Пепел И Любовь. Ещё один шанс

XIX

Кирилл помог Полине выйти из автомобиля, жестом показывая Лёне, чтобы тот не мешал. Парень естественно всё понял, и додумал немного от себя. Ему нравилось, что его друг стал ближе с Полиной. В отличии от Златы она вызывала у Леонида больше доверия.

Открыв багажник, Кирилл достал упакованную картину, и передал её Полине. Девушка до сих пор поверить не могла, что такой экспонат достался именно ей. Она не считала верным решением забрать её себе. Полина сомневалась, боялась, что Романов посчитает её меркантильной.

— Может, ты всё-таки оставишь картину себе? — В который уже раз спросила Полина.

— Если она не нужна тебе, значит, я выброшу её, — он говорил спокойно, но чувствовалась в тоне Романова угроза. Игра в благовоспитанную даму его начинала порядком злить. Если он хочет отдать вещь кому-то, себе точно не оставит.

— Ладно, не надо, я поняла, — буквально выхватила девушка картину из рук парня. — Умеешь убеждать.

— Спасибо за оказанную помощь сегодня. — Не смотря ей в глаза, поблагодарил Кирилл, — и за вечер в принципе.

С этими словами он и оставил Полину одну. Ей оставалось наблюдать, как машина удаляется в темноту. Взглянув на картину, она улыбнулась своим каким-то мыслям и пошла домой. На улице становилось довольно прохладно. Потерянная в своих мечтах Поля не заметила тень, что следила за ней и её спутником.

Оказавшись в квартире, Полина коснулась своего запястья, а следом и шеи. Она совершенно забыла вернуть украшения. Звонить и просить Романова вернуться, не стала, подумает еще, что девушка пытается так привлечь к себе внимание. Нет, она решила, вернёт дорогие вещи завтра. Как и каким способом, пока не придумала.

Оставив картину на полу в прихожей, Полина отправилась переодеваться, принимать душ и наконец-то отдыхать. Ноги гудели от узких туфель, голова от шума и выпитого шампанского, а душа от одиночества. Последнее было больнее всего. Она не могла прекратить думать о Кирилле. О тех людях, которые относятся к нему не правильно, не так как должны.

Из головы не вылезали мысли о том мужчине, как его там, Макаре Крамском. Он выглядел угрожающе, от него исходила аура обиженного человека, и порой жестокого. Что же такого сделал Кирилл, чтобы так его разозлить? На волнующий вопрос Полина не могла найти правильного ответа. Да и её ли это дело? Нет. Она Романову никто, так случайная знакомая не больше. Он холодный человек, не желающий подпускать к себе других людей. Что говорить о Полине, когда даже его друг Лёня толком не знает его.

Переворачиваясь с боку на бок, Полина прокручивала всё это, и голова её казалось, взорвётся от невозможности найти ответы. Впервые в жизни она пожелала бы забыть всё, что связывало её с одним единственным конкретным человеком — Кириллом Романовым. Сколько провертелась в постели, Полина не знала, но когда сон всё же возобладал над ней, Романов и там не оставлял девушку.

Ей снилось, как она целует парня, и считает полностью своим. Во сне губы не прекращали ласкать его, он же выглядел как всегда отстранённым, но позволял ей любить себя. Однако продлилось такое не долго, он сорвался с места, и уставился куда-то в темному, откуда виднелись золотые длинные волосы девушки. Лица её Полина не смогла разглядеть. Девушка внезапно появилась позади самой Поли и воткнула ей нож в спину в буквальном смысле. Кирилл подбежал к ней звал, умолял остаться и обещал стать лучше, чем есть, но веки девушки тяжелели, а потом и вовсе закрылись. Зато открылись в реальном мире.

Сердце колотилось как ненормальное, желало вырваться из грудной клетки как запертая птица, живущая до этого на воле. Дыхание так же было затруднённым, воздуха катастрофически не хватало. На трясущихся ногах Полина подошла к окну и распахнула его, впуская свежий аромат ночи. Она протёрла испарину, появившуюся на лбу во сне, и теперь угрожающую скатиться по виску вниз к щеке.

Вздохнув полной грудью, Полина почувствовала облегчение. Тревога постепенно уходила в небытие, а тело превращалось из ватного обратно в нормальное. Прикосновения Кирилла во сне были настолько правдоподобными, что она ощущала их на себе даже когда проснулась.

— Хватит преследовать меня, хватит, хватит! — выкрикнула девушка в окно. Голос её разлетелся на весь двор, и благо никто не проснулся и не высунулся на балкон, чтобы проклясть Полину самыми жуткими словами.

На следующий день Полина не смогла пойти к Кириллу или позвонить. Сон маячил у неё перед глазами, и стыд закрывал пеленой глаза. Зато картину она повесила у себя в комнате и не могла налюбоваться красотой «луны на маковом поле». Подобное искусство всегда пробуждало в Полине желание сделать что-то самой. Девушка взялась за карандаши и нарисовала двор за окном. Вышло немного не похоже, но ей всё равно понравилось, будет лежать в её личной коллекции рисунков в папке с файлами.

В понедельник как хорошая девочка, Полина посетила университет. Прогуливала она крайне редко, можно сказать вовсе не занималась таким делом, но порой Злата умела уговаривать не хуже Романова. В отличии от Полины, подруга её частенько баловалась прогулами и совсем не испытывала чувство вины, либо же отлично умела скрывать его. В этот раз она тоже не отличилась хорошим поведением примерной студентки и осталась дома. Полина, оказавшись в аудитории и отсидев первую пару, набрала Злату, на что та буркнула «ты меня разбудила, сколько времени?», времени на тот момент было уже достаточно, чтобы совершать звонки.