Печать Первозданных: вспомнить всё

Пролог

Небо над Эстерией больше не принадлежало птицам — оно плакало жидким пеплом.

Древняя Империя, рожденная из гармонии и первозданной магии, медленно умирала в ледяных объятиях Пустоты. Исполинский разлом, расколовший лазурный свод над столицей, зиял бездонной раной. Из него не доносилось ни ветра, ни звука, ни запаха. Лишь абсолютное, первобытное Ничто неспешно поглощало мир, стирая саму реальность.

Белоснежные дворцы, возводимые веками, обращались в серый прах прежде, чем их обломки успевали коснуться земли. Реки исчезали, словно их никогда не существовало. Леса рассыпались пеплом. Даже солнечный свет, коснувшись границы разлома, бесследно растворялся в вечной тьме.

Эстерия — величайшая цивилизация своего времени — доживала последние мгновения.

На вершине Храма Равновесия, среди рушащихся колонн и воющего ветра, стояли двое.

Последний Король Разрушения.

Последняя Королева Созидания.

Последняя надежда этого мира.

Королева Иллария едва держалась на ногах. Тонкие пальцы, некогда возвращавшие жизнь иссохшим деревьям и исцелявшие смертельные раны, дрожали от истощения. Золотые волосы потемнели от копоти, белоснежные одежды были разорваны и пропитаны гарью. Свет Созидания, прежде озарявший всё вокруг, теперь едва мерцал в её ладонях, словно догорающее пламя свечи.

Рядом возвышался Король Аластар.

Его метеоритные доспехи были покрыты глубокими трещинами, а вокруг плеч клубилась живая тьма, пронизанная багровыми всполохами Разрушения. Сила, способная обратить в пепел целые армии и разрушить горные хребты, впервые оказалась бессильной.

Потому что невозможно уничтожить то, чего не существует.

Чернильное кольцо Пустоты медленно сомкнулось вокруг Храма.

Время закончилось.

Иллария подняла взгляд на мужчину, которого любила больше собственной жизни.

В её глазах не было страха.

Лишь бесконечная нежность.

— Мы больше не сможем победить её силой... — тихо произнесла она. — Но можем запереть её навеки.

Аластар молчал.

Он уже понял.

Цена была слишком высока.

— Наши души... — едва слышно продолжила Иллария. — Если соединить Созидание и Разрушение... они станут Печатью, которую не разрушит даже время.

На мгновение ветер стих.

Аластар медленно закрыл глаза.

Он не боялся смерти.

Он пережил бесчисленные войны.

Не боялся боли.

Не боялся исчезнуть.

Но мысль о том, что исчезнет она...

Разрывала его сильнее любой раны.

Он шагнул вперёд, отбросил меч, который больше не мог защитить их, и крепко прижал Илларию к себе.

Его сильные руки, привыкшие сокрушать врагов, сейчас обнимали её так бережно, словно она была самым хрупким сокровищем во вселенной.

— Эта магия уничтожит нас... — прошептал он, прижимаясь лбом к её лбу. — Мы рассыплемся на тысячи осколков. Родимся вновь в чужих телах. Забудем наши имена... забудем этот мир... возможно, забудем даже друг друга...

Иллария осторожно коснулась его лица.

Её ладони вспыхнули мягким золотым светом.

Она улыбнулась.

Печально.

Но удивительно спокойно.

— Тогда полюбим друг друга снова.

Его дыхание дрогнуло.

Она прижалась лбом к его лбу ещё сильнее.

— Я верю... — прошептала Иллария. — Я верю, что мы встретимся в следующей жизни. Какими бы ни стали. Где бы ни родились. Даже если весь мир окажется против нас...

По её щеке медленно скатилась единственная слеза.

— ...я всё равно найду тебя.

Глаза Аластара потеплели впервые за многие годы.

Он коснулся её щеки большим пальцем, стирая слезу.

— А я узнаю тебя... — тихо ответил он. — Даже если память покинет меня. Даже если сердце забудет твоё имя... душа никогда не ошибётся.

В этот миг свет и тьма устремились друг к другу.

Золото Созидания переплелось с бездонным мраком Разрушения.

Две противоположности.

Две половины одного целого.

Пространство содрогнулось.

Само время замерло, наблюдая за рождением величайшего заклинания.

Боль пришла мгновенно.

Она разрывала каждую клеточку их тел, превращая плоть в сверкающие частицы света. Их силуэты медленно растворялись в воздухе, пока миллионы золотых и чёрных искр устремлялись к разлому, затягивая Пустоту нерушимой Печатью.

И когда от них почти ничего не осталось, Аластар бережно обхватил лицо Илларии ладонями.

— Жди меня...

Она улыбнулась сквозь слёзы.

— Всегда.

Он накрыл её губы последним поцелуем.

В ту же секунду их души окончательно сплелись в единое целое.

Родилась Печать Первозданных.

Мир озарила ослепительная белая вспышка.

Пустота исчезла.

Храм исчез.

Древняя Эстерия исчезла.

А две бессмертные души отправились в бесконечное путешествие сквозь века, чтобы однажды вновь встретиться.