Пепел Запада

Глава 1. Пробуждение

Первым пришло ощущение. Холод. Влажный, пронизывающий холод земли, впитывающийся в спину сквозь тонкую ткань. Потом - запах. Сырая гниль прелых листьев, грибов, чего-то древнего и мшистого. Ничего знакомого. Ничего похожего на запах асфальта, кофе или домашней пыли.

Сознание всплывало, как тяжёлый, неповоротливый пузырь со дна тёмного озера.

Парень с рыжеватыми кудрями открыл глаза.

Над ним был не потолок. Не небо города, подсвеченное оранжевым светом фонарей. Над ним были ветви. Чёрные, переплетённые, как потрескавшиеся вены на бледной коже, затянутые серой, неподвижной пеленой тумана. Он лежал на спине, и ветки казались невероятно высокими, несоразмерными, будто он упал на дно гигантского оврага.

Юноша попытался сесть. Тело отозвалось тупой, расплескавшейся болью, будто его хорошенько потрясли в коробке. Он был одет странно - штаны из непонятной мягкой ткани, тонкая футболка. Ни куртки, ни обуви - только носки, уже промокшие насквозь. На запястье - электронные часы, но экран был тёмным и мёртвым. Он стянул носки и выжал из них воду и положил в карман брюк.

"Где я?"

Мысль ударила, чистая и острая, как лезвие. Он зажмурился, пытаясь вытащить из памяти хоть что-то. Последнее воспоминание...

Тишина...

Пустота...

Нет, не совсем. В голове всплывали обрывки. Схема гитарного грифа, нотные листы, шум музыки в голове. Еще знания. Общие, бесприютные знания, болтающиеся в черепной коробке бессвязно и хаотично, без контекста, как чужие вещи на чердаке.

Но лица, имени, своего отражения в зеркале... воспоминания о вчерашнем дне, о доме, о голосах близких - ничего. НИЧЕГО.

Паника. Липкая и холодная паника подступила к горлу. Он сделал резкий, шумный вдох.

- Э-эй? - его голос прозвучал хрипло, чуждо, разорвав гнетущую тишину леса. - Здесь... кто-нибудь есть?

В ответ - только шелест чего-то мелкого в подлеске и далёкий, непонятный крик птицы, похожий на скрип ржавых петель.

Он поднялся на ноги, пошатываясь. Руки тряслись. Он обхватил себя, пытаясь согреться, и его взгляд упал на руки. Длинные, жилистые пальцы, многочисленные родинки и... ожог? Свежий, красный, болезненный ожог на тыльной стороне правой ладони. Откуда? Он не помнил, чтобы обжигался...

«Я вообще ничего не помню!» - паника перешла в раздражение.

Он повертел руку, и в этот момент, от приступа беспомощного страха и злости, из его ладони, прямо над ожогом, вырвался тонкий, жёлтый язычок пламени. Он продержался меньше секунды и погас, оставив в воздухе запах палёной кожи и легчайшее марево тепла.

Молодой парень отпрянул, как от змеи, прижал руку к груди, вытаращив глаза от ужаса.

- Что? Что это? - прошептал он в пустоту. - Что со мной происходит?

Он был один. Заблудившийся, без памяти, в лесу. И с каким-то странным ощущением жара внутри себя.

Холодный влажный воздух обжигал лёгкие.

Юноша прислушался к лесу, каждый шорох заставлял вздрагивать и оглядываться. Нужно было двигаться. Куда? На север? Правило про мох всплыло в памяти безликим фактом, но не давало ответа. Зачем ему идти на север?

Рыжеволосый сделал первый шаг. Потом второй.

А где-то в этом же лесу, в радиусе часа ходьбы, ещё трое таких же потерянных, испуганных людей просыпались от того же кошмара, держа в руках свои собственные, необъяснимые и пугающие загадки.

Парень шёл, не разбирая дороги. Ноги подворачивались на корнях, мокрая хвоя липла к ногам. Каждые десять шагов он оборачивался, но видел только всё те же деревья, затянутые пеленой тумана. Вернулась паника, сначала острая, теперь превратилась в тупое, фоновое гудение в висках и сбивчивое дыхание.

Он разглядывал свою обожжённую ладонь. Пламя больше не появлялось. Может это галлюцинация? От голода, страха, удара по голове... Чего угодно. Кричать в пустоту и звать людей не хотелось, какой смысл привлекать диких лесных животных, да и кого в глухом лесу можно позвать?

Впереди мелькнуло движение. Он замер, вжавшись в ствол сосны.

Из-за дерева вышла девушка. Высокая, бледная и худая, в серой спортивной кофте. Она шла не как он - не спотыкаясь и не озираясь. Она скользила между деревьями, её шаги были беззвучными и удивительно точными. Она выглядела так же потерянно, но её тело, казалось, знало здесь каждый камень.

- Эй! - вырвалось у него прежде, чем он успел испугаться.

Девушка вздрогнула и обернулась. В её светлых глазах не было угрозы, только такая же животная настороженность.

- Ты... - начал он, выходя из-за дерева. - Ты тоже не помнишь, как здесь оказалась?

Она молча кивнула, внимательно его изучая.

- Я тоже, - сказал он, в его голосе прозвучало дикое облегчение от того, что он не один. - Я... у меня тут (он показал на ладонь) странное было... Меня зовут... - он запнулся. Имени не было. - я не помню. Ладно, неважно. Ты хоть знаешь, куда идти, или где мы?

- Нет, - её голос был тихим, - Но стоять на месте, кажется, ещё хуже.

Они пошли вместе. Молча. Наличие другого человека, даже такого же напуганного, не делало лес менее враждебным, но, по крайней мере, придавало немного больше сил.

Через полчаса они набрели на девушку с чёрными волнистыми волосами. Та сидела на замшелом валуне, сгорбившись, и смотрела куда-то внутрь себя. Рядом с её ногами трава была странно белой и хрустящей.

Услышав шаги, она подняла голову. Её карие глаза были красными - то ли от слёз, то ли от недосыпа, но в них не было паники. Взгляд был холоден и она будто сканировала появившихся из чащи людей.

- Присоединяйся к клубу - хрипло выпалил парень, прежде чем она успела что-то спросить. - Правило первое: никто ничего не помнит. Второе правило: вокруг творится какая-то хрень. - Он кивнул на иней у ее ног.

Черноволосая только фыркнула - смесь отчаяния и абсурда. Высокая блондинка присела на корточки, рассматривая замёрзшую траву.

- Похоже мы тут все со странностями, значит не показалось... - девушки вопросительно взглянули на парня. - У меня... огонь - пробормотал юноша, показывая ладонь.