Пелагея и принц осени

Глава 9. Сокращения

Сгущались бархатные сумерки. Ветер свирепел. Попрощавшись с Юлианой на крыльце агентства, Пелагея сжала в руке карту-пропуск и направилась к общежитию, чтобы перетащить свой небольшой скарб с третьего этажа на девятый.

В лифте ей попался отменный волонтёр – Ши, любитель пообниматься и потаскать тяжести за ближнего своего. Его внушительный подбородок был начисто выбрит, узкие глаза блестели озорством, а таинственная улыбка предвещала праздник.

– Я слышал новости, – сказал он, вырывая из рук Пелагеи пару пухлых сумок. – Рад приветствовать тебя в нашей группе. Парни тоже, кстати, в курсе. Вчера мы сотворили из твоей будущей комнаты произведение искусства.

Он довёл её до модуля с общей прихожей и кухней, занёс пожитки в комнату с номером девятьсот двадцать, а затем установилась подозрительная тишина.

На месте Пелагеи Юлиана решила бы, что её собираются разыграть, и пришла бы в полную боевую готовность. Но у новоявленной звезды подобных мыслей в голове отроду не водилось. Она не придала значения тишине и, переобувшись в тапочки, спокойно потопала в свою комнату. А там – тьма.

И только Пелагея потянулась рукой к выключателю, как в темноте вспыхнули огоньки, зажглись бенгальские огни и с десяток голосов затянули песню: «С днём рожденья тебя!».

Вслед за этим загорелись лампы, и Пелагея увидела надутые гелием разноцветные воздушные шарики под потолком. Ей улыбались уже знакомые лица. Ши, Рё, Йе, Шин, Ли, Хёк и Кю. С ними она заметила мужчин, которых прежде не встречала. Скорее всего, это были их менеджеры. Юлиану бы сюда для полного состава…

– Задуй свечи и загадай желание, – сказал Кю, поднося Пелагее торт.

– Но у меня сегодня нет дня рождения, – возразила та.

– Ты родилась как часть группы «Суп», – благодушно прогремел толстяк Шин. – Так что быстренько задувай и загадывай.

Пелагея сделала в точности то, что ей велели. От потухших свечек пошёл ароматный дымок.

«Пусть бы это всё поскорее закончилось, – зажмурившись, загадала желание она. – Хочу домой».

Ну никакой фантазии, честное слово!

На следующий день ей провели экскурсию по агентству. Она обнаружила тренажёрный зал, комнату с музыкальными инструментами, кабинет звукозаписи, душевую и замечательный закуток с балкончиком, который возвышался над просторным холлом и служил эдакой смотровой площадкой. С балкончика на внутренности здания открывался прямо-таки ошеломительный вид.

Затем Пелагею уже официально представили группе, в подробностях расписав ей, чем она будет заниматься. На неё свалилась ненавистная хореография, пение, а также необходимость работать со стилистами и выполнять всё, что они скажут. Кроме того, ей предстояла сольная деятельность.

– Запишем вам альбом, – потирая холёные руки, приговаривал директор Хаджиман. – Тиражи разлетятся, как горячие пирожки. Но, видите ли, есть проблема. Всех мемберов зовут кратко: Рё, Йе, Шин… Сейчас в моде односложность. А «Пелагея» звучит слишком длинно. Что если сократить вас до «Пе»?

– Если обрежете имя, я вас урою, – напирала Юлиана, которая теперь везде таскалась за подругой в качестве менеджера и утомляла общественность своим врождённым цинизмом. – Только попробуйте сократить! Я на вас в суд подам.

Директор Хаджиман потрясённо замолкал: ему совершенно не улыбалось связываться с судебными инстанциями. Он, конечно, ещё несколько раз пытался ненавязчиво вернуться к теме, но Юлиана, чемпионка по двусмысленным саркастическим ухмылкам, чуть не довела его до инфаркта, не произнеся при этом ни слова.

Теперь группа называлась «Суп и Пелагея».

Новое название многие сочли оригинальным. В соцсетях даже опрос провели: «Суп и Пелагея – что скажете?». На выбор предлагалось: «Фу, гадость», «Терпимо», «Можно и лучше», «Я в любви» и «Гениально».

Многие из фанатов были «в любви». Достаточное количество проголосовало за «Гениально», но это касалось лишь названия, а не новой участницы.

«Кто такая Пелагея?» – наперебой спрашивали в фанатском чате.

«Что она забыла среди наших парней?» – возмущались бывшие школьницы.

«Пусть катится к ***ям», – не стеснялись в выражениях студентки.

«Сначала послушайте, как она поёт, а потом говорите», – под липовыми никами строчили в её оправдание специально нанятые агентством работники.

– Я знал, что так будет, – говорил директор, успокаивая, скорее, себя, чем Пелагею, которую срочно вызвали к нему в кабинет ввиду сложившихся обстоятельств. – Они возненавидели вас, но мы перетянем их на вашу сторону после первого же концерта.

– Что значит возненавидели? – хлопала глазами Пелагея. – Это опасно?

– Опасно ли? Не берусь утверждать... А давайте-ка проверим, – сказал Хаджиман и, порывшись у себя в шкафу, вынул оттуда какую-то потёртую джинсовую куртку. – Давно хотел от неё избавиться, хе-хе, – косо ухмыльнулся он и прошествовал из кабинета прямо на балкон.

– Смотрите! – проорал он оттуда. – Эта вещь принадлежит Пелагее!

И старая джинсовая куртка испорченным парашютом полетела на землю к бушующей толпе фанаток. Поклонницы группы «Суп, но не Пелагея» как раз собрались возле здания агентства и выкрикивали лозунги, призывая начальство одуматься и прогнать лису из курятника.