё же противно. Во время вскрытия я поглаживала волосы своего тела, ничуть их не ощущая под своей ладонью. Моему телу было не больно, ему уже никогда не будет больно. И только под конец, когда патологоанатом бросал на стол использованные перчатки, я смогла ощутить шёлк собственных волос и холод кожи. 

 Эх, Кира, посинела ты маленько. Хотя с волосами гармонирует новый цвет кожи вполне себе ничего. Да, определённо неплохо. 

 - Заканчиваем на сегодня. 

Заканчивайте, уходите к семьям, друзьям, просто выспаться в тёплой кровати. Кто знает, когда на нашем месте окажетесь вы сами? Когда сами пополните тёплую компанию духов, невесело шаркающих по бетонному полу морга. 

Свет в морге погас, оставляя призраков наедине со своими телами. Это практически пытка.

 - Зайцев!

 - Подождите, Сергей Павлович, забыл телефон.

Молодой парень врывается на пару секунд вновь в морг и тут же пулей вылетает оттуда. Какой же спешкой теперь кажется чужая жизнь! Я вновь неловко провела по волосам своего тела, будто успокаивая. Ещё одна ночь наедине со своим телом. 

Через три дня "поводок" исчез, и я смогла покинуть морг, своё мёртвое тело, весёлых практикантов и серьёзного Сергея Павловича с иногда проявляющимся его чёрным юмором. Я неспешно шла к своему дому. Туда, где осталась моя семья. Мой муж. Мой сын. Моя дочь. Я шла, стуча небольшими каблуками по мокрому от дождя асфальту, но никто этого звука, кроме меня, не слышал. Порой меня огибали, будто чувствуя присутствие призрака, но чаще проходили насквозь. Это было неприятно. Не физически, а морально. Вот почему так?



Лисёнок

Отредактировано: 22.09.2019

Добавить в библиотеку


Пожаловаться