Пекарня попаданки. Магия вишневых кексов

Глава 6

Леона довольно легко согласилась уступить нам кухню… но только ночью и поздним вечером, и при условии, что мы сами заготовим под свои дела дрова, или её запас пополним. Ингвара и Свейна у нас под рукой, конечно, не было, но бойкая Росита поймала у таверны мальчишек, и предложила им подзаработать на заготовке дров и хвороста, а те с радостью согласились. В отличие от взрослых, они радовались и медным монетам, так что разориться я тоже не боялась.

Что бы я делала без Роситы — не имею ни малейшего представления, но, к счастью, Росита у меня была. Как и возможность у неё учиться.

Мы ушли на кухню таверны, как только стемнело, а посетители разошлись или по домам, или по своим комнатам. Благо, посреди ночи здесь никто не ждал ни обслуживания, ни помощи. Цивилизация по моим меркам от этого места была достаточно далека, чтобы не мешать нам с Роситой готовить.

— Мы с вами, синьора, с лепёшек начнём. Это проще всего будет для неопытной хозяйки. Ну, то есть вы опытная, но вы моя хозяйка опытная, а не печей. Жарковато, конечно, в таверне будет, но раз синьора Леона разрешила, то мы её уговаривать обратно запретить не будем точно. Сначала нам с вами нужно растопить печь. Знаете, как?

Я знала, какую промышленную плиту выбрать, а живого огня даже на шашлыках не видела — Олежа его терпеть не мог и ворчал, что это пожароопасно и он рисковать не будет. Так что я посмотрела на Роситу взглядом не слишком умной городской обитательницы и осторожно уточнила:

— Положить в печь дрова и поджечь?

Росита звонко рассмеялась, впрочем, сразу же замолкнув — вспомнила, что так всех перебудит. И уточнила:

— Синьора, вы же несерьёзно? Неужели никогда даже не наблюдали, как это мы делаем?

— Да вот как-то не доводилось. Ну или я не помню пока, — почти честно ответила я.

Росита трагически вздохнула, начиная понимать, во что ввязалась, согласившись учить нерадивую меня. К счастью для этой самой нерадивой, выбора у служанки не было. Так что она преувеличенно бодро улыбнулась мне, и произнесла:

— Ну что ж, раз так, то начнём с самого начала. А сначала нам с вами нужно убрать из печи золу и старые уголья. Иначе лепёшки получатся не очень вкусные. Для этого нам нужно помело, и кочерга. Кочергу же вы видели?

Я неуверенно кивнула. Видела я её больше в сказках, и не слишком представляла, как этим орудием из металла пользовались в реальности. Но Росита бодро притащила к печи какой-то ящик, на дне которого уже было некоторое количество угля, и начала ворочать кочергой в печи, скидывая уголья один за другим в ящик. Его отнесла на место, в дальний угол кухни.

Когда она закончила, то взяла симпатичную метёлку, и во что-то вроде металлического поддона сгребла ещё и золу, затем назидательно подняла палец вверх, и сказала:

— Зола очень полезна, синьора, ею и бельё стирают, и как подкормку кладут, чтобы овощи росли хорошо. А ещё она загореться может, когда свежая, так что в деревянный ящик её лучше не ссыпать.

Я густо покраснела. Ну не настолько же я, хм, неопытная, это и логически понятно! А Росита продолжала:

— Но я бы лучше сама печь чистила, где это видано, чтобы благородная госпожа голову в жар совала. Хотите делать своими руками выпечку — ну ладно, хоть это и странно. А остальное я вам показываю, чтобы вы случайно не обожглись, когда меня рядом не будет. Вы как от нас синьор ди Константино уехал, так стали любопытная — как кошка! Вам всё-всё показывать надо, вот что я думаю.

— Это ты правильно думаешь, — рассеянно согласилась я. — А теперь мы будем печь растапливать?

— Будем, конечно, — важно кивнула Росита. — Потихонечку. Смотрите, вот я сначала кладу растопку. Это щепки, кора, трава сухая и солома, какая похуже. Потом сверху поленья. Во-он то, симпатичное, сухое и маленькое, хорошо гореть будет, — она указала мне рукой на тонкий круглый брус неошкуренного сухого дерева. — А когда мы сложим в очаге всё, я лучину поднесу. Сестрица моя старшая, пока замуж не вышла и в другой дом не уехала, всё норовила на кочергу тряпку намотать, её пожечь и так огонь растопить, да только опасно это. Лучше лучиной, точно вам говорю. Угореть нам никак нельзя, дел много!

Я продолжала внимательно наблюдать за Роситой и слушать её болтовню, но понимала, что невольно отвлекаюсь от сути слов и слежу только за руками. Очень уж болтливой Росита была, и охотно комментировала каждое движение руки. Был у меня в юности приятель, работавший много лет в техподдержке — вот на него Росита и смахивала своим стремлением объяснить и упростить всё, даже самое очевидное.

Даже о том, что за заслонку печи нос свой лучше не совать и руками голыми её не трогать — и то предупредила. Но пока мы ждали, чтобы печь раскалилась до белого жара, и останутся угли, на которых мы будем выпекать лепёшки, Росита предложила замесить тесто, чтобы не терять зря время.

Тут-то я и оживилась. Тесто не слишком меняется от эпохи к эпохе, а я с ним вполне дружила. Продукты Леона позволила брать в счёт моего ночлега — я платила и за него, и за еду теперь, когда нормально ходила. Так что в нашем распоряжении было всё хозяйство трактира, если не наглеть. В том числе местная мука из незнакомого мне растения. Я осторожно попробовала её на вкус, пока Росита не видела.

Как будто ржаная мука, но с добавлением имбиря и базилика — вот, что мне напомнил этот вкус. Из неё должны быть дивные пироги, и если правильно подобрать сочетание, то будет, как выражалась моя бабушка, ум отъешь как вкусно. Ум мне ещё пригодится, но в голове уже роились идеи, что с этим можно сделать интересного.

Пока же я просто оглядела еду. Мука у нас была, воды Росита заранее натаскала, ещё была соль, немного мёда и различные травы, которые я снова наполовину узнавала, а наполовину нет. Но я вполне привыкла подбирать сочетания, просто принюхиваясь к специям, поэтому мне не очень нужны были их названия. Правда, с совсем незнакомыми экспериментировать лучше на собственной кухне: они ведь по-разному раскрываются в зависимости от способа приготовления.