Пекарня «уютный очаг» и её тихие чудеса

Глава 14. Незваный совет

На следующий день после раскрытия тайны свитка в «Уютном очаге» витало новое, острое напряжение. Оно было иным, чем прежняя тревога. Та была слепым, животным страхом. Это же было холодной, отточенной решимостью. Элли двигалась по пекарне с непривычной жёсткостью в плечах, её глаза, обычно мягкие и задумчивые, стали внимательными и быстрыми, как у птицы. Она не просто пекла хлеб – она укрепляла крепость, готовящуюся к осаде.

Каэл появился на рассвете, без стука войдя через заднюю дверь. Его лицо было мрачным, как грозовая туча. Он молча кивнул Элли, поднялся на чердак, привычно провёл с Лео не более получаса, спустился и, отрезав себе большой ломоть только что испечённого хлеба, уселся за угловой столик, погружённый в молчаливое размышление. Он разложил на столе несколько принесённых с собой веточек, камешков и что-то чертил на поверхности стола пальцем.

Элли не мешала ему. Она понимала, что теперь они – команда. Молчаливая, неловкая, но команда. Она варила густой овсяный кисель – бабушкин рецепт для силы и выносливости – и поставила чашку перед ним. Он кивнул в знак благодарности, не отрывая глаз от своих расчётов.

Именно в этот момент дверь пекарни распахнулась с привычным для Мэйбл напором. Но на пороге она замерла, уставившись на неожиданную картину: угрюмый лесной отшельник, сидящий за столом как дома, и Элли с лицом, выражавшим не пекарскую безмятежность, а концентрацию полководца перед битвой.

– Ну-ну, – проскрипела Мэйбл, снимая варежки и остро вглядываясь то в одного, то в другую. – Прямо военный совет у нас тут собрался. Или сговор? Или, не дай бог, свадьбу планируете? Молодёжь нынче странно жениться начинает.

Каэл даже не поднял на неё взгляд, лишь губы его дёрнулись в подобии усмешки. Элли вздохнула.

– Здравствуйте, Мэйбл. Нет, не свадьба. Просто… обсуждаем кое-что.

– Ко-е-что, – протянула травница, подходя к прилавку и без спроса наливая себе чай из стоявшего на плите горшочка. – У меня, знаешь ли, нюх ещё никуда не делся. И от вас обоих сегодня так и прет решимостью да… грозной силой. Словно вы не пирог собрались печь, а стену крепостную ломать. – Она прищурилась. – Это из-за вчерашнего? Из-за той гадости, что на стены лезла?

Элли и Каэл переглянулись. Скрывать что-то от Мэйбл было бесполезно.

– Не только, – тихо сказала Элли.

– Что-то случилось, – добавил Каэл, наконец поднимая на старушку свой тяжёлый взгляд. – Что-то серьёзное. Им нужен не просто мальчик. Он… ключ к чему-то большему.

В этот момент в дверь, словно по сигналу, вошёл Седрик. Он был не в своём праздничном камзоле, а в тёмном, практичном плаще, а в руках держал старый, потёртый кожаный футляр.

– Чувствую, чувствую напряжение в энергетическом поле! – объявил он, но без привычного театрального пафоса. Его голос был серьёзен, а глаза за стёклами очков блестели умом и… готовностью. – Мои хрустальные сферы сегодня утром просто бурлили от мрачных предзнаменований. И я подумал – а не пора ли нам, так сказать, провести экстренное заседание местного… э-э-э… совета?

Он посмотрел на троих собравшихся, и на его лице промелькнула редкая для него мягкая улыбка.

– Если, конечно, меня сочтут достойным.

Мэйбл фыркнула.

– Совета! Сидишь ты в своей лавке, старые железяки перебираешь, вот и возомнил себя кем-то. – Но в её словах не было злобы, лишь привычная дружеская издёвка.

– А кто, по-твоему, тогда? – парировал Седрик. – Ты, что ли, со своими горшками с травкой? Или наш угрюмый друг из леса? Или наша юная, но многообещающая пекарша? По-моему, мы идеально дополняем друг друга. Сила, знание, связь с сообществом и… – он указал на себя, – историческая перспектива.

Каэл покачал головой, но в его глазах мелькнула тень веселья.

– Говори короче, старик. Что у тебя в футляре?

– Ага! Вот именно к этому я и веду! – Седрик с торжеством поставил футляр на стол рядом с веточками Каэла и щёлкнул замками. Внутри, на бархатном ложе, лежал не какой-то магический артефакт, а… старая, потёртая подзорная труба из латуни и потемневшего дерева. – Не смейтесь! Это не просто труба. Это Око Аэндорского Сокола! – он произнёс это с придыханием. – Говорят, она может видеть не только далёкие земли, но и… намёки на будущее. Или, по крайней мере, приближающуюся опасность.

Мэйбл скривилась.

– Старая ржавая трубка. И что, ты собираешься с нею на крышу лазить, как мальчишка-разведчик?

– А почему бы и нет? – оживился Седрик. – Высокие точки! Нам нужно наблюдение! Я могу дежурить на колокольне старой мельницы. Оттуда видно все подступы к городу.

– А я, – сказала Мэйбл, внезапно вся выпрямившись и становясь на удивление внушительной для своего роста, – могу варить зелья. Не люблю это слово, пахнет шарлатанством, но… укрепляющие отвары. Для стражников. Для всех, кто будет на страже. Чтобы не дремали. Чтобы глаза были зоркими. И ещё… кое-что для защиты порогов. Старые, надёжные рецепты.

Все смотрели на неё с удивлением. Даже Каэл был впечатлён.

– Ты уверена? – спросил он. – Это может быть опасно. Если они узнают…

– Пусть попробуют узнать! – огрызнулась Мэйбл. – Я старуха, мне терять нечего. А свой город я в обиду не дам. Да и мальчонку жалко. – Она отвернулась, делая вид, что поправляет платок.