Перечеркни плохое

Глава В гостях у сказки.

Этот день без зазрения совести решил Женю доконать. Следующей посетительницей была колоритная бомжиха, недавно лишенная материнских прав. Она кричала, стучала увесистым кулаком по столу так, что подлетали монитор и мышка, топала ногами и распространяла по помещению ни с чем не сравнимое амбре из перегара, дешевского табака и «Красной Москвы», сохранившейся, видимо, еще со времен ее бабки. Скорее всего, сей парфюм от участи быть выпитым данной мадам спасла только древность лет и посему полная непригодность для приема вовнутрь. Зато употребленные снаружи, антикварные духи успешно заменяли все боевые отравляющие газы вместе взятые. Эти «волшебные» ароматы умудрились перекрыть даже тошнотворные запахи, так и не выветрившиеся после Германа.

Угрозы «дамы» состояли из одних матов, странным образом зарифмованных.  Сердобольные коллеги из других организаций, заслышав эти перлы высокой поэзии, вызвали полицию, и разошедшуюся женщину быстро утихомирили. Отопление еще не включили, но после ее ухода Женя все равно открыла окно. Протерла все спиртовыми салфетками и смела комья грязи на полу.

          К вечеру бухгалтер пила валерьянку. Домой добралась на автопилоте. В квартире было тихо и уютно. Работало автономное отопление, и приятное тепло окутало озябшую девушку. Диван заправлен, все вещи убраны, а посуда помыта. Женя на цыпочках прокралась в соседнюю комнату.

          Это была одновременно библиотека для Жени и «келья» для Васи. Здесь уживались шкафы с книгами вместе с юношескими постерами, самолетиками, танками и конечно же огромным количеством картинок и фигурок животных. Но самой большой ценностью был небольшой аквариум с огромной улиткой по кличке Шумахер.  Муж крепко спал на Васиной кровати с книгой на груди.

- Надеюсь, ты не рассказал Нестору мои секреты, - тихо прошептала девушка, прикоснувшись рукой к аквариуму, где сидела улитка. На что милашка Шумми только флегматично пошевелил рожками и ничего не ответил.

        Раздался звонок, Женя поспешила открыть дверь. На пороге стояли родители. С появлением Васи девушка стала мягче относиться к матери, и их отношения немного потеплели.

          Алиса Леопольдовна была сегодня необычайно печальна. Она подошла к дочери и обняла ее. По лицу Жени непроизвольно стали катится слезы. Получить хоть грамм материнской любви – вот хрустальная мечта ее детства.

-Доченька моя, я перед тобой так виновата. Я была не самой лучшей матерью, мы мало проводили время вместе, ты жила у бабушки.  Мы часто сорились, но ты пойми меня, я желаю тебе только добра.  Пришло время наверстать упущенное. Вася уже вырос и уехал, так что переезжай к нам, родная.

 Женя прижалась к материнской груди и расплакалась. Как же славно знать, что ты нужна и тебя любят.

- А здесь пока поживет Артурчик с Каролиной, у них скоро планируется прибавление семейства. Представляешь, у меня будет внук. Я – бабка! Это же немыслимо. Мне придётся жить теперь с дедом, - женщина толкнула в бок своего мужа, и захлопала в ладоши, - это же прекрасно!

      Женя застыла. Она открывала и закрывала рот, куда-то пропал голос. Все дело в квартире. Родительнице нужна ее жилплощадь.

Неожиданно распахнулась дверь из другой комнаты, и на пороге   появился мужчина с опухшим лицом в трусах боксерах, надетых задом наперед, и разномастных носках совсем как у премьер-министра Канады Трюдо. На одном были задорные Микки-маусы. Другой украшала почему-то корона.

 –  Ну тебя еще долго ждать? Я же не железный. О! Мама! Батя! Что же ты не предупредила, я бы подготовился… – на минуту растерялось «явление Христа народу». -Я так рад нашей встрече!!!

Он кинулся обниматься и целоваться с родителями жены, обдавая их амбре от перегара. Родители впали в ступор.

- А ты кто еще такой? - Алиса Леопольдовна ощепенилась и стала похожа на кобру, готовящуюся к прыжку.  Супруг втянул голову и стал озираться, ища пути к отступлению.

Мужчина покрутился вокруг себя, явно любуясь. Наконец увидел в зеркале искомое, остановился спиной к предкам и похлопал рукой по попе возле надписи на трусах «Король», которая при правильном раскладе обычно должна была находится, ну, скажем так, прямо на королевском скипетре. Потом поднял для убедительности ногу и продемонстрировал тещеньке корону на носке.

- Это мой муж, - ответила совершенно спокойно дочь.

- Да что же вы стоите на пороге, проходите, - ненаглядный зятек встал между тещей и тестем, подхватил их под руки и потащил к столу. Те усиленно упирались, но мужчина не обратил на это никакого внимания. - Будем знакомы, я же Ваш единственный и любимейший зять Шпак. Не обращайте внимание на мой вид, у нас должна была быть ролевая игра, «в гостях у сказки».

- Сидайте, мамо! – подставил он теще колченогий стул, который сам же вчера и доломал, споткнувшись об него со всей дури. – Вы не смотрите, шо у него ножка треснута. Зато настоящий гамбсовский, еще от прабабушки моей прежней тещи достался.

Теща покосилась на подозрительно напоминавший совдеповский канцелярский стул предмет гамбсовского гарнитура, и сесть побоялась.

 - Женек, пасуй на стол, че у тебя там завалялось. Хоть пасуй, хоть не пасуй, все равно получишь… ШАЙБУ, шайбу, шайбу, - Нестор был в ударе, – щас анекдот вспомнил, веселый-веселый. «Доктор, я каждую ночь вижу один и тот же кошмарный сон: мою тещу с крокодилом на поводке. Вы только представьте себе эти оскаленные зубы, эти прищуренные глаза и горящий ненавистью взгляд, эту холодную бугристую кожу!