Пепел и Дым: Дорога Отчаянных

ЧЕТВЕРТАЯ ГЛАВА Часть первая

Папа мне всегда говорит, что однажды настанет день, когда люди станут добрее. Мы перестанем друг друга убивать. Папа говорит, мы все возьмёмся за руки. «А как же земля папа? Она же умерла!" – вскрикнул я, а папа мне ответил "Когда изменятся люди, земля оживёт и снова вырастет трава. Зацветут цветы, а ветви яблонь буду тянуться к земле под тяжестью сочных его плодов". Мой папа хороший, но грустный. Он иногда плачет ночью, когда я сплю. Я хочу у него спросить, почему он плачет? Ведь мы счастливы вместе, но боюсь..., боюсь, что ему станет стыдно, если он узнает, что я слышал, как он плачет. Папа... папа? Где ты? Папа! Папа, что с тобой? Папа!

Днепров с испугом спрыгнул с матраца, и, падая на второй этаж, схватился не травмированной рукой за железный прут, вдолблённый в стену. Инстинкты курьера дают о себе знать – почувствовав страх, срывается с места, даже во сне. Повиснув на руке, взглянул вниз. Чуть не упал на голову Белого. Тот даже не дёрнулся. Глубокий сон – рискованное удовольствие для курьера – может стоить жизни. Аккуратно вспрыгнул. Белый возмутился через громкий храп и блаженно растянул ногу на соседний пустующий матрац. "Не слишком ли жирно?" подумал Днепров, сравнив свой островок меньше метра в ширину и большой аккуратный пол Белого с двумя матрацами.

Ещё не рассвело. На светлое время суток приходилось всего семь-восемь часов. Во многом благодаря слою плотного грязного воздуха состоящего из радиационных выделений неизвестного характера вперемешку с пеплом и дымом.

Днепров начал разминать плечо. Взглянул вниз. Недалеко стоял Дмитрий, что-то обсуждая с ночным патрульным, поглядывал на него. Через несколько минут Дмитрий направился к мотелю.

– Доброе утро, – произнёс он.

– Доброе, – ответил Днепров.

– Как твое плечо?

– Почти в норме. Вот, – Днепров показывает зеленый прибор. – Вы обронили его, когда спасались. Глаза Дмитрия загорелись. Дмитрий улыбнулся:

– Спасибо. Это очень важная вещь. – Дмитрий повертел прибором. Улыбка сменилась на задумчивость. Дмитрий поморщился, – Вы её открывали?

– Да, – коротко ответил Днепров. – Взламывать и изучать данные мы не решились.

– У тебя есть какие-либо вопросы?

– Нет. Меня это не касается. Я был излишне любопытен, так как увидел подобный прибор впервые, и, поняв, что это такое, я утолил любопытство. Сожалею, что не отдал вам его сразу.

Дмитрий кивнул в ответ.

– Разведываете обстановку? – поинтересовался Днепров, кивнув на патрульных.

– Да. Стараюсь узнать как можно больше о том, как устроен новый мир.

– Мир далеко не новый и не строится он вовсе, – поморщился Днепров, затем сразу отвел взгляд, чтобы не показаться заинтересованным в диалоге.

– Люди – его основа и они сейчас пытаются его выстроить заново, но разными методами. Северяне – агрессивно, а вы – мирно.

– Не могут строить новый мир пуганые люди. Вы видели их. Моральный дух горожан ниже некуда. Если ваша основа сама еле держится на ногах, каким образом они будут строить новый мир?

– Люди должны адаптироваться. Как адаптировались вы. Вы выработали новые качества, – продолжал уверять Дмитрий.

– О каких качествах вы говорите? – с омерзением к самому себе спросил Днепров.

– Тебя часто мучают кошмары?

– Это вас не касается.

– Я видел твою реакцию. Тот прут, за который ты схватился только что, когда падал, торчит там неспроста. Ты его сам туда приделал для таких вот случаев. Ты схватился за него раньше, чем понял, где находишься. Ваша скорость, реакция, выносливость и сила – это адаптация к новому миру.

– Это химия! Все курьеры пьют и едят химию, добавки, чтобы оставаться в форме. Это сродни наркотикам. Нет, это и есть наркотик. Это не адаптация, мы рискуем и умираем чаще других. Там, за стенами, а если не за стенами, так тут отравляя своё тело. Вы не скажете "бросай это дело", потому, что знаете, что нам больше нечем заняться. В нас течёт другая кровь – отравленная курьерская, как бензин, который мы сжигаем, чтобы тело находилось на пределе своих возможностей каждую секунду.

– А что если я могу дать тебе возможность, использовать твои умения во благо будущего? – Дмитрий сделал шаг ближе и бросил испытующий взгляд на зайца.

Днепров бросил ответный взгляд, пытаясь понять, о чём именно тот говорит. Голова слегка пошла в бок, словно пытаясь разглядеть собеседника под другим ракурсом и понять его. Дмитрий продолжил:

– Мне нужно доставить кое-что кое-куда. Я собираю группу. Ты получишь немало денег по возвращению. Прямо с рук полковника. Ради этого задания он снимет с тебя запрет, – прояснил Дмитрий. – Но только ты. Полковник Головин объяснил мне, что этот путь куда опасней чем всё то, что представляет опасность на территории бывшей Москвы. Мне очень нужна помощь вас обоих, но Белый, – Дмитрий покачал головой, – слишком молод. Учитывая, сколько сил ты вложил в его обучение... – осёкся, выдержал паузу, – Он рассказал о твоих планах на его будущее и это достойно уважения. Он не знает, что я передумал его брать.

– Я жив, только благодаря нашей парной работе.

– Я знаю и понимаю, но в этот раз ты нужен мне для другого, не как курьер, а как разведчик. Группа наёмников доставит меня и Вику туда. Ваше вознаграждение будет ждать вас по возвращению в военной части.

– Вы действительно надеетесь, что я дам согласие, даже не зная, куда вам предстоит идти?

Дмитрий промолчал. Задумался. Днепров кивнул несколько раз – « я тоже так думаю». Больше нельзя хранить этот секрет. Дмитрий сказал: