Пепел Серебряной Короны

Глава 86: Вести из таверны

Открыв глаза, я попыталась сообразить, который час. Луч солнца, пробившийся сквозь щель в ставне, упал на пол — уже середина дня.

Встала, отложила книгу на тумбочку. Разминая затекшую шею, принялась собираться: накинула стёганку, натянула сапоги, повесила на пояс ножны. Проверила ремни на щите, поставила его у двери. Достала кошель, что выдал мне вчера Кайзен, и принялась пересчитывать содержимое: три золотых, пятьдесят один серебряный, двадцать восемь медяков. Переложила серебро и медь в свой кошелёк, а кошель с золотом упрятала в самый глубокий карман куртки.

Взяв щит, вышла в зал. Сегодня в «Харчевне» в основном горожане… и беженцы?

Уселась у стойки, подозвала трактирщика:

— Завтрак, как и договаривались.

— Так ты его проспала, — усмехнулся он, но, заметив мой взгляд, поперхнулся. — Кхм… кхм…

Подозвал девчонку, что‑то шепнул ей. Вскоре передо мной появились тарелки: суп, пшённая похлёбка с тушёной капустой. Трактирщик выхватил из‑под стойки кружку, налил в неё чего‑то и протянул мне. Я кивнула, принялась есть — и слушать.

— Слышал, принц с войском проходят земли Лагрина? Говорят, движутся на юг, — раздался голос слева.
— Ясное дело, на юг. Видел, сколько грязных южан в нашем чистом городе? — отозвался собеседник.

Сзади кто‑то возмутился:
— Это мы грязные?! Мы такие же, как и вы! На нас напали, выгнали из домов, мы бежали, бросив всё!

Я бросила взгляд назад: паренёк кричал это, сжав кулаки. Вернулась к похлёбке.
— Да угомонись ты.
— Нет, уж начал — говори!
— Успокоился! — прорычал кто‑то сзади, и раздался удар.

Не выпуская ложку, я проверила — никто не смотрит в мою сторону. Пока всё чисто. Закончила с супом, приступила к похлёбке.

Гул голосов то затихал, то снова усиливался.

— А что за чудища хоть? — спросил кто‑то.
— Говорят, полчища идёт. Даже наш местный лорд боится их. По слухам, даже в городе ходят эти… отверженные. Или как их там называли? Беженцы? А чёрт с ними… Ик! Давай выпьем?
— Давай.

Пару чоков, кашель с другой стороны.

— Снова мы потеряли двоих в борьбе с этими… Что это за существа такие? Вроде на гномов не похоже, а такие же маленькие, уродливые и сильные?
— Чёрт их знает, брат.
— Да вот чёрт их и знает, что это такое… Вроде и живые, и нет одновременно. Ты же помнишь, как это существо использовало собственные кости как оружие? Помнишь, как они убили Кая? Помнишь?
— Да, помню, брат, помню… Страшные существа. Сталь не берёт.
— Берёт… Только очень устаёшь.
— Если бы мы знали, что огонь поможет, раньше.
— Ты видел толстых? Такое омерзение, что им и на огонь посрать, ей‑богу.
— Эх… помянем, брат.

Снова стук кружек.

Пронизывающий кашель заставил меня обернуться. В углу сидела группа… не беженцев — жрецов. Одна, прислонив руки к лицу, тихо плакала. Другая кашляла. Третья хлебала что‑то; на поясе у неё висели травы, нож и кожаный мешочек. Оттянутые предметы отдалённо напоминали пестик и ступу. На головах — повязки с красным крестом. Я знала, что это значит: добровольцы, обязавшиеся использовать магию во благо там, где это нужно. Они оказываются там, где обычно идут битвы.

Доев, допила остатки и подозвала трактирщика:
— Четыре кружки эля.
— Десять медяков.

Кинула ему деньги. Он тут же наполнил кружки и протянул мне. Взяла их, направилась к жрецам.

Подойдя ближе, ко мне повернулась та, что сидела слева: кареглазая, с чёрным волосом, выбивающимся из‑под повязки.
— Мы ничего не заказывали.
— А я и не прошу денег. Лучше скажите, куда путь держите, жрецы.
— Дева меча…
— Считай как хочешь.

Подвинула стул, села за стол, поставила кружки.
— Ну так что, подруги? Куда? Может, и мне туда нужно?
— Мы не одобряем твои действия, но… Мы опережаем армию принца на пару дней. Движемся…
— Молчи, Рэя!
— Да ладно тебе. Пусть идёт. Для неё всегда там, где кровь, интересно… В земли «Пустошь Тирры». Древняя земля. Там почти никто не живёт — кроме чудищ и ведьм с диких земель. Но оттуда пошло древнее проклятие, что когда‑то просачивалось в этот мир. Мы движемся туда: принцу понадобится помощь с ранеными. Нас послал орден.
— Ага… Спасибо. Просто я тоже туда через два дня направляюсь — вместе с отрядом Златограни.
— Это хорошо. Чем больше людей, тем больше шансов остановить эту напасть. Жаль, что многих потеряем… Но на то милость Андрасте.

Она взяла амулет в руки, сжала его. Остальные посмотрели на неё и кивнули, продолжая есть и отпивать.

«Я узнала достаточно».

Встала, направилась к выходу. Вышла, проверила лошадь, запрягла. Подумала: кто мешает мне молиться, даже по‑своему?

Накинула попону, седло, отвязала её, вывела наружу. Предупредила конюха, что вернусь сегодня и место пусть оставит за мной.

Выйдя за территорию дворика, подтянулась за луку, засунула ноги в стремена, уселась и щёлкнула поводьями, ведя лошадь по городу.