Печенье судьбы. Соблазнить ректора

Глава 7. Месть. 

Ариадет. Прошел месяц.

— Клыки? Серьёзно? — девушка прикрыла рот рукой, затем огляделась, будто чудище могло услышать и напасть со спины.

— Да! А ещё говорят, хвост вырастает. Неудивительно, что никто не смог его соблазнить. Кто знает, что еще скрывается под одеждой, — лихорадочно закивала вторая.

Мы с Мари молча переглянулись и направились к столу, за которым сидели мои довольные собой старшекурсницы.

— Легенда обрастает бородой, — улыбнулась Жюльен, кивая на притихших этюданток.

За месяц слухи о клыках ректора распространились по Академии и обрастали всё новыми жуткими деталями.

И всему виной была я.

Напуганная впечатляющей беседой с драконом, я в красках описала девчонкам его реакцию.

— И это ты просила всего лишь поцелуй? — с сомнением переспросила Камиль.

— Да, и рассказала, что награду мы поделим, чтобы помочь родителям. А он… — всхлипнула я, кутаясь в одеяло.

Нет, ректор тоже хорош. Мог просто объяснить.

Мол: “Мадемуазель Вуд, вы мне противны” или “Я не целую этюданток. Вот были бы вы аристократкой или драконицей — другое дело”.

Я бы ему и драконицу нашла, и с аристократкой договорилась.

Уверена, у отца или бабули были знакомые в обоих королевствах.

А он клыками начал сверкать из-за простой просьбы!

Нет бы я жениться просила — а так, ничего предосудительного, просто поцелуй.

Это для меня он стал бы первым, а дракону в его-то возрасте...

Однако месье страшный ректор считал иначе.

Сначала забавлялся, когда мне хамили, потом изобразил оскорбленную невинность, а после всего ещё и напугал.

Я имела право злиться. И право на небольшую месть.

Мне не было жаль дракона, когда Мари проболталась про клыки своим соседкам по комнате.

Не было совестно, когда те разнесли новость по всей Академии.

Ни капли не стало стыдно, когда появились нелепые предположения, будто девушек не просто отчисляли, а выгоняли, чтобы скрыть страшные тайны ректора.

Я продолжала спокойно спать, когда вместо одних клыков у него появился хвост, а потом — в мраке коридора — кто-то якобы рассмотрел небольшие рога.

В общем, жаль не было. И стыдно тоже.

Матиас Торнвуд боялся, что его будут соблазнять, и получил по заслугам.

Больше соблазнять его никто не пытался, а золото из шкатулки для пари загадочным образом испарилось.

Дракон мог быть спокоен за свою честь — теперь девушки не верили ни его улыбкам, ни обаянию, ни привлекательной внешности.

А я тихо ликовала, слушая новые сплетни о жадном и высокомерном мужчине.

Очередная история о том, как какая-то этюдантка с визгом убежала от ректора, наткнувшись на него в пустом коридоре, скрасила угрюмое осеннее утро.

Однако вместо обеда, на выходе из лекции по зельеварению, меня ждал помощник месье Торнвуда.

— Вас ждут в кабинете ректора, мадемуазель Вуд, — пробасил чародей, указывая рукой направление.

Похоже, терпение дракона исчерпалось.

Интересно, что задело его сильнее — “рога” или “хвост”?

Сегодня до кабинета ректора я шла, едва сдерживая улыбку.

Боялась ли я новых угроз?

Больше нет.

После того как половина Академии видела, как меня ведут в логово чудовища, это было скорее забавно, чем страшно.

Позже, конечно, меня ждет допрос, и от того, что я расскажу, будет зависеть, — станут ли слухи разрастаться или со временем утихнут.

Безымянный помощник Торнвуда открыл дверь, подождал и плотно её закрыл.

Я же с преувеличенным интересом рассматривала подол платья, пряча улыбку за волосами.

— Вызывали, месье ректор? — тихо спросила.

В ответ — молчание. Меня рассматривали.

Я чувствовала магию, которая щекотала кожу, и слишком пристальный взгляд, от которого вспыхнули щёки.

Дракон будто ждал, что я сама во всём признаюсь и начну извиняться.

Но я была не настолько глупа.

Когда спустя несколько минут никто так и не заговорил, я подняла взгляд.

Всё та же знакомая поза: Матиас Торнвуд стоял, опершись о стол и сложив руки на груди.

Вот только на его лице не было привычной лукавой улыбки.

— Хвост, рога, клыки... Сплетни дошли уже даже до дворца. Мадемуазель Вуд, скажите, я дал вам повод считать, что питаю к вам симпатию как к девушке? — недовольно спросил он.

В ответ я молча качнула головой.

О том, что будет, когда слухи выйдут за пределы Академии, я совсем не подумала. И уж тем более не ожидала, что они дойдут до короля.

— Вы понимаете, что я кузен короля? Все эти выдумки порочат не только меня как мужчину, не только должность ректора Академии Одарённых, но и всю королевскую семью. Ариадет, скажите на милость, зачем вы распустили эти нелепые сплетни? — спросил он уже громче, всё так же выжигая во мне дыры взглядом.

Сначала я испугалась, а потом вспомнила одну незначительную деталь: большинство слухов распустила вовсе не я.

Я рассказала о клыках.

Кого он напугал своим “хвостом” или “рогами” — уже не моя забота.

— Простите, месье ректор. Но если вы не желаете, чтобы о вас ходили слухи, не стоит пугать этюданток клыками, хвостом и рогами. Вы ведь хотели, чтобы вас перестали соблазнять? Поздравляю – теперь вас боятся, — ответила я.

Вышло слишком дерзко. Но я совсем не раскаивалась.

Ответных претензий Торнвуд, похоже, не ожидал.

Он удивлённо осмотрел меня, а потом снова принялся сыпать упрёками:

— Где, на милость, вы увидели у меня хвост? — спросил он, для верности порезав на столе.

Хвоста, конечно, не было.

Но я ведь никогда и не утверждала, что он был. Это видели другие.

— Я не видела. Возможно, видел кто-то другой. Меня вы пугали своим духом и клыками, а остальным, похоже, показали другие особенности, — я пожала плечами, делая при этом самый невинный и наивный вид.