Перечеркни плохое

Глава Три килограмма счастья.

- Жалобы есть? -спрашивала гинеколог на приеме.

- Нет.

- А на мужа?

-  Тоже нет, - ответила Женя, - просто мужа нет, и жалоб нет.

       Да, Евгении потребовалось время, чтобы начать шутить по этому поводу. Девять месяцев беременности почти прошли. Дата родов наступала стремительно. Первые роды - это всегда волнительно. А когда тебе уже 29, то это тот ещё экстрим. Ехать в область отказалась. Сейчас там почти все роддома были закрыты на профилактику, осталась всего парочка, и они были переполнены.  Женя решила лечь заранее, точнее на этом настаивала гинеколог, во избежание осложнений. Ждала очень долго: пока спустилась акушерка, потом пока заполнили тысячу и одну карточку. Оплатила все взносы: благотворительный для роддома, сбор на моющее, масло для обработки малыша, аренда родзала, плата за кресло для роженицы. Прибежал завхоз - срочно нужны деньги на починку крана в душе. И это не считая списка из 25 наименований от 30 метров марли до катетера. Наконец эта пытка кончилась. Женя смотрела на улицу из окна палаты. Совсем скоро ее жизнь изменится. Неизвестность пугала. Справиться ли она? 

***

          Снова октябрь, вот и прошел целый год, как он вернулся из тюрьмы. Сложный год. Очень. Нестор опять шел по своему родному городу. Он вернулся. Ненадолго. Надо окончательно дать свободу Жене. Оформить развод. Где-то палили костер. Мужчина почувствовал дым и начал задыхаться. Перед глазами всплыла картина из воспоминаний - горящий дом и полуживая Ангелина на руках. Остановился. Отдышался.  Развалина, вот кем он стал. Зачем такое счастье Жене? Пусть она будет счастлива с другим. Только лишь бы не с Германом. Она заслуживает лучшего.

Был будний день, утро. Нестор решил, что будет логичней сразу зайти к Жене на работу. Абсолютно новые лица. Новая начальница, бухгалтерша и водитель. На привычном Женином месте какая-то тетка неопределенного возраста с гулькой на голове и в больших пластмассовых бусах.

- Простите, тут раньше работала Евгения Побери, вы не подскажете где я ее могу найти?

 -А Вам, извиняюсь, зачем? – очень уж странным был этот посетитель, вызвавший у руководящей дамы лет пятидесяти пяти подозрение своим внешним видом и несколько заторможенной речью.

- Долг отдать.

- Большой? – с сомнением протянула бухгалтерша, огладывая небогатую одежку мужчины.

-Очень, - скупо ответил тот.

-Мы-то подскажем, но вряд ли это Вам поможет. Она в роддоме, – строго посмотрела на неурочного посетителя поверх очков новая начальница.

-Как в роддоме? Зачем в роддоме? В каком роддоме?

- Ох, мужчина, - посмотрели на Нестора как на неразумного дурачка обе женщины, - ей рожать скоро, на сносях она.

Нестор беззвучно открывал и закрывал рот, потом развернулся и помчал со всех ног в сторону роддома. А дальше…. Флюрография, бахилы, взносы, официальные и не только, бананы, яблоки, печенье, ряженка и любимое Женино мороженое. Нестор летел, словно крылья выросли за спиной.

- Это кто тут носится как СПИД по Занзибару? - преградил дорогу заведующий роддома.

- Я к жене проведать. Вот, - и несколько заробевший перед грозным эскулапом Нестор для пущей убедительности потряс пакетами.

- У нас больница, а не ипподром, голубчик. Будешь шуметь - выгоню!-погрозил пальцем и отправился по своим делам.- Рожайте девушки побольше мальчиков…..-напевал хозяин всея роддома.

           Нестор в одно мгновение оказался перед нужной палатой и замер. Тряхнул головой. «Будь что будет», - сказал сам себе и толкнул дверь в палату. Располневшая Женя лежала на кровати с книжкой в руках. Она читала детские стихи животику и гладила его. Подняла глаза и ахнула. Зажмурилась, помотала головой из стороны в сторону, словно прогоняя мираж. Но Нестор не испарился. Ущипнула себя. Снова глянула на мужа. «Явление Христа народу» даже и не думало исчезать.

- Женя, это я. Вот ….- на этом красноречие посетителя кончилось.

Женщина молчала и только, судорожно глотая воздух, ухватилась за свой живот. А потом раздался  душераздирающий крик «Рожаю!!!».

"Рожаю!!! Спасите!!!" - громче жены в панике прорезавшимся мощным мэрским басом, совсем как на планерке с заместителями заорал Нестор, выбегая из палаты за подмогой. Что-что, а построить по струнке всех и вся в форсмажорных обстоятельствах он умел, такой бесценный опыт не пропьешь. Тут же все завертелось, прибежала вся их роддомовская братия от старенькой санитарки бабы Глаши, видавшей еще самого Нестора в пеленках в этом самом роддоме, до мигом посерьезневшего острослова-заведующего. Тот почему-то очень укоризненно посмотрел на Шпака, у которого от криков жены волосы встали дыбом, а к горлу подступила дурнота.

В таком полуобморочном состоянии Нестор и сам не понял, как оказался в родзале. Помнил только, что кому-то платил за партнерские роды. Что это вообще значит, он не понимал, но сказали – плати, и Нестор заплатил. Роды были стремительными. Бригада оперативно отодвинула разом позеленевшего мужчину в смешном одноразовом голубом халате и шапочке к дальней стенке, по которой он тихонько и сполз на пол, круглыми от ужаса глазами глядя на процесс. Даже на суде ему не было так страшно. А Женя кричала, плакала, стонала. В какой-то момент к материнскому плачу присоединился детский. Нестор был на пределе.