Пауки княжеского двора или Как избавиться от невесты

Глава 3

Утро началось с дикого звона. Сперва я даже не поняла, что происходит  и где я нахожусь.  Когда мозг наконец-то включился и воспоминания навалились горой, захотелось закричать или застонать. Но я понимала бессмысленность этого, поэтому сдержалась. 

А дальше был душ, завтрак и занятия. Музыка, танцы, вышивание. Потом значился весьма и весьма странный урок. Урок смирения.

В классе, отведенном для этого, не было стульев. И я была крайне возмущена тем, как нам приказали разместиться! Мы должны были стоять на коленях!

И целый час некая полная дама в розовом платье вещала о том,  как важно подчиняться мужчине. Какой позор...

— Муж ваш - бог ваш. Смирение и покорность - единственное, что дано женщине от рождения. Любое слово супруга - закон,  которому вы не имеете права не подчиниться! 

По истечении часа я чувствовала себя Святой мученицей Роэнтой — колени нещадно болели и совершенно не разгибались. Не уверена,  что смогу выдержать это ещё хотя бы раз!  

Настало время обеда. Все ученицы расселись в таком же порядке,  как и живут по комнатам. Что странно - нашей странной соседки нигде не было видно. Ни на занятиях, ни в столовой. Меня это, честно говоря,  тревожило. Но вскоре беспокоить меня стали куда более приземленные вещи. Такие, например, как пища. Кормили тут так, как будто Морриар уже давно находится под оккупацией в состоянии блокады. Хлеб, каша и вода. Не сказать,  что я такая уж придирчивая, но объективно...

Однако,  так считала наверное только я. Остальные уплетали за обе щеки, даже не думая возмущаться. Мара же и вовсе едва ли не мурчала от счастья. Куда я попала? 

Когда готовилась ехать сюда, даже подумать не могла, насколько написанное в книгах отличается от реальности. После урока смирения (вообще,  в расписании указано "правила поведения", но читаем между строк... ) боюсь предположить,  чему меня будут учить на протяжении трех лет. 

По-крайней мере, я не рассчитываю задержаться тут дольше, ведь набор в Академию начинается с тринадцатилетнего возраста.

И заодно стараюсь не думать о том, что вместо обучения на боевого мага велика вероятность получить кольцо на палец и мужа в придачу. В голове тут же возник образ Рафа. Где он сейчас?  Чем занимается?  Знает ли о том, куда я уехала?

Я твёрдо решила при первой попавшейся возможности написать ему письмо. Надеюсь,  хоть на это я имею право,  являясь ученицей пансиона?

***

Дни летели за днями. Монотонный режим дня, постоянно повторяющиеся действия — все способствовало тому, чтобы запутаться во времени. Прошла лишь одна неделя,  но мне казалось,  что я всю жизнь провела в пансионе. 

Через день после прибытия сюда, мне надели ограничивающий магию браслет. Теперь вне специальных посещений я не могла пользоваться своим огнём. Первые несколько дней я буквально находилась в глубокой депрессии. Пустота на месте источника сводила меня с ума. И лишь одночасовое занятие раз в день удерживало меня от безумия. 

Ещё через две недели меня вызвала к себе метресса директор. Женщина сверлила меня изучающим взглядом минут десять и лишь потом предложила присесть на стул подле неё. 

— Кэролайн де Вельренс, это большая честь для нашего заведения - обучать герцогиню такого древнего рода. Вы вряд ли знаете об этом,  но ещё ваша прабабушка обучалась в нашем пансионе. Да, то были времена...— старушка мечтательно закатила глаза, — Тогда это место носило гордое название — "Академия благородных метресс". Самые знатные леди выпускались отсюда. И было невероятно престижно жениться них. Все прошло уже,  все прошло , — бормотала метресса. — А теперь что же? Сиротки, нищенки, опозоренные дворянки... Но то ли дело вы, Кэролайн. Мы поступили неразумно, подселив Вас, ВАС с отребьем. Позвольте показать вам вашу новую комнату. О, она лучше...Лучше!  Лучше, да! 

В этот миг женщина казалась мне сумасшедшей... Или очень древней, будто бы она лично училась с моей прабабушкой, будто сама видела золотое время академии.  Могло ли быть это на самом деле?  Могло. История помнит несколько случаев магических аномалий, когда резерв не выплескивается и не накапливается. Тогда организм стремительно начинает стареть - и вот уже вчерашний ребёнок превращается в дряхлого старика. Но за счёт постоянной подпитки такие люди живут, по меркам обычных людей, вечно. 

— Нет, спасибо,  метресса. Мне нравится моя комната, — ответила я на её требовательный взгляд. 

— Но как же так, как же так? - почти прохныкала она. — Ладно,  ладно ! Сейчас я тебе кое-что покажу, да! Иди за мной.

И я пошла за подозрительной старушкой куда-то вглубь кабинета. Страшно! А я даже без кочерги...

Но, можно сказать , что мне повезло. И я очень даже зря думала о старушке плохо. Она всего лишь привела меня в небольшую комнатушку, чем-то напоминающую библиотеку. А потом откопала из груды свитков толстую книгу в обложке из коричневой кожи, которая оказалась альбомом. Что удивительно - пыли на книге не было, и это поразительно, учитывая что комната выглядела заброшенной. 

— Вот, смотри!  — метресса директор резво вскочила на ноги и подсунула альбом прямо под мой нос. — Это твоя прабабушка, леди де Борше. Между прочим, наследница исчезнувшего рода. Чтоб герцогу де Вельренс пусто было!  Из-за него такая фамилия загнулась! — возмущению старушки не было предела.

Я внимательно смотрела на фотографию, где было запечатлено около тридцати пансионок. 

— О чем вы? — недоумевающе спросила я.

— Ух, помню этого франта. Пришёл к нам в Академию.  Весь такой важный, в чёрном фраке, с огненным хлыстом на поясе. Богатый и знатный. А ещё жутко красивый, будто дьявол поднявшийся из преисподни. Весь наш выпуск от восторга едва ли у него в ногах не валялся. Но он, шельма, знал, за кем идёт. И смотрел только на прабабушку твою. В тот же вечер она ушла из пансиона. Забегала после ещё пару раз, со старой подругой поговорить. А потом и исчезла совсем.