Пепел Серебряной Короны

Глава 50: Ожидание у Логова и Отверженные

До самого вечера мы прочесывали местность в поисках чертового рудника. Лидер решил заночевать прямо перед входом, оборудовав на скорую руку лагерь. Он выставил троих часовых, и остальные принялись отдыхать. Я сделала себе спальное место поодаль, в десятке метров от общего костра. Разведя свой собственный костерок, я достала хлеб с колбасой, насадила их на заостренную палку и, поджав ноги, принялась ждать, пока они зажарятся.

Наблюдая за отрядом, я заметила, как один из бойцов отделился от общего костра и направился ко мне. Это был парнишка лет двадцати пяти. Выставив руки вперед, он с опаской улыбнулся:

— Эй, подруга, ты это… давай не ешь меня и не жги, ладно?

— А что, я такая страшная?

— Да нет… просто… поспать хочется спокойно… Слушай…

— Ты мельтешишь. Или мне вести себя более сдержанно и дать тебе договорить? Боишься – не начинай, а коли смелый – так говори. Не маленькие ведь.

— Да… просто хотел, — он опустился на землю напротив моего костра. — Поболтать, красотка. Что скажешь о нашем отряде сорвиголов?

— Кхм, вот тебе мой аристократический ответ: по моему субъективному мнению, опираясь на личные теории и мое видение ситуации, я могу составить… — видя, как его глаза округляются, я прервалась. — Короче, у вашего отряда специфичное снаряжение для данных условий.

— Эээ… кажется, я уже потерял нить…

— Ха-ха-ха! У вас есть шанс, но вы скорее действуете поодиночке. Нет унификации. Шанс есть, но, судя по вашим словам, вернуться домой смогут в лучшем случае половина отряда.

Он посмотрел мне в глаза, затем опустил взгляд на мой костер. В его зеленых глазах отражалось пляшущее пламя. Долго молча глядев на огонь, он неторопливо достал бурдюк и сыр. Поев, он развернул свой мешок и сухо произнес:

— Увидимся утром, сестра.

Он отвернулся ко мне спиной. На что он рассчитывает? Я дожарила свою колбасу, съела её и, отпив глоток, проверила меч, улеглась спать.

Проснувшись на рассвете, я обнаружила, что парня след простыл. Следы вели в сторону лагеря наемников. Они уже снаряжались. Собрав свои вещи, я присоединилась к экспедиции, двигаясь в арьергарде.

Запах плесени, гари и металла ударил в нос, как только мы приблизились к руднику. Мы углублялись всё дальше, не встречая сопротивления. В отряде шептались о каких-то “кобольдах”, но я не стала вникать в их мысли, сосредотачиваясь на себе — я не связана контрактом и могу сбежать в любой момент.

Вскоре нам пришлось пригнуться, двигаясь по узкому и низкому туннелю, чуть ли не ползком. Рюкзак цеплялся за стены, но скидывать его не хотелось. И тут…

Мы вышли в огромную пещеру. Свет факелов поглощался мраком, не достигая свода. Было паршивое, давящее ощущение. Мы рассредоточились и наткнулись на руины. Гномы узнали камень: работа “высшей расы” гномов.

И тут раздался крик. Факел упал и покатился. Повернувшись, мы увидели, как какое-то существо волокло тело во тьму. Меня охватил ужас, липкий и парализующий. Я положила руку на рукоять меча и стала пятиться к выходу. Крик сменился хлюпаньем, стонами, а затем — тишиной.

Из теней выступили они.

— Отверженные!.. К-к-к бою! — заорал кто-то из наёмников.

Бесформенные массы из плоти и красных кристаллов. На уровне живота зияла черная бездна. Запах гнили и гари заполнил воздух. В сознании всплывали обрывки чужих мыслей: “Убить… сожрать… живьем матке…”.

Я увидела, как боец впереди, обезумев, бросился в атаку. Первый же удар Отверженного разорвал кольца кольчуги. Эльф захрипел кровью и рухнул. Меня охватила паника, но инстинкт выживания требовал действия. Я отбросила страх, сбросила рюкзак и плащ, взяла щит в руки.

Первый удар пришелся по щиту. Дерево треснуло. Это меня отрезвило. Я стала мыслить рациональнее, уклоняясь и двигаясь между этими медленными, но сильными существами. “Бей в кристаллы!” — раздался слабый зов в голове, который я восприняла как ментальную подсказку.

Уклоняясь, я методично била огнем из руки в светящиеся кристаллы на телах тварей. Одно существо вспыхнуло и рухнуло. Я отбросила бесполезный, треснувший щит. Придя в себя, я рванулась вперед, держа меч и концентрируя огонь. Я сфокусировалась на светящейся слизи, похожей на сердце, которая оголялась после взрыва кристалла.

Один из Отверженных достал из своей бездны на животе нечто, напоминающее кость-меч. Я увернулась, схватила камень и швырнула его в светящееся сердце. Тварь рухнула замертво.

В голове звенело от ментального напряжения. Их осталось восемь. Я продолжала свои хаотичные танцы, пока вокруг не воцарилась тишина. Вся в крови, я огляделась. В живых никого не осталось.

Я подошла к поверженному телу. Сердце существа — большая, тонкая субстанция, окруженная кристаллами. Я порезала палец о кристалл, и боль была странной, не такой, как обычная. Любопытство пересилило страх.

Рванув к своим вещам, я убедилась, что плащ и сумка целы. Перевязав палец, я вернулась к телу. Очистив кристалл от плоти, я обернула его в ткань и положила в сумку.

“Ага, интересно, что это такое…”

В воздухе витал тошнотворный запах. Я проткнула оставшуюся плоть мечом, уперевшись во что-то твердое. И тут я услышала новый, низкий рев, и стены задрожали. Голова раскалывалась.

“Бежать!”

Быстро собрав снаряжение, я закинула щит на спину и побежала к выходу. Я мчалась прочь оттуда, понимая, что этот бой был только началом.