Печенье судьбы. Соблазнить ректора

Глава 11. Дом ректора. 

Ариадет.

Вторая неделя в доме ректора прошла куда насыщеннее первой.

Началось всё с нового осмотра.

Армон Дюваль проверил меня магией, а потом с облегчением вздохнул:

— Мадемуазель можно короткие прогулки и книги. Но всё ещё под присмотром. Если голова закружится или вернётся тошнота – обратно в постель, — уверенно заявил он напряженному Матиасу и ушёл.

— Сегодня я вернусь к ужину. Внизу есть гостиная, Марта поможет разжечь камин, — вместо обычного прощания процедил дракон и направился следом за лекарем.

Кажется, он не был рад, что я поправилась.

Точнее — не рад, что ходячая проблема теперь будет бродить по его владениям, а не молча спать целыми днями.

Зато такому повороту радовалась я. Очень. И даже не стала ждать, пока мадам Марта принесет завтрак.

Едва шаги мужчин стихли, я побежала в ванну приводить себя в порядок.

Впервые я смогла спуститься вниз и увидеть хоть что-то кроме гостевой спальни и уборной.

Дом ректора Торнвуда даже по меркам Шалота оказался роскошным: два этажа, пять дверей наверху и бесконечно длинный коридор внизу.

Первым местом, куда я решила заглянуть, стала кухня — то самое царство мадам Марты, о котором я столько слышала и теперь намеревалась увидеть.

Полки, столешницы, сковороды и казанки — всё вокруг утопало в артефактах.

Какими только магическими штуками ни была заставлена эта кухня!

Либо месье ректор великий любитель поесть, либо мадам Марта подкармливает половину Шалота.

— Оу, мадемуазель, вам уже разрешили вставать! Какое счастье! Присаживайтесь, я как раз закончила готовить завтрак, — всплеснула руками дама, указывая на стул.

Судя по тарелке с пирогом и отвару, мой завтрак собирались подать прямо между казанками и разделочными досками.

Видимо, мадам Марта занималась не только тем, что нянчила новую проблему ректора, но и выпечкой.

— Это всё вы для месье Торнвуда? — спросила я, рассматривая щедро заставленный пирогами противень.

Женщина рассмеялась:

— Нет, что вы, дорогая. Помимо того, что я работаю у месье Торнвуда, я пеку сдобу для лавки Лелюш. Вы наверняка слышали об их знаменитой выпечке.

О да, слышала.

Но Жюльен берегла фигуру, Камиль не любила сладкое, а вот Мари мечтала попасть туда. Только золота у неё было в обрез, поэтому поход в булочную мы решили отложить до окончания испытаний полугодия.

— В Академии хвалили их отвары из полевых цветов и пирог с яблоками, — ответила я Марте, уже понимая, что тот самый пирог лежит прямо у меня на тарелке.

Кажется, именно на кухне месье ректора рождались те самые десерты, ради которых этюданты готовы прогуливать лекции.

— Ешьте, дорогая, — улыбнулась Марта. — А я пока закину противень в печь. У месье Торнвуда немного дел по дому, а остальное время я пользуюсь его кухней. В лавке мало места для всех мастериц, поэтому там готовят только отвары. А выпечку собирают по домам. Простым буржуа – заработок, лавке – лишнее место выделять не нужно, — с особой гордостью заявила она.

— И он позволил? — удивлённо спросила я, оторвав взгляд от пирога, который пока что поедала только глазами.

Марта ласково улыбнулась.

— Конечно. Даже печь оборудовал, и вон – противни купил, казанки, котелки. Всю кухню мне отдал в распоряжение, — она обвела рукой своё царство.

Действительно, неслыханная щедрость для дракона.

Что-то, когда я пришла к нему просить золото, он не выглядел таким сердобольным. А ведь я просила не кухню в его доме, а поцелуй.

Заметив моё замешательство, Марта рассмеялась:

— Знаю, порой он бывает отстраненным или кажется, будто не воспринимает вас всерьез. Но на самом деле месье Торнвуд очень внимательный и не жадный. Золота у него достаточно, чтобы не быть скрягой, — похвалила она начальника.

Да уж. А при упоминании сундука с золотом бедный чуть не задохнулся. Видимо, щедрость просыпается исключительно по праздникам.

Вздохнув, я оставила хвалебные оды Марты без комментариев.

Мне дракон не казался ни великодушным, ни добрым, ни тем более расточительным.

Даже то, что он приютил меня в своём доме, было, скорее, холодным расчётом, а не благотворительностью.

Если бабуля узнает — заберёт меня домой. А тогда, с высокой вероятностью, королю не видать артефакта.

Всё просто.

Но разочаровывать старушку я не стала: улыбнулась, принялась жевать ещё горячий пирог, а после отправилась изучать гостиную.

До самого вечера я бродила по комнатам, время от времени уставала и возвращалась в постель. А когда солнце уже клонилось к закату, наконец вернулся хозяин.

Как и обещал, дракон пришёл не в полночь, а ровно к ужину.

— Марта, накрой в гостиной. Мы с Ариадет будем ужинать вдвоем, — прозвучала команда с порога.

Моим мнением никто не интересовался. Моё присутствие в гостиной, кажется, никто даже не заметил.

Скинув одежду, тот самый “великодушный” направился в свою комнату.

Так и хотелось спросить у Марты, где именно и в какие моменты появляется тот самый “внимательный” и “не жадный”?

Но я снова промолчала.

Укуталась в плед и смотрела на едва тлеющий камин.

На дровах месье Торнвуд откровенно жадничал: одна жалкая щепка, брошенная в огромную каменную пасть. Этим просторную гостиную никак не обогреть.

Предыдущие дни, когда я сидела в нагретой спальне, этого не было заметно. А сегодня я продрогла до костей.

Но, кажется, такая температура смущала только меня.

Марта привычно напевала, накрывая на стол, а дракон явился с закатанными рукавами и слегка расстегнутой рубашке.

Одна я куталась в пушистый плед, стараясь не стучать зубами.

— Как ваше самочувствие, Ариадет? — устало спросил ректор, плюхаясь рядом на диван.

— В целом могло быть хуже… если, конечно, я завтра не слягу с простудой, — тихо пробормотала я дрожащим голосом.