Пелагея, травник и придурь эльфийская

Глава 5. Зелье забвения

Эльф действительно без труда сделал бы из своего приятеля-травника фарш, омлет, отбивную и прочие гастрономические изыски – но это раньше. Если прежнего Хэтпита ещё можно было играючи ушатать, то нового – едва ли. Новый набрался опыта, ловкости, сноровки, стал неуловим и странным образом недосягаем.

Как его ни пытались поймать лесные монстры, как ни усердствовал сам Ли Тэ Ри, Хэтпит всякий раз растворялся в воздухе, словно мираж.

Ева, Юлиана, Киприан, Кю и даже Пелагея сходились во мнении: своими необычными способностями травник обязан волшебной крови. Сколько же он её наглотался?

Юлиана, повелительница тьмы, активизировалась и придала охоте на Хэтпита некоторую системность.

Открыв в себе дар привлекать на свою сторону монстров, она неожиданно стала притягивать даже Кю, который, хоть и не был монстром, но и на человека не тянул. Кю, которого всегда завораживала только Пелагея, неожиданно стал проявлять интерес к Юлиане.

Выражалось это, как правило, в его неукоснительном посещении всех собраний, которые она созывала в хижине травницы.

Окружённая монстрами, сопровождаемая преданным слугой Пелагеи, Юлиана под сенью покосившейся крыши день за днём разрабатывала гениальный план.

Её планы, с её же собственных слов, всегда были гениальны. Трещину они давали только погодя. Однако неуспех Юлиана списывала то на скверную погоду, то на глупость окружающих, а то и вообще на несовершенное мироустройство и ни в какую не желала признавать, что план изначально был никуда не годен.

– Территорию патрулируем по двое, – командовала она, уперев ладони в столешницу. – Расходимся от центральной точки, дома Евы, и идём во всех направлениях, согласно моему плану.

– И что, так и будем ходить туда-сюда? – скептически осведомился какой-то зубастый маловер. – Звучит простовато.

Юлиана обеими руками шлёпнула по столу.

– А ну-ка цыц! В простоте, чтоб вы знали, и заключается гениальность!

Критик покорно сник, среди монстров вновь установилось единогласие, и даже Кю, который всегда отличался пытливым умом, стратегию поддержал. Правда, внёс в неё некоторые коррективы.

– Вы же умеете становиться невидимками? – спросил он. – План подразумевает, что ходить туда-сюда мы будем под покровом невидимости.

На сей раз вместо унылого, молчаливого согласия монстры одобрительно загудели: их умению исчезать на ровном месте мог бы позавидовать любой призрак. И Юлиана сразу расцвела: нововведение, которое предложил Кю, сама она ни за что бы не додумалась включить в план.

Поулыбавшись, она пронаблюдала за реакцией – и хлопнула в ладоши, призывая всех к порядку.

– Начинаем с сегодняшнего дня! – возвестила она. – Будьте внимательны и осторожны. Травник сейчас как загнанный зверь: он особенно опасен. Набрасывайтесь на него так, чтобы он был максимально неподготовлен и не смог вам навредить.

– Есть, госпожа! – хором откликнулись монстры.

И, выстроившись в шеренги по двое, вперевалку замаршировали на выход. Пересекая порог, они тотчас теряли очертания и полностью пропадали в сумраке, слившись с окружающей средой. Это надо было видеть.

Киприан, который во дворе как раз расчищал себе площадку для будущего укоренения, застыл столбом, глядя на это шествие. Под фонарём на крыльце лесные чудища одно за другим покрывались облаком невидимости: «Пух!» – и пустота.

За исполнения плана они взялись старательно и уже спустя полдня выследили мальчишку, который пробирался по чащобе с острым шприцем наготове и целой сумкой разных приспособлений.

«Что, ещё чудесной кровушки захотелось? – процедил Кю, который охотился наравне с монстрами и обнаружил Хэтпита одним из первых. – Прямо комар какой. Взять бы да прихлопнуть…»

Вечером Юлиане доложили о результатах операции и повинились, что схватить мальчишку не вышло: больно уж проворен.

– А ещё он, кажется, заметил слежку, – опасливо сообщил монстр с тремя хвостами и витым рогом на голове.

У Юлианы от злости разве что пар из ушей не повалил.

– Я лично найду этого проходимца и набью ему морду! Я знаю столько приёмчиков!

– Тише-тише, – успокаивал её Киприан, дружески похлопывая по плечу. – Не надо никому набивать морду, моя ты хорошая. Лесные твари с ним не справились, и ты не справишься. Если кому и вступать с ним в бой, так это высшим существам.

Он выразительно глянул на эльфа, а тот с некоторым раздражением глянул в ответ. Северный владыка, он же высшее существо, явно не жаждал работать в паре с кем бы то ни было.

Но ради Пелагеи… Чего не сделаешь ради Пелагеи!

Тем же вечером земля возле домика травницы сотряслась: Киприан пустил корни, всполошив обитателей самых глубоких нор. Отрастил необъятный древесный ствол. Украсился золотой кроной, которая с треском и шелестом распростёрлась над лесом, затмив своим сиянием луну и звёзды.

Эта ночь для многих стала незабываемой.

Прежде вековечный клён нечасто достигал столь гигантских размеров. Разве что в экстренных случаях, когда следовало избавиться от могущественного зла. Экстренные случаи можно было пересчитать по пальцам: они имели место раз в десятилетие, а то и реже.