Печать Возрождения

Глава 13. Завеса иллюзий

Вероника и Эндрю выскользнули из гостиной и остановились в коридоре.

— Пронесло… — выдохнула Вероника.

— На этот раз, — буркнул Эндрю.

Вероника ещё раз оглянулась на лестницу и прислушалась — дом молчал.

— Пошли быстрее, — шепнула она. — Пока они не передумали.

В прихожей ещё держался запах утренней прохлады и старого дерева. Ребята торопливо накинули куртки. Вероника сунула телефон в карман. Когда за ними щёлкнул замок, дом выдохнул. Впереди был город манящий и шумный. Слишком живой после того, что осталось внутри.

Дорога к ярмарке вела серой лентой между обледенелых заборов и тёмных елей. Воздух резал щёки, но идти становилось легче. Молчание между ними затянулось, пока гул проспектов не вернул их к реальности.

— Ну, Карандаш, твоя версия ко всему этому? — первой нарушила тишину Вероника.

— Не знаю, — пожал плечами Эндрю. — Они ведь точно видели разбитый медальон, но почему-то промолчали.

— Странные у нас предки, не находишь?.. — задумчиво произнесла Вероника, потирая руку, где вчера горела магическая метка. — Ты, кстати, понял, что имел в виду дедушка?

— Да вообще ничего не ясно…

Они свернули за угол и вышли на главную площадь, где в морозной синеве уже вовсю танцевали отблески ярмарочных огней. Центр города превратился в сказочный лес. Воздух пах дымом от жаровен и сладкими пряниками.

Вероника уверенно лавировала сквозь толпу, увлекая Эндрю за собой. Она то и дело задерживалась у витрин, но тут же продолжала путь.

Впереди показалась старая башня ратуши. Часы остановились на десяти. Эндрю моргнул, и стрелки закружились в диком хороводе, прежде чем вновь замерли на прежнем месте. Он потряс головой.

— Ты это видела? — спросил он.

— Что именно? — откликнулась Вероника, разглядывая карамельные яблоки на палочках.

Эндрю промолчал. Как объяснить то, что он только что увидел?

— Ничего... показалось, наверное… — пробормотал он, понимая, насколько жалко это прозвучало.

— Ладно, проехали, сосредоточься лучше на новом «артефакте», — сказала Вероника. — Дедушка говорил: «то, что объединит». Может, это какая-то игра?

— Или брелок с Лох-Несским чудовищем, — проворчал Эндрю, кивая на ближайший лоток. — Очень объединяет.

Вероника закатила глаза и достала телефон.

— Символы единства в шотландской мифологии, — продиктовала она в поисковую строку.

Экран замерцал. Изображение сбилось, и на чёрном фоне вспыхнули два знакомых, пронзительно-золотистых крыла, расправленных в полёте. Они полыхнули так ярко, что на мгновение ослепили, оставив в глазах тёмный отпечаток.

— Что за?.. — Вероника вскрикнула.

— Всё нормально? — спросил Эндрю, подходя ближе.

— Теперь уже нет… — сказала она, глядя на телефон.

Вероника нервно убрала его в карман. Её прежняя уверенность испарилась. Она огляделась по сторонам, но теперь смотрела на ярмарку иначе, не как на место для развлечения, а как на декорацию, за которой может скрываться что-то ещё.

— Ладно, — сказала она тише. — Гугл нам точно здесь не помощник.

В этот момент на краю площади что-то привлекло её внимание. Там, где гирлянды редели, стояло здание из тёмного камня. Свет не отражался от его стен, он исчезал в них. На фасаде проступали узоры, похожие на переплетённые корни, охватывающие пустые ниши вместо окон.

— Это вообще нормально? — Вероника указала на строение.

Эндрю оглянулся: мимо проходили люди, но никто даже не повернул головы в сторону странного сооружения.

— А ведь красиво... по-своему, — сказал он. — Жаль, альбом не взял, а то бы его зарисовал, пока не исчезло.

— Ты опять... — начала она, но застыла.

Из глубины здания просочился тягучий, неестественный вой. Вероника вцепилась пальцами в куртку Эндрю.

— Слышал?

— Вот теперь понимаешь, о чём я тебе говорил?

Она кивнула, сбивчиво оглядываясь.

— Откуда он?..

— В том и дело, что из ниоткуда, — проговорил Эндрю.

— А может из магазина? Смотри.

Ребята осторожно подошли к одной из витрин. Где-то в глубине, за полками, они увидели тлеющее янтарное сияние. Оно дышало и откликалось на каждое движение. Сквозь стекло, поверх воя, доносилось едва уловимое жужжание.

— Что это? — прошептала Вероника.

— Я тоже хотел бы знать.

Этот протяжный звук тянулся из темноты: низкий и затаённый.

— Мне одной кажется, что нас зовут? Или…

— Похоже на то… Думаю, там мы найдём то, что ищем.

Эндрю взялся за ручку. Металл обжёг холодом даже сквозь перчатки. Мальчик вдохнул, но не отступил. Тяжёлая дверь поддалась, выпустив наружу облачко пыльного тепла. Эндрю шагнул через порог и почувствовал, как звуки растеклись, теряя чёткость. Вероника ступила следом и пошатнулась. Воздух колыхнулся, тёплый пряный запах ударил в нос. По обе стороны тянулись полки с вещами, притягивающими взгляд. Тусклый свет цеплял блики стекла, металла и полированного дерева.

— Ничего себе… — присвистнул Эндрю.

Он прошёл несколько шагов и остановился перед лежащим на столе у стены хрустальным шаром. Внутри медленно скользила крошечная звезда, оставляя искрящийся след. Эндрю протянул руку, и звезда рванулась к нему. Она замерла у стекла, следя за ним изнутри. Вероника в это время осматривала шкатулку. Орнамент на крышке вращался, удерживая её на месте.

— Знаешь… — начала она и замолчала.

Среди статуэток в углу Эндрю заметил небольшую глиняную птицу. Она выглядела грубее и старше других — явно вылеплена в спешке. На её крыльях проступали два резких, почти хищных знака: спираль, закрученная в узел, и стрела, пронзающая разорванный круг.

Стоило ему наклониться, как символы отделились от птицы и поднялись в воздух. В тот же миг и Эндрю, и Веронику притянуло друг к другу. Из центра фигурки ударила вспышка, вытянувшись в огненную стрелу. Мгновение, и стрела разделилась на две полупрозрачные копии, которые одновременно коснулись их лбов. Разряд энергии прошёл сквозь тела, заставив отшатнуться, а затем ударная волна резко отбросила их назад.