Печенье судьбы. Соблазнить ректора

Глава 4. Факультеты. 

Ариадет.

Первые несколько дней в Академии нас ждала настоящая пытка факультетами.

Первую неделю расписание будут оставлять под дверью, а потом распределят нас по группам согласно способностям и уровню Дара.

Те, у кого сила ярче, отправятся на боевой — он же факультет защитных чар.

Средний уровень — на артефакторов, затем бытовой.

А тех, у кого магии всего лишь капли, направят изучать зельеварение, аптечное дело или лечение разных хворей.

Тут моя спящая сила, пожалуй, была спасением — гарантией, что дальше лекарского факультета меня никуда не возьмут.

По крайней мере, в начале я была уверена, что, определив уровень дара, профессора других факультетов больше не будут нас мучить.

Ошиблась.

Первый день — факультет защитных чар: охранные заклинания, артефакты, магические щиты, защитные и атакующие приемы.

Во всём этом я оказалась бесполезнее палки-артефакта, которую мне с гордостью вручили в зале для практических занятий.

К концу дня я была уставшая, пыльная и немного побитая. В пару для отработки защиты и атаки мне досталась вовсе не такая милашка, как моя соседка Жюльен.

Селеста Бенуа — заносчивая аристократка с сильным даром и таким же вредным характером. Она с удовольствием взяла на себя роль атакующего и с улыбкой избивала меня палкой, пока месье профессор не понял, что пора вмешаться.

— Ариадет Вуд, вы успешно провалили все испытания. Бенуа – жду вас через неделю в первой группе, у вас дар уровня четыре, — с холодным безразличием заявил месье Жан-Марк Дюваль, размашисто вычеркивая моё имя из списка.

Блондинка смерила меня высокомерным кошачьим прищуром и отправилась к своим подружкам, а я отряхнулась от пыли и побрела в столовую.

Сказать, что расстроилась? Нисколько.

Теперь от факультета защитных чар в моём расписании останется только базовая физическая подготовка и парочка простых защитных упражнений без магии.

Несколько синяков быстро залечит бабулина мазь. Для себя я справилась с испытанием ровно так, как и планировала.

Только вот новую форму жаль — ткань была вся в пыли, а на коленях виднелись дыры.

Вместо того чтобы насладиться честно заслуженным ужином, пришлось завернуть в уборную Главного корпуса и отмывать руки и лицо от разводов.

Была мысль переодеться, но голодный писк живота подсказал, что и так сойдёт.

День можно было бы считать удачным, если бы не случайная встреча в пустом коридоре.

Я почти добралась до столовой, когда эхом позади зазвучали тяжелые шаги.

— Мадемуазель Вуд? Ради духов предков, что с вами произошло? — послышался громкий голос за спиной.

Поняв, кто застал меня в пыльной и местами порванной форме, я впервые в жизни тихо выругалась.

— Щепка в палец, — пробормотала, медленно разворачиваясь. — Месье Торнвуд, солнечного дня! — натянула на лицо любезную улыбку.

Вид спереди, кажется, был еще более впечатляющим, чем сзади.

Рассмотрев, во что превратилась подаренная им форма, ректор вопросительно приподнял брови, скрестил руки на груди и подошёл почти вплотную. Вероятно, жалел рассмотреть грязь поближе.

— Вижу, с количеством комплектов формы я не угадал, — тихо произнёс он, чуть наклоняясь.

Что сказать на подобное? Я не знала.

— Спасибо. Боюсь представить, что было бы со старой формой после первого занятия месье Дюваля. Можно сказать, вы спасли меня от того, чтобы идти в комнату голой, — выдавила я, глядя куда-то в район его груди.

В ответ дракон отшатнулся от меня так, будто голым мог остаться он.

И взгляд — будто я сказала самую неприличную вещь на свете.

Странная реакция. Как и моя — на него.

Снова от его близости внутри заворочалась сонная сила. Руку покалывало от желания коснуться белоснежной рубашки и ощутить искры магии, что скрывались под тканью.

Он, будто чувствуя это, замер на расстоянии шага и выжидательно смотрел.

Неужели его магия тоже как-то реагировала на мою?

Но нет — вдоволь насмотревшись на мой потрепанный вид и, видимо, решив, что выгонять не за что, ректор обреченно вздохнул.

— Поспешите в столовую, этюдантка Вуд, иначе останетесь без обеда, — невозмутимо произнес он.

А потом, развернувшись на каблуках, так же невозмутимо ушёл.

Дракон исчез за поворотом, оставив мне удивление, урчащий живот и шлейф аромата, похожего на запах хвойного леса.

Такое ощущение, что ему лишь бы приказы раздавать. И почему за три дня я встречаю его уже третий раз?

— И что это было вообще? — тихо спросила я пустой коридор.

Никто не ответил.

Судя по отсутствию этюдантов, обед был в самом разгаре — а значит, мне достанется то, что останется.

Громко выдохнув, я приложила руку к груди и побрела дальше.

***

На второй день занятий на факультете бытовых чар можно было не ходить.

Ведение хозяйства, пошив одежды, починка ткани, артефактов, мебели, работа прислужницей, ассистенткой, библиотекарем, лавочником или в различных конторах.

Всё это было не то чтобы скучно, просто мадам Бушар уже сделала обо мне выводы, и спорить было бесполезно.

Сунув мне мой разорванный наряд, она с плохо скрываемым отвращением наблюдала, как я пытаюсь починить ткань магией.

Как ни странно, в этот раз, даже под её презрительным взглядом, я сумела выудить хоть каплю чар.

Но для испорченной ткани этого оказалось недостаточно.

— Вы бездарность, буржуа, — заявила старуха, вычёркивая меня из своих списков.

Всех этюданток, независимо от происхождения, было принято называть мадемуазель. И всё же эта старая мадам упрямо звала меня “буржуа”.

Не только меня, но и других “бездарных”. И всё же — обидно.

Благодаря второй “буржуа” — Мари Эторн, матушка которой служила швачкой, — мою форму всё же почистили и привели в порядок. Однако уровень дара у Мари был всего лишь вторым, а для великой чародейки Элоизы Бушар этого оказалось недостаточно.