Печенье судьбы. Соблазнить ректора

Глава 2. Знакомство. 

Ариадет.

Как гласили слухи, все девушки королевства мечтали попасть в Академию Одарённых.

И не только потому, что здесь есть шанс остаться на службе в Шалоте, но и потому, что тут можно выиграть сундук с золотыми монетами.

Правда, этот шанс выпадал лишь первогодкам.

И только тем, кто осмелится потянуть дракона за усы.

Откуда я это узнала?

Конечно же, от новых соседок — Камиль Рошфор и Жюльен Арман.

Две третьекурсницы, к которым меня так “удачно” определили.

Нет, знакомство выдалось впечатляющим. Как и вечер, проведённый за их “посвящением”.

Сначала меня сжали в объятиях так, словно все три года ждали именно меня. А потом началось то самое посвящение.

— Мы ведь теперь подруги. Значит, мы помогаем тебе получить сундук и делим золото на троих, — заговорщицки прошептала Жюльен.

Русая, голубоглазая, она училась на боевом факультете и характер имела соответствующий — пробивной.

Стоило услышать, что я живу в посёлке с бабулей, как Жюли тут же записала меня в бедные сиротки и выдала гениальный план.

Четыре раза в год, в дни равноденствия, в королевстве объявлялась охота на дракона.

Точнее — на драконов, ведь в Версалии их было всего два.

Но Его Величество Валериан Торнвуд редко покидал дворец, так что все незамужние мадемуазель Шалота охотились за нашим ректором.

— Говорят, Мелинда и Кассандра приехали аж из Юславии, а он заявил, что ищет только свою пару и вообще в отношения не вступает, — мечтательно протянула Камиль, глядя в окно.

Я даже представила, как две драконицы сцепились в схватке за сердце нашего неприступного ректора. Если верить девочкам, они действительно за него сражались.

И каково же было разочарование, когда победительнице отказали даже в поцелуе.

Матиас Торнвуд был невероятно обаятелен и не менее недосягаем.

Понимая, что остались ни с чем, драконицы обещали награду той, кто сумеет соблазнить упрямого ректора.

С тех пор уже несколько десятилетий в Академии существовала традиция для первокурсниц — не просто украсть поцелуй дракона на удачу, а сразиться за сундук с золотом.

С каждым годом награда росла: все участницы, вступавшие в пари, добавляли в сундук свой золотой.

— В этом году золота станет выше крышки. Бойся обиженных женщин, — зловеще прорычала Жюльен, накинула на голову белую сорочку и налетела на мечтательную Камиль.

Мы дружно прыснули.

Смех быстро перешел в задумчивые вздохи. Каждая из нас понимала, как изменил бы жизнь тот самый сундук с золотом, что лежал в подвале Академии.

— Но какой смысл в награде, если месье Торнвуд сказал, что женится только на своей паре? Драконы ведь не связывают себя узами с простыми одарёнными, — робко спросила я.

Соседки переглянулись — и что-то в их взгляде мне совсем не понравилось.

— Пари называется “Соблазнить ректора”, а не “выйти за него замуж”, — снисходительно пояснила Камиль.

Я моргнула. Кажется, что-то упустила.

— Эм… а что именно нужно сделать? Можно ведь просто попросить, — тихо уточнила я.

— Попросить? — ухмыльнулась Жюльен.

Она уже раскрыла рот, явно собираясь объяснить, почему эта идея была нелепой, но запнулась, уловив предостерегающий взгляд Камиль.

Жюли закатила глаза и вздохнула:

— Он ни за что тебя не… поцелует. Как ни проси. Иначе сундук давно бы забрали, — добавила она, как-то странно посматривая на подругу.

Между ними повисло молчание, будто вспыхнул безмолвный диалог.

Я же не заметила подвоха — слишком уж волнительной оказалась мысль о первом поцелуе. Да ещё и с самим ректором-драконом.

Уши предательски запылали, и, пока Камиль и Жюльен мерялись взглядами, я посмотрела в окно.

Опыта в поцелуях у меня не было никакого.

В посёлке жили в основном старики — именно поэтому бабушка и выбрала его для нашего спокойствия.

А с парнями… да что там, я даже не знала, какой вкус должен быть у первого поцелуя!

И тем более не понимала, почему ректор не согласится помочь, чтобы выиграть сундук.

— Я думаю, если сказать, что мы разделим награду, он согласится, — выдавила, стараясь казаться равнодушной.

Явно сдерживая смех, соседки закивали. А я вспомнила то прикосновение на экзамене и ещё больше покраснела.

Если я ощутила такое от одного касания ладони, что же будет во время поцелуя?

— Вот поэтому у нас и есть все шансы, — довольно заключила Жюльен, указывая на пунцовую меня.

И зачем я только в это ввязываюсь?

Мы с бабулей не нуждаемся в золоте. А вот девочки…

Они обе из бедных семей буржуа, и даже лишний десяток монет для них имел значение — не говоря уже о целом сундуке.

Наблюдая, как Жюльен набирает сладости из разложенных мной пакетиков, я улыбнулась.

Пусть они не слишком богатые и родовитые, зато настоящие.

А ещё бабуля не зря упаковала мне гостинцев. Как оказалось, сладкое это залог спокойного вечера. И ещё: за поеданием конфет рождается настоящая дружба.

Камиль перехватила у Жюли очередную конфету быстрее, чем та успела её развернуть, и девчонки начали спорить, кому достанется последний кусочек.

В итоге разделили его на троих и, смеясь, протянули и мне.

— Добро пожаловать в команду, Ари! — хором сказали они.

***

Утро порадовало новыми сюрпризами.

На мне форма, которую выдала мадам Атлас, выглядела ещё более нелепо, чем на вешалке.

— Из-за большого наплыва они явно экономят, — сочувственно посмотрела на меня Камиль.

— Я бы сказала – откровенно жадничают, — поддержала её Жюльен.

Я же с недоумением рассматривала новую повседневную одежду.

В Академии царили странные порядки: вместо одной универсальной формы, каждый факультет получал собственный фасон, цвет и крой.

Жюльен, которая училась на боевом потоке, ходила в голубом костюме, напоминающем дорожное укороченное платье с брюками, надетыми под низ.