Пелагея, травник и придурь эльфийская

Глава 7. Испорченный поезд, зомби, ужасы

Поезд тронулся с истошным троекратным гудком. Пелагея и Юлиана заказали себе по чашке горячего шоколада, Киприан попросил у проводника стакан воды. А Ли Тэ Ри заявил, что ему ничего не надо, сплёл руки на груди, скрестил вытянутые на проходе ноги и уставился в окно.

Поначалу в окне не происходило ничего необычного. Проносясь мимо, зеленели деревья. Белели облака на голубом небе, искрилось в вышине солнце.

В один миг всё переменилось.

Сочная зелень лип, вязов, берёз вдруг увяла, сморщилась, утратила краски. Поржавели кроны сосен и лапы елей, на небо наползли безнадёжно-серые тучи, а поезд вдруг замедлил ход, заскрипел, застонал, словно умирающий, и обшивка вагонов стала разваливаться на глазах.

– Что за… – пробормотала Юлиана, отпрянув от окна поближе к Пелагее.

– Смотрите, – прошептал Киприан, обернувшись.

На сидениях позади засыпали пассажиры. Они безвольно склоняли головы, заваливались набок, роняли стаканы и журналы с кроссвордами. Разговоры обрывались хрипами, надсадным кашлем, а потом звуки резко стихали.

На одном из сидений, заняв все места, в положении лёжа кто-то корчился и извивался всем телом.

Пелагея глянула на это, и её пробрал озноб.

– Что с ними происходит? – изогнул бровь Ли Тэ Ри. – Сюда пустили какой-то газ?

– Газ, скажешь тоже, – ёжась, отозвалась Юлиана. – Посмотри, что творится снаружи, уважаемый эльф, и ты сразу поймёшь, что мы влипли по-крупному.

– Похоже, мы въехали в какой-то портал, – подала голос дамская сумочка с полки. – Ну, знаете, в другое измерение, где на болотах бродят всякие зомби.

– Почему именно на болотах? – поинтересовался Киприан.

– Потому что болота самые зловещие, – припечатала сумочка.

Ли Тэ Ри перебрался через острые колени Киприана и едва не прилип к несчастному окну. Вдоль путей простирались клочья тумана. Среди клочьев то и дело мелькало жухлое разнотравье, какие-то чёрные смолянистые лужи, пни и голые деревья. Теперь на них не было ни листочка – мёртвые, засохшие листья усеивали землю уродливым ковром.

А поезд всё больше изнашивался и дряхлел. От вагонов отваливались ошмётки обшивки, обнажался дырявый каркас. Сумочка-Кю соскочила с обветшавшей полки прямо Пелагее в руки. Юлиана достала из чемодана шарф и как следует им обвязалась: из-за сквозняков недолго и простыть.

– Не понимаю, – запуталась она. – Почему с нами всё в порядке? Почему никто из нас не дёргается в конвульсиях и не падает замертво?

– Потому что мы, – заявил эльф, – высшие существа.

– Так, ладно. А я?

– А ты ведьма, – обратилась к ней женщина, вошедшая в вагон из тамбура.

С нею было несколько попутчиц, и все они выглядели – как бы так сказать – далеко не опрятными и уж точно не элегантными. Их стиль можно было бы назвать деревенским или даже цыганским – тут пришито, там залатано, лишние бусы не помешают, а причёсываться вообще зачем?

– О, какие люди, – пробормотала Юлиана. – И вы, значит, ведьмы?

– И мы. Только поэтому и уцелели, – чуть ли не хором ответили ей.

– Не знаю, что тут творится и почему всё вдруг изменилось, – сказала первая ведьма. – Но нам не светит явно ничего хорошего.

– Мы разберёмся, в чём дело, – авторитетно пообещал эльф.

Юлиана вздохнула и покачала головой. Разберётся он, как же. Чуяла её селезёнка – разберутся, скорее, с ним.

Поезд тащился по рельсам, как вялая кляча. Пассажиры не то испустили дух, не то находились в глубоком сне. Воздух в вагонах был удушлив, повсюду царили гниль и грязь. И всем, кто сейчас мог соображать и двигаться, хотелось поскорее сойти с этого поезда.

Но когда они наконец сошли на станции города Шигена, окружающий мир их ничуть не порадовал. Природа зачахла. Безобразие оголённых лесов застелили белёсые туманы. Собаки, похожие на скелеты с печальными глазами, доедали какой-то мусор. Донельзя тощие вороны каркали так пронзительно, что хотелось заткнуть уши.

Всё пустое, выцветшее. От такого сердцу становилось неуютно, и в грудь закрадывалась тоска.

– Болота, говоришь? Зомби? – обратилась Пелагея к сумочке, которая мало-помалу меняла очертания и превращалась в подобие человека. – Что ж, очень похоже на то.

– Значит, если бы я не была ведьмой, я бы умерла? – убивалась Юлиана.

– Не волнуйся, я не дал бы тебе умереть ни при каких условиях, – сказал Киприан и приобнял её за плечи.

Но Юлиана вывернулась и топнула ногой.

– Я собираюсь обратно. Пусть поезд отвезёт меня домой!

Она ломанулась в вагон, но не смогла забраться даже на первую ступеньку. Её попросту не пустило.

– И здесь заслоны, – вздохнул Кю, который к тому времени полностью перетёк в человеческий образ.

– Опять мистика? – не поверила Пелагея.

– Этот поезд уже не уедет отсюда, – обречённо сказала главная из группы лохматых «ведьм», которые стояли неподалёку. – Нам придётся выживать.