Переплёт 13

Глава 1. Большие надежды

Шеннон

Это произошло 10 января 2005 года.

Весь новый год и первый день возвращения в школу после рождественских каникул я нервничала - на самом деле, так нервничала, что меня вырвало не менее трех раз этим утром.

Пульс бился с тревожной частотой, а беспокойство было поводом неустойчивого сердцебиения, не говоря уже о причине того, что рвотный рефлекс покинул меня.

Разглаживая новую школьную форму, я уставилась отражение в зеркале ванной комнаты, в котором с трудом узнала себя. Темно-синий джемпер с эмблемой колледжа Томмен на груди, белая рубашка и красный галстук.Серая юбка, доходящая до колен, открывающая две тощие,недоразвитые ноги, и завершающаяся коричневыми колготками, темно-синими носками и черными туфлями-лодочками высотой в два дюйма (5 см)

Я выглядела как имплант. И чувствовала себя таковой.

Единственным утешением были туфли, которые купила мама, чтобы довести меня до отметки роста в пять футов два дюйма (157 см). Я была смехотворно мала для своего возраста во всех отношениях. Чрезвычайно худая, недоразвитая,с яичницей вместо груди, явно не слишком затронутая бумом полового созревания, который поразил всех остальных девочек моего возраста. Длинные каштановые волосы, убранные с лица простой красной лентой для волос, были распущены и струились до середины спины. На моем лице не было макияжа, отчего я выглядела такой же ной и маленькой, какой себя чувствовала. Глаза были слишком большими для моего лица и в придачу шокирующего голубого оттенка.

Я попыталась прищуриться, проверяя, не делает ли это мои глаза более человечными, и сделала сознательное усилие, чтобы разжать распухшие губы, втянув их в рот. Нет. Прищуривание Только придавало мне вид инвалида - и немного страдающего запором.

Разочарованно вздохнув, коснулась щек кончиками пальцев и прерывисто выдохнула. Мне нравилось думать, что то, чего мне не хватало в плане роста и груди, я восполняла зрелым возрастом.Была уравновешенным человеком и старой душой.

Няня Мерфи всегда говорила, Что я родилась со старчески мудрой головой на плечах. Правда в какой-то степени, никогда не была тем, кого беспокоят мальчики или их причуды. Этого просто не было во мне.Однажды где-то вычитала, что мы взрослеем с потерями, а не с возрастом. Если это так, то я в эмоциональном плане являлась старой пенсионеркой.

Большую часть времени я беспокоилась, что веду себя не так, как другие девочки. У меня не было влечения к противоположному полу. Интерес не прояв-лялся ни к кому: мальчикам, девочкам, знаменитым актерам, горячим моделям, клоунам, щенкам...Хотя ладно, внимание привлекали милые щенки и большие пушистые собаки, но к остальному все оста-валось плюс-минус никаким.

У меня не проявлялась заинтересованность к поцелуям, прикосновениям или ласке любого рода. Сама мысль об этом была невы-носима. Полагаю, что наблюдение за тем, как рушатся отношения моих родителей, отбило перспективу объединиться с другим человеком на всю жизнь. Если связь моих родителей это воплошение любви, то я не хотела в этом участвовать. Предпочла остаться одна.

Тряхнув головой, чтобы прогнать мрачные мысли, пока они не затуманились до точки невозврата, я уставилась на свое отражение зеркале и заставила практиковать то, что редко делала в эти дни: улыбнуться.

- Дыши глубже, - проговорила я себе. - это твой новый старт.

Открыв кран, вымыла руки и плеснула немного воды на лицо, отчаянно пытаясь остудить жгучее беспокойство, сжигающее мое тело изнутри, перспектива моего первого дня в новой школе пугала.На самом деле, любое учебное заведение должно быть лучше того, котороє я остав- позади. Мысль пришла мне в голову, и в тот же момент накрыла волна стыда. Школы, уныло подумала,во множественном числе.

Я подвергалась безжалостным издевательствам как в начальной, так и в средней школе. По какой-то неизвестной, жестокой причине всегда оставалась объектом разочарований каждого ребенка с нежного четырехлетнего возраста. Большинство девочек с первого дня обучения в младших классах решили, что я им не нравлюсь и общаться со мной нельзя. И мальчики ненамного лучше, хотя и не были такими садистами в своих нападениях.

Это не имело смысла, потому что я прекрасно ладила с другими детьми на нашей улице и никогда ни с кем не ссорилась в поместье, где мы жили. Но школа?

Школа для меня как седьмой круг ада, все девять - вместо обычных восьми - лет начальных классов являлись пыткой. Начальная школа была настолько неприятна, так что моя мать и учитель решили, будет лучше задержать меня на год, чтобы я могла обучиться в младших классах с новыми детьми. Несмотря на то, что я была такой несчастной в своем новом классе, у меня появилась пара близких подруг, Клэр и Лиззи, дружба с которыми сделала время пре-бывания в стенах школы сносным.

Когда пришло время выбирать среднюю школу на последнем году обучения начальной, я поня-ла, что сильно отличаюсь от своих друзей. В сентябре следующего года Клэр и Лиззи должны были поступить в колледж Томмен; роскошная, элитная частная школа с огромным финансированием и первоклассными удобства-Mk, все это поступало из коричневых конвертов (жаргонное выражение, означающее взятки) богатых родителей, которые были одержимы идеей обеспечить своим детям лучшее образо-вание, которое можно купить за деньги. Тем временем меня зачислили в местную и переполненную государственную школу в центре горо-да. Я все еще помню ужасающее чувство разлуки с моими подругами.

Мне так отчаянно хотелось сбежать от хулига-нов, что даже умоляла маму отправить меня в Беару к ее сестре, тете Элис, и ее семье, только бы я могла закончить учебу. Не было слов, чтобы описать чувство потрясения, охватившее меня, когда отец настаивал на переезде к тете Элис. Мама любила меня, но она была слабой и усталой, так что не сопротивлялась, когда папа настоял в посещении общественной школы Баллилаггин.

После этого стало еще хуже.

Больше злобы.

Больше жестокости.