Пепел И Любовь. Ещё один шанс

XIII

Он долго не решался войти. Ходил туда-сюда, размышлял, как она отнесётся к незваному гостю. Скорее всего, с недовольством и пренебрежением. Но куда податься одинокому человеку, только к такому же познавшему одиночество. Пусть Ярослав и жив, но он пренебрёг их братской дружбой, повёлся на гадкие слова Макара Крамского. Кулаки парня сжались, как только он подумал о человеке, с которым их случайно связала судьба. Лучше бы он никогда не ездил за проклятым Игорем, и не приказывал одному из парней разобраться с дочерью Крамского. Пусть отец его наказал, но сейчас не появилось бы раздора между ним и Ярославом.

Впервые за несколько лет эмоции накрыли Кирилла с головой. Он не мог справиться с ними. Слишком долгое сокрытие их, привело к взрыву вулкана в душе, сердце и голове. Парню даже пришла безумная мысль, что разнести чеперушку не такая ужасная идея. Спасибо за постоянные напоминая Дензи.

Прочистив горло, он решился, раз уж волею судьбы оказался здесь, надо пользоваться. В подъезд как раз входил какой-то старикашка, и Кирилл ловко проник следом. Дед видимо слеповат и глуховат, ведь не стал приставать к нему, обычно пенсионеры дотошные.

Оказавшись напротив знакомой двери, он снова замер. Что за идиотская нерешительность? Когда он таким был в последний раз, в тринадцать лет? Чего стоит позвонить и поговорить с Полиной, ну либо же получить от неё тумаков и уйти печалиться в другое место? Всего один клик отделяет его от гнева или умеренной радости. Рука только потянулась к звонку, как позади появилась женщина лет пятидесяти. Она шла с собачкой в свою квартиру напротив. Видимо после пробежки, так как на ней красовался милый розовый спортивный костюмчик. И Кирилл проигнорировал её, если бы она сама первая не начала диалог.

— Добрый вечер, — заголосила соседка Полины.

Кирилл и не заметил, как на улице стемнело. Видно слишком ушёл в себя, и не обращал внимания на такие мелочи.

Он коротко кивнул. Разговаривать с чужими соседями ему совсем не улыбалось. И чего им только всем надо? Лезут постоянно в чужие дела и радуются чему-то.

— Вы к Полинке? — не отставала она, и приблизилась к парню.

— К ней.

— У неё такое горе, бедная девочка, я так беспокоились за Полю, когда она потеряла отца. Трагичное недоразумение.

— Вы правы. Случайно не знаете, она дома? — зачем-то полюбопытствовал Кирилл.

— Дома-дома, она вернулась ещё днём, я видела её. А вы молодой человек кем приходитесь Полине? — с подозрением прищурилась женщина.

— Другом, — пожал он плечами. Откуда ему знать, кем он ей приходится? Они о таком не говорили.

— Раз друг, то мешать не стану, хорошего вечера. Передавайте Полине «привет», — распрощалась леди, и открыв свою квартиру ключом, испарилась.

— Вам надо вы и передавайте, — не был настроен на вежливость Романов, и лишь бросил на дверь жалобный взгляд.

Помутнение рассудка под названием «страх как неуверенность в себе» улетучилось, и Кирилл смело нажал на кнопку звонка. Чего теперь тянуть?

Долго ждать Полину не пришлось, девушка, словно пробегала мимо входной двери, и услышав звон подошла к ней, настолько она распахнулась быстро.

— Опять ты? — «поприветствовала» она его не самым приятным образом. — Я попросила больше не пересекаться. Зачем здесь?

— Само как-то занесло, может, поговорим? — осторожно попытался он начать хлипкое общение.

— Ну конечно, само, не рассказывай мне сказок Кирилл. Уходи, прошу, — попросила она, со страдальческими интонациями в голосе, — у меня Злата в гостях. Не надо вам видеться. Да и нам с тобой тоже.

Кирилл не поверил. Почему? Да как-то сразу понял, что она врёт. Полина слабый мошенник, её раскусить и минуты хватит. Это в ней и цепляло Романова, она настоящая, ни капли фальши. Не пыталась понравиться ему, не манипулировала, наоборот избегала всеми возможными способами, но отчего-то судьба решила всё за неё и специально сталкивала их.

— Ты должна меня выслушать, а иначе… У меня нет сил выдумывать «что иначе», просто прошу не оставляй меня одного, — эмоции медленно начинали подкрадываться вновь. Кирилл обрадовался, когда они спрятались, а сейчас им снова захотелось пролиться ливнем прямо ему на голову, а может и на сердце.

Полина застыла как статуя, разглядывая парня. Ею явно возобладало смущение, она не понимала, как поступить, и подсказать было некому. Он видел в её глазах ответ «да конечно, я не оставлю», но чувствовал что вслух она скажет совсем другое, то что ему наверняка не понравится.

— Полина у меня был паршивый день, возможно, самый паршивый из всех мною прожитых. Я остался совсем один. Нет, — одёрнул он себя, — на самом деле я почти всегда был один, но сегодня вдруг остро это почувствовал. И мне больше некуда пойти кроме как к тебе. Ты ведь понимаешь меня лучше всех. Так необычно. И приятно.

Полина задумалась, в ней боролись две стороны: одна умоляла наплевать на всё то, что девушка наговорила сутки назад, а вторая стояла на своём и запрещала подпускать Романова ближе, чем на километр.

— Хорошо, я выслушаю тебя, но давай выйдем на улицу? Я хочу подышать свежим воздухом, — зачем-то начала объяснять Поля, прихватив с тумбы кардиган, накинула себе на плечи, и первая подошла к лифту, захлопнув за собой дверь квартиры.