Паулина. Начать сначала

Глава 7

– Как можем…– философски заметила малышка.

– А где же вы берете дрова?

– Так у боярина и покупаем, – девочка с изумлением взглянула на меня, словно это она была здесь взрослой, а я несмышленым ребенком.

– Покупаете? За деньги? – полный улет!

– Ага.

Вот ведь жучила этот Местич! Лес кругом, да я пока до деревни шагала, по пути только насчитала штук пять заваленных, сухих деревьев.

– И бабушка ваша покупала? – подозрительно спросила я.

– Да, мало, но покупала. Токма энтой зимой последние сожгли. А по весне остались одни. Ни бабушки, ни дров…

– Так, а где она брала деньги? – знаю, вопрос звучит подозрительно, но ведь мне нужно понимать, откуда плясать.

– Летом на огороде выращивала зелень, репу, а по осени собирала ягоды на болоте. Это далече, она туды одна ходила. А опосля ездила с подводой в город и продавала. Немного получалось, но на дрова хватало.

– Так у вас есть огород? – надо бы мне оглядеться, а то я даже не знаю, где здесь туалет. А у них и огород имеется.

– Есть… Только мне тапереча там садить нечего, – грустно всхлипнула девочка.

– Альма, слушай, тут такое дело, – потерла нос, чтобы скрыть подкатившие к горлу слезы, – Я сказала, что вы мои племянники. Ну, то есть дети моего покойного брата.

– На кой? – девчушка распахнула удивленные глаза, да так и застыла с ножом наперевес.

– Послушай… Я планирую остаться в деревне, но мне негде жить. А вас, без взрослых отправят в приют. Если же ты мне позволишь остаться с вами, то у нас может получиться вместе перезимовать.

– У вас… нет дома? – снова удивленно моргнула девочка.

– Можно сказать и так, – пожала плечами я, может и хотела бы объяснить ей всю ситуацию, да только сама еще была ни в чем не уверена.

– А староста…

– Со старостой вопрос я решу. Мне нужно твое согласие. Если ты против, я пойму, – тихо произнесла я, не сводя взгляда с малышки.

– Мне сложно… Раньше рядом была бабушка…

Задумчиво дорезая корешки, Альма складывала их во вторую миску.

– Если позволишь, теперь, рядом буду я, – осторожно произнесла.

Я действительно не собиралась пользоваться детской доверчивостью, жилье найти не проблема, рабочие руки нужны всем, а домов здесь много, я даже еще не видела и половины села. Но мне хотелось защитить малышей, наверное, сейчас мне нужно было чувствовать рядом тех, кто придаст мне сил для устройства в новом, неизвестном мне мире.

А малыши были точно такими же потеряшками здесь, как и я сама.

– Просто доверься мне, – с надеждой попросила я.

– Мне страшно… Очень страшно, – она подняла на меня свои огромные, мокрые от слез глаза.

– Мне тоже…– нисколько не соврала я, – Но вместе мы справимся.

Пока Альма занималась нашим обедом, да, вот такой у нас будет обед из травы и корешков, я достала из рюкзака остатки лепешки, яблоко и вяленое мясо, которое так и не попробовала.

– Можно? – подняла на меня изумленный взгляд девчушка, увидев мясные пластинки.

– Конечно, – кивнула я, – если хочешь, можно порезать его прямо в эту… траву. Так, наверное, будет вкуснее.

– Да, я порежу энту пластинку, а ту оставим на завтра, – и в ее голосе было столько непередаваемой радости, словно я целого кабана домой притащила, а не две жалких пластинки мяса.

Бедный ребенок! Я своих в свое время не могла накормить, а уж мясо у нас никогда не переводилось. А тут столько радости. Господи, как жалко то их.

Пока Альма занималась обедом, я таскала воду в бочку для хозяйственных нужд, прежде с трудом ее ополоснув. Пусть будет, мало ли что, я ведь тоже не бессмертная, вдруг заболею. Нет, нет! Даже думать не смей, Полька. А вот за водой для еды все одно нужно будет бегать к колодцу.

До колодца с пустым, от колодца с полным. Хороший фитнес, вот только по сравнению с моим прошлым телом, это не нуждалось в физических нагрузках, тут не сбрасывать вес, а скорее набирать надо.

А еще эти любопытные взгляды, видимо разнеслась весть о моем прибытии, вот и повылазили все поглазеть на новопришиленку.

– Давай, краса, помогу, – стоило мне остановится и отдышаться, рядом оказался добрый молодец.

Косая сажень в плечах, темные кудри, лукавый взгляд…

– Да я уж, как -нибудь сама, – окинув его оценивающим взглядом, снова подхватила ведро и на трясущихся ногах поплелась в сторону дома.

– Тяжко ведь, – задумчиво произнес парень, судя по всему, не ожидал моего отказа.

– А ты только сейчас понял, что мне тяжело? Не десять ведер назад? – усмехнулась я.

Неужели эти лбы думали, что я не приметила, как они «забивались» на спор у соседского забора?

– Так можа…

– Половину мне, – снова остановилась я. Хотя, сомневаюсь, что спорили на деньги, их тут, по-моему, ни у кого не водится.

– Половину чаво? – изумленно взглянул на меня парень.

– На что забились? – напрямую спросила я, некогда мне тут политесы разводить.

– Так на бутыль первача, – улыбнулся парень, а я снова окинула его взглядом.

Одет лучше своих дружков и сапоги вон из мягкой кожи и рубаха не заношена, да и штаны не штопанные.

– Выиграешь спор, отдашь мне полбутыля, – с вызовом улыбнулась и оглянувшись, заметила, как ржут его дружбаны.

– И чаво ты с ним делать - то будешь? – заржал добрый молодец.

– А это не твоего ума дело, – пропустила его укол мимо ушей. В хозяйстве все пригодится, даже самогон. Для растирания, например.

– Так это… мы ж на всех опосля… – поняв, что я не шучу, задумчиво почесал макушку парень.

– Тогда принесешь мне по горстке всех семян, что у матери твоей есть и вязанку дров, – если я не ошибаюсь, в этой семье точно не голодают. И от одной вязанки не обеднеют, а мне детей сегодня купать, да и постирать не мешало бы.

– И откеда ты такая взялась? – прилип взглядом к моим губам, – По рукам.

Я отошла от ведра и рукой указала на него парню.

– Когда долг - то нести? – игриво поинтересовался он и я даже не сомневаюсь, о чем он сейчас думал.