Пепел Серебряной Короны

Глава 164: Коридор смерти

Следующие недели тянулись как вечность. До нас доходили вести: осада началась, идут жестокие битвы, одна крепость падает за другой. Через неделю‑две враг будет здесь.

Я вышла из своего кабинета. Король Лиам уже прибыл — он был рядом с воинами, и я решила последовать его примеру. Я чувствовала: мне понадобятся силы. Я знала, что будет нелегко.

Направляясь к лагерю гномов, я шла по улицам эвакуированного города. Здесь остались только припасы и воины — гражданских уже не было. Ни торговцев, ни женщин с вёдрами, ни мальчишек, гоняющих голубей. Лишь сухие команды, шаги патрулей, скрип телег интендантов. Тишина, пропитанная напряжением.

За воротами, на холме у реки, расположился лагерь Легиона Мёртвых. Ветераны войн, упрямые, суровые — они всё же отозвались на зов.

Подойдя к одному из костров, где сидели командиры, я остановилась. Гномы заметили меня, поднялись, отложили оружие — щиты, секиры, копья глухо стукнули о землю. Они смотрели на меня — без враждебности, но и без приветливости.

— Что, командир… Пришла проведать старых воинов? — хрипло спросил один, с густой чёрной бородой.

— Не совсем, — я шагнула ближе. — Я пришла просить.

Один из гномов — со шрамом на глазу и выцветшим, почти белым глазом — поднял голову:

— Что такое? Страшно?

— Не об этом, — я покачала головой. — Я знаю, что вас «списали». Знаю, что вы уже мертвы для своих потомков. Но… Я хочу, чтобы, когда всё начнётся, весь Легион встал перед воротами города.

— Для каких целей, комендант? — перебил другой. — Здесь же вроде этот… дылда командует, как его… Король людей.

— Лиам, верно. Но это нужно мне. Я хочу, чтобы вы создали коридор смерти.

Гномы переглянулись. Доспехи заскрипели, послышался гул голосов. Кто‑то хмыкнул, кто‑то почесал бороду.

— Как ты это видишь? — спросил шрамированный.

— Их будет больше сотни. Шепчущий — моя цель, я знаю это. Но чтобы выполнить то, что должна, мне нужно дотянуться до его глотки. А для этого придётся пройти сквозь лавину отверженных.

— Значит, мы гарантированно умрём? — прямо спросил бородатый.

— Да, — я не стала лгать. — Но вы умрёте, как полагается воинам — с честью. Держа оружие в руках. Скальды будут петь ваши имена. Вы… остановите Мор.

— Ха‑ха… Имена, — гном со шрамом рассмеялся хрипло, почти беззлобно. — Глупышка, комендант. Глупышка ты. Наших имён нет. Осталось только имя «Мёртвый Легион» — и всё. Но для нас и есть цель: убить как можно больше и умереть. Это наш конец. Ха‑ха!

Несколько гномов подхватили смех — жёсткий, каркающий, но в нём не было отчаяния. Кто‑то хлопнул соседа по плечу, кто‑то поднял кружку с элем.

Я обвела взглядом остальных: кто‑то был напряжён, кто‑то задумчиво теребил рукоять секиры, кто‑то смотрел вдаль, будто уже видел грядущую битву.

Шрамированный гном встал, выпрямился во весь рост — ниже меня на полголовы, но шире в плечах вдвое.

— Девочка, запомни: мы не дрогнем. Не надо нас умолять. Мы прочистим тебе путь, пока будет жив последний легионер. А теперь… Ступай в крепость. Мне нужно сказать это своим братьям и сёстрам. Да очистятся имена наших предков.
Шрамированный гном поднял кружку:
— За тех, кто был до нас. За тех, кто будет после.
Он сделал глоток и протянул мне. Я взяла кружку, пригубила тёмный эль. Вкус был горьким, как наша правда.

Я отпила,кивнула и повернулась, чтобы идти.

Возвращаясь в город, я шла между палатками ополченцев, королевской гвардии, «красных гвардейцев», пехоты, стрелков, магов. Все смотрели на меня по‑разному: кто — с надеждой, кто — с тревогой, кто — с мольбой. Я видела их страх, их желание выжить — просто выжить…

Но я не могла этого гарантировать. Никто не мог.

Оставалось ждать и молиться. Если боги нас услышат.