Пепел и звезды

ГЛАВА 3. Билет в первый класс.

Настя застыла у кованых ворот института, не в силах сделать шаг впе-рёд. Воздух здесь пах иначе: свежескошенной травой, влажной землёй после утреннего полива и едва уловимой нотой цветущих деревьев.
Белокаменные колонны стояли ровно и спокойно, отбрасывая длинные тени на мраморную лестницу. Перила, гладкие и прохладные на вид, мягко изгиба-лись вдоль ступеней. Вдали, за живой изгородью, поблёскивали фонтаны — вода стекала по камням, создавая мягкий, успокаивающий ритм. Газоны были не просто подстрижены, а выглядели как аккуратно расчёсанный ковёр, ров-ный и упругий. Клумбы вдоль дорожек складывались в плавные орнаменты: фиолетовые мускари, белые нарциссы и тёмно зелёные самшиты
Её привёз водитель на чёрном «Мерседесе» — как и многих других, что не стало ни для кого удивлением. Ещё вчера Настя не могла представить себя в такой ситуации: она привыкла добираться до школы на разбитом автобусе, где вечно не работали кондиционеры, а сиденья прожжены чьими то сигаре-тами. А тут — личный шофёр, который учтиво открыл перед ней дверь и по-желал удачи с такой невозмутимой вежливостью, будто это в порядке вещей.
Она оправила края рубашки, выглядывающей из под серой жилетки с эмблемой университета. На ногах — туфли на небольшом каблуке, в руках — сумка. Всё непривычно, дорого, слишком для неё. Настя провела рукой по подолу юбки, словно проверяя, не сон ли это. Ткань под пальцами казалась нереальной — гладкой, шелковистой, совсем не похожей на те практичные вещи, к которым привыкла.
Вокруг кипела жизнь: студенты смеялись, обнимались, готовились к за-нятиям, непринуждённо обсуждали планы на вечер. Девушки в кашемировых пальто и с идеальными укладками, парни в брендовых рубашках и часах, ко-торые, наверное, стоили втрое больше, чем квартирка, где они с мамой юти-лись последние несколько лет. У некоторых ребят свои личные машины и не абы какие — Настя невольно бросила взгляд на парковку: там стояла «Лам-боргини», настоящая, блестящая на солнце, будто сошедшая с обложки жур-нала.
Каждый шаг давался с трудом — Настя боялась, что вот вот споткнёт-ся, уронит тетрадки или неловко повернётся, и тогда все сразу поймут: она здесь чужая. Но никто не смотрел на неё с подозрением. Никто не тыкал пальцем, не шептал за спиной. Студенты проходили мимо, занятые своими делами.
Никто не знал, что еще вчера ходила в юбке сшитой своими руками, донашивала туфли, доставшиеся от тёти, а сумка — подарок соседки по лест-ничной площадке. В этом мире статус определялся внешним видом, и сейчас Настя ему соответствовала. От этой мысли стало ещё неуютнее: будто играла чужую роль, притворялась той, кем не была.
«Когда все вскроется, — с тревогой подумала Настя. — Скажут: „Эй, ты что тут делаешь? Нищета не должна соваться в такие места!“»
Она сделала глубокий вдох и направилась к главному входу, когда про-звенел первый звонок. Настя растерянно огляделась, не зная, куда идти, как вдруг услышала:
— Насть! Настя!
К ней, размахивая руками и чуть не спотыкаясь на высоких шпильках, бежала девушка в ярко розовом пальто и с объёмной причёской. Алиса — двоюродная сестра, племянница отца. Безобидная, добрая, милая, но с голо-вой, набитой пузырьками вместо мыслей, — типичная «ТП», как недобрым шёпотом называли таких в школе.
— Зай, ну наконец то! — затараторила Алиса, хватая Настю за руки и кружа её на месте. — Я тебя уже полчаса жду! Ты такая красивая! Это из но-вой коллекции? О о о, я видела похожее в одном бутике Милана, там ценник был… — она округлила глаза и шёпотом назвала сумму, от которой у Насти перехватило дыхание.
От искреннего восторга Алисы стало чуть легче.
— Спасибо, — тихо сказала Настя. — Не подскажешь куда мне идти? Я что-то совсем разволновалась.
— Не переживай, сегодня все опаздывают, — отмахнулась Алиса. — Главное, что ты выглядишь на миллион! Пошли, я покажу, где твоя аудито-рия. Моя как раз рядом.
Алиса щебетала без умолку, ведя Настю по мраморным коридорам с высокими потолками, украшенными лепниной. Настя восторженно оглядыва-лась по сторонам: портреты выдающихся выпускников, стенды с достижени-ями, внутренний сад с редкими растениями и главное кофейня.
— Вот она! — Алиса показала пальцем на дверь в конце коридора. — Готова?
Настя ещё раз поправила жилетку, глубоко вздохнула и кивнула:
— Да. Готова.
Настя распрощалась с Алисой и подошла к аудитории, потянув на себя тяжёлую дубовую дверь — та оказалась заперта. Она нахмурилась, сверилась с расписанием на телефоне: нет, всё верно, первая пара должна была начаться пять минут назад.
— Препод всех отпустил, — раздался за спиной низкий мужской голос. — Просто раздал доклады на следующий семинар и велел готовиться.
Настя вздрогнула и обернулась. На широком подоконнике, небрежно закинув ногу на ногу, сидел парень — и сперва даже не узнала его.
Белоснежные уложенные волосы аккуратно спадали на лоб, рубашка безупречного кроя с чуть расстёгнутой верхней пуговицей подчёркивала ли-нию шеи, брюки сидели идеально — ни единой складки, а на запястье поблёс-кивали дорогие часы. Это был Север Сибирцев от которого, остались лишь едва знакомые черты лица, и эта его небрежная, чуть высокомерная улыбка.
После Нового года, Настя старательно избегала его в школе, отводя взгляд каждый раз, когда проходил мимо и трусливо сбегала, когда пытался подойти. Перестала читать сообщения — сначала с болью, потом с ожесточе-нием, а затем просто потому, что так было легче, а потом вовсе удалила стра-ницу. И больше не видела Севера — до этого самого момента.
В новом учебном году, обсуждая выпускников, услышала, что отец Се-вера, и без того богатый бизнесмен, разбогател до неприличия: купил новый завод, вложился в недвижимость, открыл сеть ресторанов. И, разумеется, за-сунул сынишку в самый престижный институт города.
Настя почувствовала, как внутри всё сжалось, когда Север поднял глаза. Хотела поздороваться, но слова застряли в горле. Она обомлела, а он сделал это первым:
— Ты первый день, что ли? — спросил Север спокойно, без тени узна-вания.
«Он меня не узнал», — пронеслось в голове Насти. Столько лет она хранила в памяти его слова, его взгляд, его голос — пряталась от зеркал, из-бегала людных мест, ненавидела себя. А теперь… теперь он смотрит на неё так, будто она его зацепила. Внешне. Не как человек — как картинка.
Настя сглотнула, стараясь говорить ровно, но голос всё равно чуть дрогнул:
— Да, перевелась после первой сессии. Первый день.
Север слегка наклонил голову, разглядывая с заинтересованным прищу-ром. В его глазах мелькнуло что то неуловимое — будто искра узнавания, тут же погасшая. Настя невольно выпрямилась, поправила прядь волос, чув-ствуя, как учащается пульс.
— И откуда?
— Из академии искусств, — коротко ответила Настя, не желая раскры-вать больше.
Север слегка приподнял бровь, будто ожидал чего то более впечатля-ющего. Но вместо пренебрежения во взгляде мелькнуло… любопытство. Он растерянно уставился на Настю, смерив взглядом сверху вниз — пытался вспомнить, где встречал это очаровательное создание раньше.
— Мы теперь одногруппники? — осторожно спросила она, стараясь скрыть дрожь в голосе: а вдруг вспомнит? А вдруг всем расскажет, что при-творяюсь одной из них?
— Нет, — усмехнулся Север. — Я просто жду свою пару, она будет только через час. Перепутал расписание.
Он помолчал, потом неожиданно предложил:
— Хочешь сходить за кофе? Проведу экскурсию.
«А вдруг это снова шутка? Вдруг он просто развлекается?»
— Нет, спасибо, — Настя покачала головой, стараясь говорить твёрдо, хотя голос чуть не сорвался. — У меня ещё дела в… м… деканате.
— Что, я настолько не понравился? — в его голосе прозвучала лёгкая усмешка, почти игра. Север слегка наклонился вперёд, и Настя уловила тон-кий аромат его парфюма — свежий, древесный, такой знакомый и чужой од-новременно.
Она замерла, не зная, что ответить.
— Просто не хочу мешать, — она отступила на шаг, чувствуя, как горят щёки. — Удачи с парой.
Развернувшись, Настя пошла прочь по коридору, стараясь идти ровно и не оглядываться. Но каждый шаг давался с трудом — хотелось обернуться, увидеть, смотрит ли ей вслед.
«Он не узнал меня, — повторяла она про себя. — Для него я просто но-венькая. Красивая картинка. И если бы вспомнил, что я — та самая Настя, то так не смотрел».
За поворотом остановилась, прислонилась к стене и закрыла глаза. Рос-кошь института, блеск мраморных полов, дорогие костюмы студентов — всё это было чужим и ненастоящим и ей предстояло научиться жить в этом мире — не оглядываясь на тени прошлого. Настя глубоко вздохнула, расправила плечи и направилась к лестнице.