Пена миров. Переход.

Глава девятая. Опивень

Я шёл быстрым шагом, не особо обращая внимание на местность, так как браслет указывал мне направление. За шесть дней пути мои запасы были на нуле, котомка первородных не вмещала в себя много, а сшить под себя большую сумку за все дни, проведённые с племенем, я не удосужился – смысла не было. После того, как вырезали всё племя, не было желания…

Тогда желания не было, но вот сейчас, когда ничего из запасов еды не осталось, задумался: лук я с собой не взял (просто выбило из головы потрясением потери племени); возвращаться же обратно на плато не было никакого желания. Уйоссс большую часть времени молчал, привыкая к новой для него реальности бытия.

- Скоро выйдем из лесу? - спросил я у браслета.

- Да два дня, как лес из холмистых бугров с редкими деревьями превратился в ровный высокий  лес, растущий «стеной» - значит, скоро, - подал голос браслет.

Когда начало смеркаться, я выбрался из леса и сразу же уткнулся носом в деревню. Большая она или нет - было сложно понять: обзор закрывали дома. Сходу соваться к людям я не стал, вначале проверил своё состояние на предмет, что будет, если я пойду в деревню? Состояние отозвалось сытостью и уютом. Решение не заставило себя долго ждать.

… Под мой неторопливый шаг мимо медленно проплывали дома. Подсказчик в виде Уйоссса кончился, тут и для него была новая неизвестная область, с которой он взаимодействовал только с одной стороны.

Свист ударил по ушам, заставив моё тело вздрогнуть. «Эй, мужик!» - раздалось за спиной. Я обернулся на меня смотрело зрелое, покрытое морщинами лицо, часть которого скрывалась за не длинной бородой. «Иди сюда», - произнесло лицо.

Я подошёл.

- Ты откуда такой?

- Издалека.

- Голодный?

- Голодный.

- Пойдём со мной.

Мы дошли до ограды небольшого дома. Кенар (так звали моего нового знакомого) усадил меня на скамейку перед домом.  - Извини, в дом не пущу, вечером это не принято, сам знаешь.

 Я кивнул, мол, знаю, ставя зарубку в памяти о местных обычаях. Кенар вынес в деревянной  глубокой чашке распаренные ломти непонятно чего. Пахло необычно и … вкусно.

- А что это? - спросил я.

- Не знаешь? - удивился человек, - это же герхи! Да их де хошь тебе подадут. Ты ешь-ешь, - сказал Кенар, протягивая мне ложку, - щас моя вынесет тебе вещи, нечё в этих обносках ходить.

- Благодарю, - ответил я и принялся за еду. Герхи были солёные и вкусные, отдавали пряностями. Я быстро доел плавающие в чашке «герхи» и допил через край.

Кенар, глядя на это, расхохотался.

- Ты что, это ж не пьют!

- Почему? - удивился я.

- Ну как-то не принято…

Во двор вышла женщина (в сумерках её платье сливалось с темнотой), в руках женщина держала вещи.

- Вот, возьми, оденешься, - сказала она мне, подавая вещи через забор.

- Э! - прозвучал громкий возглас, - за калитку выйди.

- Ой! - смутилась женщина, отдёрнула руки, вышла и положила на скамейку охапку вещей.

- Не новое, конечно, но гожее, - комментировал мужчина. – Смотри, что на нём обуто, - засмеялся Кенар. 

- Там на крыше твои старые сапоги стояли, я принесу, - ответила женщина.

В обновках я почувствовал себя хорошо: добротные штаны из грубой, но плотной ткани, также было  подобие носков без пят, сапоги (на вид слегка потрёпанные) были удобными, толстая рубаха закрывала всё туловище до самой шеи.

- Другое дело, хотя нет, без пояса не пойдёт. Ну-ка, принеси мне ремень, а то, что это такое!

Женщина быстро сообразила, о чём шла речь, нырнула в дом и вынесла ремень. Нужной дырки для моей «талии» не оказалось,   пришлось Кенару проделать её.

- Честно сказать, ты меня удивил - обратился я к Кенару.

- Чем?

- Такой добротой.

Мужик хитро прищурился: - Это не доброта, а понимание. Жизнь, она разная бывает. Ты, видимо, совсем не из наших краёв, хоть и говоришь по-нашенски, но другой ты, это видно сразу. Никто из нашего народа не откажет в помощи путнику вечером, но и на порог дома не пустит, хоть и мороз бы был лютый, да хоть замерзай ты насмерть - не пустит, вещи даст, накормит, напоит, но не пустит, покуда правильно это, ты поймёшь, если поживёшь здесь подольше.

- А где можно переночевать?

- В трактире. Я провожу, чтоб не заплутал.

Таверна встретила меня с распростёртыми объятьями: стоило мне только переступить порог, как чей-то голос прогремел на всё большое помещение: «У нас еще один! Давай-давай, заходи, здесь опивня перепивают».

Передо мной нарисовалась интересная картина.  На одном краю большого деревянного стола сидело крайне маленькое существо на специально высоком стуле. Оно было худое, одетое в подобие знакомого всем «официального костюма» (правда, без рубашки). В руках у существа была просто огромная, видимо, глиняная кружка, на добрых пол-литра. По краям стола, на лавках сидели мужики. Некоторые из них уже не поднимали головы со стола, другие были явно трезвы. Напротив существа сидел юноша с едва проступающим пушком на лице. Он-то мне и замахал рукой, мол, давай к столу. За другими столами в трактире никого не было.