Пекарня "Женевьева и Дракон", или Оркам вход воспрещён!

Глава 17

Дракон оступился и боком, перебирая лапами, покатился с горы.

– Джеронимо, толкайся! – завопила я. – И крыльями маши, крыльями!

Джеронимо оттолкнулся, но как-то не так, как я предполагала. Сначала мы покатились кубарем, потом подскочили на том самом пригорке, на который забрались сперва, а потом оказались в воздухе.

– Ну сейчас или никогда! – завопила я пуще прежнего. И “сейчас” случилось. Джеронимо полетел: в ночи, не разбирая дороги. Сшибая мордой кусты. Так я поняла, что летим мы над поверхностью горы, периодически на неё падая.

– Вверх надо, вверх! – я схватила Джеронимо за уши.

Джеронимо полетел вверх. В какой-то момент до меня дошло, что вокруг ничего нет, кроме воздуха. Что нет под ногами земли. Сколько-нибудь близко под ногами никакой земли нет! Есть только шум ветра в орочьих длинных ушах и уханье сердца под зелёной кожей. И ещё громче бьётся сердце Джеронимо. Эта здоровенная, огненная, правда, временно затухшая печка поднялась в воздух!

– Мы что, летим? – прошептала я. Джеронимо не ответил. Он сосредоточенно махал крыльями.

– Ты б расслабился, – предложила я. Джеронимо молчал. Я поняла, что он летит в сторону реки.

– Ты только не падай! – попросила я, поглаживая Джеронимо по шее. Реку мы перемахнули. Должно быть. Летели мы гораздо выше, так что… какая там речка?

– Джеронимо, а приземляться ты думаешь? – испуганно спросила я. Меня настораживало молчание дракона, хотя я предположила, что он боится сбиться с ритма и машет, машет, машет.

– Джерони-мо-о! – снова позвала я друга. – Я без шуток: реально пора на землю!

– Не-зна-ю-как! – промычал мне Джеронимо в такт взмахов.

– Ох же! – я прижалась к его шее. – Ну вон лесок наш – тобою истреблённый! Может, упадёшь в него? Аккуратненько?

– Ты-шу-ти-шь-шшшшш? – прошипел дракон.

– Нет… – я посмотрела вниз. – Ну а что будем делать? Кругами летать?

– Кру-га-ми? – Джеронимо замедлился и мы сразу просели в полёте.

– Ну мы так из лагеря улетим, если ничего не сделаем! – завопила я. – Но ты не волнуйся, – поспешила я добавить. – Может, как-нибудь потихонечку? А?

– Я, ка-же-тся, по-нял, как по-во-ра-чи-вать! – Джеронимо пошёл на круг.

– Так… Это хорошо, – подбодрила друга я. – Слушай план. Кружим над лесом, пока ты не поймешь, как снижаться. Круги делаем каждый раз поменьше, если выйдет.

– Я не-по-нял, как сни-жать-ся, – выдохнул дракон.

– А вот когда ты крыльями перестал махать и мы просели… Вот это оно самое, как мне кажется.

– Ес-ли я кры-лья сло-жу, мы рух-нем! – профырчал Джеронимо.

– Не складывай! Ты потихоньку. Рухнуть разрешаю только совсем близко от земли! О-оо-ааа!

Мы хорошо спустились. Джеронимо начало заносить на повороте. Я уж думала, что друг мой перевернётся вместе со мной, но земля оказалась неожиданно ближе, чем казалась, и мы упали в нужный лес. Спланировали, как и планировали.

Пробуравив в земле хорошую рытвину, мы свалились в кучу поваленных деревьев. Если б не некоторые мелочи и шероховатости – такие, как риск собственной жизнью и всякое сопутствующее – можно сказать, что первый полёт прошёл нормально.

С тех пор мы с Джеронимо летали каждую ночь, ну и, собственно… долетались.